Дикая работа (СИ) - Данина Лилия

А в нескольких километрах выше по течению, в небольшой, вымытой в красноватой породе пещере спали сном убитых двое беглецов. Запертый с ними Чешир пытался выйти из пещерки, но прозрачное силовое поле не позволило. Разочарованно урча, зверь какое-то время смотрел на наступающие сумерки, окутывающие мир в призрачную серую дымку, затем отвернулся и подлез к человеку, устроившись рядом и обняв его хвостом.

Оба саминских корабля поднялись с Алуриум. Весь шквал обстрела Кордоном флагман Великого принял на себя, отвечая на атаки. Несколько нелийских судов рухнули на планету, сбитые со своей орбиты, остальные были вынуждены прекратить преследование и вернуться на Алуриум, чтобы помочь своим. И только на планете было обнаружено страшное преступление, совершённое чужаками: убийство встречавшей делегации и похищение Смотрителя Энтеса, о чём незамедлительно было доложено высшим чинам в Торговой Гильдии.

— Что они намерены делать? — спросил Хэон, прохаживаясь по кабинету Энтеса.

— Им нужно время, — угрюмо ответил помощник, — чтобы решить.

— Хорошенькое дело, — криво усмехнулся Старший Кордона, остановившись перед окном, и смотря на распустившиеся клумбы цветов, — убийцы сбежали, а Гильдия всё ещё надеется вступить с ними в переговоры… Свяжись с кораблём Энтеса.

— Но он же…

— Я знаю, выполняй.

Мару с пленником находились в одном из пустых отсеков нижних палуб, дожидались появления Великого. Комната была просторная, тёмная и практически пустая, если не считать железного кресла-трона в центре. Она нагоняла на запуганного до полусмерти нелийца практически животный ужас. Энтес то и дело нервно дёргался, приподнимая вислые уши и с обречённым выражением на лице оглядывался по сторонам, опасаясь, что из тёмных углов на него может кто-нибудь выскочить, и вот тогда-то точно бедное сердце его не выдержит и разорвётся от страха. Поэтому нелиец практически не отходил от Мару, видя в невозмутимом спокойном самине свою единственную поддержку на этом проклятом корабле.

— Слушай, — в очередной раз зашептал он, взглянув на Мару умоляющими глазами, — отпусти меня, а. Я тебя озолочу, ты ни в чём не будешь нуждаться! Только отпусти. Я же вижу, что ты не такой, как они, — Энтес быстро кивнул на дверь, явно намекая на других обитателей корабля.

— Единственное, что я могу для тебя сделать сейчас, это дать обезболивающее, — ответил Мару, Энтес всхлипнул от ужаса, а самин продолжил: — Если Великий начнёт тебя пытать, ты рискуешь не пережить экзекуции. А так ничего не почувствуешь…

— Да? — с надеждой спросил Энтес, сообразивший, что ему в данных обстоятельствах предлагают лучшую альтернативу. — Да, давай. Я не хочу умирать, понимаешь? — быстро зашептал он, повиснув на руке Мару и заглядывая ему в глаза. — И, если бы ты сообщил о моём нахождении в Гильдию…

— Это исключено, — отрезал Мару, незаметно воткнув в локоть нелийца тонкую иглу. — Нас обоих тогда убьют. Если хочешь выжить, отвечай на вопросы Старейшины, это единственное, что может помочь тебе протянуть дольше.

— Да-да, ты прав, — быстро закивал нелиец, обняв себя за пухлые плечи и пытаясь побороть мелкую дрожь, гуляющую по телу и от холода, и от страха. — Чем дольше я буду тянуть время, тем больше вероятность, что меня найдут свои. Да? — поднял Энтес на Мару полный надежды взгляд.

Самин молча кивнул. Долго ждать Великого не пришлось. Как только лекарь ввёл нелийцу препарат, Нароунд выждал ровно десять минут и направился к ним. Пытать разжиревшую тушу нелийца он не собирался. Только поговорить. И благодаря сыворотке правды и переводчику, у него появилась прекрасная возможность всё выяснить. Мару честно признался, что не знает, как подействует сыворотка на представителя другой расы, поэтому Великий решил пойти на хитрость, чтобы нелиец почувствовал себя в относительной безопасности и доверился лекарю. Пусть размякнет окончательно, мелкий жирдяй, а там язык сам развяжется, хоть от сыворотки, хоть от пыток — не имеет значения.

Крейсер Фахор-Рата направился в другую сторону, не нуждаясь больше в сопровождении. А Великий чувствовал, что расстались они на очень незначительное время.

