Мадемуазель травница (СИ) - Алексина Наталья

Ознакомительный фрагмент

— Что ты себе позволяешь? Думаешь, вырядилась в платье с вырезом и каждый мужчина обязан тебе всем? Да это ты мне еще должна ножки целовать! — возмутился месье. Он явно был не в себе. — Ты еще поплатишься, что потешалась над великим магистром Фуаскалем!

Я немного посторонилась. Магистрами себя величали исключительно алхимики, добившиеся, как им казалось, великих результатов. Связываться с такими рисковали только стражники и исключительно по приказу своего капитана.

— Еще придешь ко мне молить об эликсире жизни!

Не переставая говорить, он прошел мимо меня и начал спускаться по ступенькам. Все это время месье так и держался за спину. Эликсир жизни магистр, вероятно, еще не открыл.

— Мадемуазель, думаю, вы ко мне. — Из той же ближней двери вышел совершенно седой, рослый мужчина.

— Месье Фламель?

— Да, а чудик, что выскочил, мой друг месье Фуаскаль.

— Простите, друг? Он назвал вас пнем, — заметила я.

— Ко мне многие друзья так обращаются, — усмехнулся целитель и предложил войти.

Обставленная без шика комната мне понравилась. Вся мебель из прочного дерева, никаких мягких сидений или рюш на шторе. Все просто, но с изюминкой. У письменного стола резные ножки, на книжном шкафу дверцы с витражами, для смешения трав отдельный узкий стол. На нем ступка, хрупкие весы, какие-то острые инструменты. Все вычищено и блестит.

— По какому вы вопросу?

— Принесла ваши травы. — Я аккуратно вынула из корзинки два свертка и баночку с порошком, а видя удивление на лице целителя, пояснила: — Меня зовут Ан-Мари Морель, новая травница из деревеньки Ансуль.

— О! Счастлив познакомиться. — Он улыбнулся, и от уголков глаз разбежались тонкие морщинки.

При седых волосах мужчина выглядел не очень-то старым. Мадам Бернар точно нашла бы его привлекательным и полным сил. Высокий, подтянутый, без залысин. Волосы вообще казались ненастоящими. Слишком густые. Они доходили до плеч и очень ему шли, даже молодили. Бороды у целителя не было, и улыбающиеся тонкие губы я могла прекрасно рассмотреть. Но все же при всей привлекательности про себя я назвала его дедушкой пятидесяти лет.

— Сколько с меня?

— Пять су.

Он без раздумий вынул кошель и отсчитал монеты.

— Не будете проверять травы?

— А нужно?

— Как порядочная травница, должна вас предупредить. Королевского камейника не принесла. Остальное все по списку.

— Камейник? Его же не существует.

Я протянула ему листок, который оставил мальчишка посыльный.

— Ох уж этот Жак. — Целитель вздохнул. — Научил паренька на свою голову рунической вязи. Он, наверное, хотел блеснуть перед милой мадемуазель ученостью.

Блеснул, так что ни одного пирожка не оставил, покивала я.

— Месье Фламель, — осторожно начала я. — В списке есть один состав. Я приготовила, как вы просили. Но уж очень необычные ингредиенты. Не подскажете, для чего он?

— Ни для чего, — улыбнулся мужчина. — Мой друг верит, что этот порошок ему помогает. Хотя я десятки раз убеждал его в обратном. Но если я пробую подсунуть ему другое, тут же хватается за сердце. Как-то понимает разницу.

Я улыбнулась, хотя не очень верила. Целители часто хитрят. У всех есть какие-то особые рецепты, и травницам они доверяют лишь основу. Возможно, чуть позже из моего снадобья получится нечто иное, когда в него добавят еще пару-тройку трав.

— Если все удачно сложится, а я думаю, так и будет, я закажу еще десять таких, — сказал месье Фламель.

Друид меня убьет… или я его. Снова собрать золотую путейку у меня получится только через его труп. Сколько же у меня ее осталось?

— Буду рада помочь, — сказала я, думая, что в крайнем случае принесу мел. Появятся вопросы, объясню, что ошиблась в пропорциях. — Правда, не уверена, что смогу так быстро собрать травы на десять пузырьков.

— Да, травы. — Целитель провел пальцем по губам и заговорщицки посмотрел на меня. — Мой посыльный сказал, что видел друида в вашем доме. Как считаете, получится у меня с ним поговорить?

