Баба-Яга в тылу врага (СИ) - Лис Леся

Так, чтобы удалить яд, нужно надавить и выдавить его на поверхность. Но как это сделать на шее? Наклонившись над тигром, стала осматривать рану. При тщательном осмотре поняла, что сама рана находится не на шее, а чуть смещена в сторону лопаток. Наверное, будь он человеком, то укус пришёлся бы на плечо. Попробовав пальцами надавить на ранку, получилось выдавить чуть крови. Но её было мало и вряд ли яд я смогу так вывести из организма.

Можно попробовать ртом отсосать яд. Аккуратно раздвинув шерсть в районе укуса, припала губами к ранке и начала старательно вытягивать яд. Неуверена, что у меня получилось, но другого варианта не видела. Я старалась чередовать, сначала пальцами надавливала на кожу и вела к открытой ранке, подталкивая жидкость ближе к поверхности.

Случайно бросив взгляд на морду тигра, поймала на себе его заинтересованный взгляд. Выглядел он намного лучше и даже чуть пофыркивал. Кажется, эта усатая морда надо мной смеётся! Конечно, спасательную миссию я быстро свернула и возмущённо посмотрела на парня.

— Знаешь, делала всё, что могла! Но если ты продолжишь смеяться, я туда плюну и, после этого ты вряд ли выживешь! — тигр явно понял, о чём я говорю. Но вместо того, чтобы устыдиться, разразился новыми пофыркиваниями. — Ну всё! Ты сам напросился!

Я потянулась руками, в надежде его придушить, но тигр отполз назад. От Розарио Агро ещё просто так никто не уходил! Поднявшись на ноги, стала медленно подходить к Дану, приговаривая при этом.

— Кис — кис — кис! — парень замер и прекратил своё тактическое отступление. И с видом оскорблённой невинности перекинулся в человека, именно в этот момент, я решила его схватить. И вместо огромного кота, в моих руках оказался голый парень, кожа которого была неимоверно горячей. УПС! Мамочки роди меня обратно!

— Что же ты так сразу сдаёшься, без боя? — язвительно прошипел парень, явно намекая на другую плоскость отношений между мужчиной и женщиной. Лицо исказилось в мученической гримасе. Прежде чем упасть, я хотела его придушить, поэтому при падении рука упёрлась прямо в укус.

— Прости! — с ужасом взглянув на парня, поторопилась слезть с него.

Пока отползала подальше, случайно упёрлась локтем в живот, после чего послышался сдавленный «ох!».

— С виду маленькая, хрупкая женщина! — сдавленно произнёс парень.

— Маленьких и хрупких обижать нельзя, иначе в них просыпается вредная и мстительная ведьма! — в притворном ужасе, его глаза увеличились.

— Ведьма? Это кто? — на меня уставились с ярко выраженным любопытством на лице.

— Может, ты прикроешь срам, а потом мы поговорим? — я старательно смотрела парню в глаза или на стены, но против воли взгляд то и дело норовил скользнуть ниже по спортивному телу.

— Лично мне не стоит стесняться своего «срама»! — усмехнулся оборотень, при этом лицо у него было, как у кота, объевшегося сметаны.

— Совесть имей! — прикрикнула в ответ. Его откровенно раздетый вид меня ужасно нервировал. Оборотень явно это чувствовал и подливал масла в огонь, поигрывая мышцами при каждом движении.

— Во что я тебе оденусь? От моей одежды остался только прах после перехода в зверя, — видимо, он решил сжалиться надо мной, и объяснил акт нудизма.

Тяжело поднявшись на руках, сел прямо на каменную поверхность так, чтобы как можно меньше было видно оголённых частей тела. Стало жаль парня, и поэтому оторвала край своего платья. Благо мне оно изначально доставало до пят. Протянув изрядно потрёпанную ткань, отвернулась, чтобы не стеснять. Хотя вряд ли он смущён!

— Всё? — не хотелось застать Дана в самый неловкий момент.

— Да! — его голос охрип, и я не на шутку перепугалась.

— С тобой всё хорошо? — настороженно спросила, при этом отслеживая его взгляд, который упирался в мои голые колени. Оторвать подол получилось неровно и теперь вынуждена сверкать голыми коленками. А судя по виду парня у них так не очень принято. Но для меня нормальная длина и чувствую себя комфортно!