Мару усадил Энтеса в жёсткое металлическое кресло, в котором нелиец казался совершенно маленьким и испуганным.

— Переводи всё в точности, — посмотрел Нароунд на врача, — если увижу, что пытаешься врать, окажешься на его месте быстрее, чем нелиец дух испустит.

— Да, Великий, — поклонился в ответ Мару, лицо его оставалось совершенно непроницаемым, хотя Старейшина и чувствовал в опальном медике подспудный страх.

— Ну, — перевёл Нароунд взгляд на испуганного пленника, смотревшего на него маленькими круглыми глазками, — теперь ты далеко и от своей планеты, и от своих воинов, которые не смогли тебя защитить. Теперь расскажешь мне, что я хочу знать?

— Старейшина спрашивает, согласен ли ты сейчас говорить? — перевёл Мару.

— Да, — Энтес быстро закивал, переводя взгляд с одного на другого, — я всё расскажу, всё!

— Что у вас делал служитель? — спросил Нароунд. — Зачем он прилетал?

Мару перевёл вопросы, и Энтес ответил:

— Он искал своего соплеменника, которого… — нелиец запнулся, не зная, как отреагируют на его слова данные представители саминского народа, но под пристальным и злым взглядом жёлтых глаз продолжил: — которого мне продали наёмники в качестве нового воина для Арены.

Он понимал, что признался в преступлении, за которое его сейчас, вполне возможно, и убьют, но остановиться почему-то не мог.

— Где сейчас этот воин? Фахор-Рат забрал его? — быстро спросил Нароунд.

— Нет, — ответил нелиец, чувствуя в голове странную лёгкость, от которой его почему-то начало клонить в сон. — Они убежали. Он и ещё один… менталист. Угнали корабль, но потом он разбился где-то в океане и…

Мару тихо переводил, эхом повторяя слова нелийца.

— Это туда отправлялся Фахор-Рат? — перебил его Нароунд, — К обломкам корабля? Он нашёл что-нибудь?!

— Да, туда, — кивнул Энтес, едва не рухнув носом вниз, под ноги саминам. — Нашёл ли, не знаю, вы меня забрали с планеты раньше, чем мне доложили о результатах поисков…

— И как же выглядел наш воин? — спросил Нароунд, когда Мару перевёл ему ответ нелийца.

Старейшина чувствовал изрядный охотничий азарт, похоже, он действительно напал на нужный след.

— Высокий, полосатый, — осоловело улыбнулся Энтес. — Прекрасный экземпляр, только в каком-то старье и без доспеха вашего. Мы у него лишь холодное оружие нашли и такие смешные камешки для волос, — Энтес поднял к голове руки, пытаясь что-то изобразить, но едва снова не свалился с кресла.

— Полосатый, значит… — проворчал Нароунд, когда Мару перевёл ему слова нелийца. — Что ж, кажется, теперь я даже могу доказать, кто увёл у нас Дракон… — с плохо скрытой ненавистью прорычал он и посмотрел на врача. — Спроси, какого именно цвета был тот воин? С какими полосками?

Мару даже не стал переводить, смотря на Великого хмурым взглядом.

— Мне очень жаль, Старейшина, — ответил он, — но это бессмысленно. Нелийцы не распознают цветов.

Как и в прошлый раз, Малый Совет собрался на корабле Нароунда. Арам-Ату, Мехис-Тор и Орнан-Ндэ прибыли раньше, за ними на борт флагмана ступил Фахор-Рат, которого Великий планировал на этом же собрании и арестовать, обвинив в предательстве. Остальных ждать не стали. Лесовик опять напивался в своём лесу, Шэхир-Рен и Такин-Рут не смогли оторваться от каких-то «сверхважных» дел.

— Надеюсь, это действительно важно, — сварливо заметил Орнан-Ндэ, устраиваясь в кресле. — Похищение представителя одной из сильнейших коалиций в космосе, Нароунд! О чём ты думал, когда делал это? Надеюсь, он ещё жив? Ты же понимаешь, что его надо вернуть торговцам целым и невредимым?

— Жив и здоров, — невозмутимо пожал плечами Нароунд. — Более того, я узнал у нашего нового нелийского друга немало ценных сведений, — продолжил он, не сводя пристального взгляда с курившего свою трубку Фахор-Рата. — Наш уважаемый Светлейший, как оказалось, спешил на эту планету, чтобы вытащить одного своего воина, свалившегося на головы нелийцам не иначе с небес! Не хочешь рассказать нам об этом подробнее, Фахор-Рат? Заодно поведай, что ты нашёл на месте крушения.