В очередь, мне бы самой с ним сначала встретиться.

— Все возможно, но, знаете, он человек настроения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Знаю, — печально кивнул целитель. — Меня предупреждал месье Дюран, староста деревни. Он и предложил задобрить друида.

— Девушками? — не удержалась я.

— Неловко признаваться, но да. — Целитель кивнул. А я ничуть не удивилась находчивости месье Дюрана, который, по словам мадам Бернар, как раз был неравнодушен к голым дамам. — Сначала я хотел предложить друиду свои услуги целителя. Людям после шестидесяти это обычно интереснее, чем обнаженные девушки. Но ваш староста говорил, что друид здоров и всем лекарствам предпочитает женщин. Чувствую, я оплошал и теперь не знаю, как все исправить. Не могли бы вы за меня извиниться перед месье друидом?

— Возможно. — Я выдержала паузу и как бы случайно посмотрела на кошель месье Фламеля.

— Это вам за беспокойство. — Сообразительный мужчина вынул целый су и протянул мне, правда, отдал не сразу. — И, будьте добры, уточните, пожалуйста, у друида, могу ли я сам собирать травы рядом с рекой. Обычно они там никому не нужны.

— Постараюсь. — Монета перекочевала ко мне и исчезла в кармашке. — Но скажу вам по секрету: если вы не рубите подряд все деревья, то друид не знает, что вы в лесу.

— Боюсь, в моем случае это не так. Я не могу зайти дальше излучины реки. Знаете, там, где меловой склон.

Я удивленно подняла брови. Первый раз слышала, чтобы у кого-то не получалось попасть в лес.

— Дорожки путаются, и я могу только повернуть назад.

— Простите, но как вы так умудрились прогневать друида?

— О, это касается не только меня. А всех, кто пользуется травами в работе. Всех целителей и алхимиков.

— Как же друид узнает, кто из людей алхимик, а кто нет? — с сомнением уточнила я.

— Ну о целителях обычно знают все в городе. Как работать, если о тебе не слышали? Еще есть у меня догадка, что виной всему запах. Мои руки, к примеру, навсегда пропитались смолой гавакума. Я столько раз за день готовлю из нее лекарство, что уже не помню дня, когда бы меня не сопровождал дух гавакума.

В комнате действительно витал тягучий древесный запах с горчинкой, характерный для этой смолы. Но я сомневалась, что он играл роль. Если подумать, от половины жителей города тянуло тем же самым. Ото всех, кто пытался излечиться от сифилиса.

Но, возможно, друиды и правда могут не пускать в свой лес избранных и отличают людей по запаху.

— Слышал, рядом с вашим домом нашли тело, — продолжил целитель. — Я мог бы вам помочь. У меня есть знакомый стражник. Сообразительный малый.

Не удивлюсь, если он говорит о Брюне.

— Знаете, такой хваткий молодой человек.

Точно Брюн.

— Он бы мог вам посодействовать. — Целитель заглянул мне в глаза. — Только поговорите с друидом, пожалуйста.

— Тело уже увезли, и вроде бы все хорошо. А с друидом поговорю, если встречу.

Мы с Фламелем по-деловому пожали друг другу руки, и он даже не удивился хрусту суставов. Лишь криво усмехнулся и в ответ тоже крепко стиснул мои пальцы.

На том и распрощались. Я наконец-то могла ехать домой. За утро я устала от этого места. Лигос, как и все города, немного попахивал сточными водами. Среди всех улиц чистотой могла похвастаться только широкая авеню Пренсипель. На нее не выбрасывали тухлые овощи, не выливали помои и даже соскребали навоз с мостовой. Хотя сновавшие туда-сюда лошади, запряженные в повозки и кареты, все же оставляли узнаваемый запах.

После города воздух в родной Ансули показался почти вкусным. От самого въезда меня окружили запахи леса, скошенной травы, цветов и свежей выпечки. Почему-то здесь всегда пахло хлебом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я быстро распрощалась с мужчиной, который согласился отвезти меня в город и обратно, да вошла в домик. Не стала задерживаться в комнате, а прошмыгнула в заднюю дверь и остановилась только за частоколом.

Лес приятно шуршал, мило стрекотали цикады, а звезды уже четко блестели в темнеющем небе. Я вдохнула полной грудью свежий воздух. Все же пригородом деревенька Ансуль точно не была. Пахло здесь совершенно по-другому, что меня искренне радовало.