— Всё нормально. Надо отсюда выбираться! — с этим я была полностью согласна. Но куда выбираться на ночь глядя? Свет медленно гас, вместе с заходящим солнцем. Повинуясь порыву, подошла к выходу из пещеры. Боже, как красиво! Небо слегка затянуто облаками, которые раскрашены всевозможными красками — от ярко-жёлтых до сине-красных. Жаль закат длится недолго, но я навсегда оставлю в памяти его нежные лучи, вызывающие восхищение. Мой первый закат в новом мире! Даже звучит волнующе.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О чём задумалась? — Данис подкрался незаметно, осторожно выглядывая из-за моего плеча, стараясь рассмотреть то, что я там увидела.

— Закат! — с восхищением ответила, чуть повернув голову к собеседнику.

— Что в нём особенного? — недоумённо повёл бровью тигр.

— Мой первый закат в вашем мире! — ответ вышел в тон его вопроса. Парень неопределённо хмыкнул, а мне вдруг захотелось поделиться воспоминаниями из детства.

— Скажи, а ты слышал легенду про закат? — лукаво улыбнулась, уже заранее зная ответ.

— Нет! — правильно, в каждом мире свои легенды.

— Хочешь, расскажу? — Дан опустил ладонь на камень и что-то тихо шепнул. После чего поверхность нагрелась, и он уселся, приглашающе мне кивнув.

— Хочу, — не скрывая интереса, почему-то прошептал парень. Я не стала отказываться, ведь стоять неудобно. Усталость дня навалилась на плечи.

— Тогда слушай! Когда-то давным-давно, жили молодой человек и юная девушка, которые были безумно влюблены друг в друга, и так сильно, нежно, красиво и преданно любили, что невольно вызывали зависть у людей. И людская злоба, зависть и ненависть стали преследовать их на каждом шагу. Они очень долго боролись за свою любовь, но сдались… и не в силах противостоять злым козням влюблённые ушли от людей навсегда. Юноша стал синим морем, а девушка — красным солнцем. И лишь на закате море и солнце соприкасаются друг с другом. Он ласково поёт своей любимой песни волн, а девушка нежно обнимает его своими лучами, — я замолчала, всё так же смотреть на закат. А Дан на меня. Не выдержав его прямого взгляда, спросила:

— Что?

— Красиво! Это тебе рассказывала мама?

— Нет, бабушка! — невольно горькая улыбка появилась на моих губах. Она появлялась всегда, когда речь заходила о моей матери. Ведь, по сути, я никому не нужный ребёнок. Особенно после смерти бабушки.

— А где была мама? — я видела, он сомневался, стоит ли задавать вопрос, касательно родителей. Но видимо, вечер откровений подбил нас на это.

— Работала. Скажи, а что за тварь на нас напала? — нужно менять тему, пока я здесь не расклеилась совсем.

— Тауерга, — кажется, мою хитрость раскусили и сейчас прожигали дыру в бедной мне.

— Кто это? — не хотелось встретить ещё раз такую живность.

— Змея, очень опасная и ядовитая. Моментальная смерть от укуса. Смертельно бьёт хвостом и прыгает в высоту больше, чем два метра, — да как с такими тварями в живых остаться можно.

— Но она тебя укусила! — я подползла ближе к его плечу, внимательно осмотреть место укуса. Ранка почти затянулась, ещё немного и от неё останется только белёсый след. — Как?

— Быстрая регенерация, я же оборотень, — не без гордости произнёс тигр.

— Ой, ну всё! Иди возьми с полки пирожок! — случайная фраза так не вовремя напомнила о еде. Ведь поесть не получилось.

— С какой полки? — брови Дана удивлённо взлетели вверх.

— Это крылатое выражение из моего мира! — махнула рукой, стараясь унять разбушевавшийся желудок.

— Крылатое? — кажется, я его ещё больше запутала.

— Да, ну или часто используемое выражение, — не зная, как правильно объяснить, объяснила, как смогла.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Держи! — тигруля сунул руку в невидимый карман и достал оттуда яблоко.

— Откуда? — отказываться, конечно, не стала, тем более желудок сделал радостный кульбит.

— Пространственный карман, — сказал в ответ, пожимая плечами. Ну и ладно! Зато у меня есть яблоко и его можно съесть.

Его оказалось возмутительно мало, но всё лучше, чем ничего. Солнце уже давно село и на землю начала опускаться ночная прохлада. Дан, обнял меня одной рукой, прижимая к своему телу. Сначала я дёрнулась, пытаясь вылезти из-под неё. Но оборотень сказал, теснее прижимая к себе: