Александра Руда - Ола и Отто. Грани

Ознакомительный фрагмент

— Мне кажется, сейчас самое время упасть в объятия избранника, — прокомментировала из-за моей спины Томна.

Я посмотрела на Иргу. Он скрестил руки на груди и, видимо, совсем не желал, чтобы в его объятия кто-то падал. Кровь с губы тонким ручейком сбегала на черную рубашку.

— Да ну вас всех! — чуть не плача сказала я и, выскочив из-за сцены, побежала куда глаза глядят.

— Ола! — закричали мне вслед, но я не останавливалась. Слезы застилали мне глаза.

Ну почему, почему он такой? Как собака на сене! Ведь я же вижу, вижу, что ему не все равно, что происходит со мной и в моей жизни, ну почему он тогда не отбросит свою дурацкую гордость и не вернется ко мне? Чего он ждет от меня?

Домой я добралась в совершенно расстроенном состоянии. Пока умывалась, пытаясь смыть ужасный макияж, во мне вызрела, как называл это мой преподаватель по фехтованию, спортивная злость. Взращивая в себе эту злость, я расчесала волосы и помчалась к дому Ирги.

Если бы некромант был дома, ему бы здорово не повезло. Я не знаю, что бы я с ним сделала, но что после этого мы на следующий день пошли бы к алтарю Богини Рода — это точно. Но его не было дома. Заходить в квартиру я побоялась — вдруг обида на меня заставила его перенастроить защитные артефакты, а валяться обугленными останками на пороге не хотелось.

Я села на ступеньки, ведущие на третий этаж, и прислонилась к перилам. Когда-то же Ирга должен объявиться!

Некромант появился в сумерках, когда я уже успела вздремнуть и изрядно продрогнуть. Злость, которая заставила бы меня высказать парню все и сразу, успела утихнуть, поэтому я молча смотрела на него снизу вверх. Губы некроманта после драки были опухшими, на рубашке темнели засохшие пятна. Но в целом он выглядел неплохо.

Пристально посмотрев на меня, Ирга вздохнул и спросил:

— Что с тобой случилось на этот раз?

Я просто пожала плечами.

— А что тогда с глазами?

— А, это… — Голос от долгого молчания был хриплым. — Краску, видимо, после дефиле плохо смыла.

Ирга помолчал, тряхнул головой, видимо приняв для себя какое-то решение, и сказал:

— Заходи, умоешься хотя бы.

Я зашла в квартиру, порадовавшись, что некромант не трогал защитные заклятия на двери. Получается, он их не перенастраивал, а значит — хотя бы в подсознании, — он надеялся, что я еще войду к нему домой.

Направившись в ванную, я постаралась не давать воспоминаниям выбить себя из колеи. Все в моих руках. Я еще могу сделать так, чтобы все хорошее, что между нами было, повторилось и продолжилось.

Когда я вернулась, Ирга уже переоделся, вскипятил воду и даже успел заварить чай. Жестом он предложил мне сесть на стул. Я обхватила горячую чашку руками и молча смотрела, как вьется пар над ароматной жидкостью. Что говорить и как говорить, я не знала. Ирга тоже молчал. Одним движением руки он остудил свой чай и сейчас осторожно его пил, стараясь не травмировать лишний раз раненую губу.

— Это было очень некрасиво с твоей стороны — подставить подножку Таре, — наконец сказал он.

— Это было очень некрасиво с твоей стороны — появиться с ней так, чтобы я это увидела, — в тон ему ответила я. — Но в любом случае, передай ей мои извинения. Только я не обещаю, что в будущем этого не повторится.

Глаза Ирги блеснули, и я была готова поклясться, что он подавил смешок.

— Кто бы говорил. Это не мне приходится отбиваться от женихов, которых с каждым днем все больше.

— Тебе-то как раз и приходится от них отбиваться, — заметила я.

Некромант неожиданно горько засмеялся. Я смотрела на него, понимая, как безумно я соскучилась по его веселому, непринужденному и заразительному смеху, которым он раньше часто смеялся. Что же случилось с нами?

— Да, — сказал Ирга наконец, — не зря в гномьем квартале ходили слухи, что Отторн надумал женить старшего сына.

— Откуда ты это знаешь? — удивилась я.

— Гномам тоже иногда нужны услуги некромантов, — пожал плечами Ирга и мрачно добавил: — После заявления Отто мне стало понятно, на ком собирается женить сына Отторн. Впрочем, меня это уже не касается.

Эта фраза разозлила меня.

— А чего ты ждал? Что я буду днями и ночами проливать о тебе слезы? — закричала я, испытывая сильное желание вылить на голову некроманту чай.

— Ты говорила, что любишь меня, — напомнил Ирга. — Вот как тебе верить.

— Люблю! — рявкнула я. — Только я совсем не уверена в последнее время, что ты достоин моей любви.

— Тоже мне, королева нашлась, — язвительно проговорил бывший жених. — Чья вот только? Орочья? Гномья?

— Своя собственная, — прошипела я, швырнула чашку об стену и выбежала, так хлопнув дверью, что в комнате что-то со звоном упало и разбилось.

— Ненавижу мужчин, — бормотала я, несясь домой. — Ненавижу. Самовлюбленные, ревнивые, мелочные эгоисты. А еще этот, бородатый! Убью, как только найду.

Я влетела в нашу гостиную, воинственно потрясая ручкой от калитки, которая не выдержала напора моей злости.

— Прежде чем ты начнешь орать, — затараторил Отто, вскакивая и отгораживаясь от меня столом, — сначала выслушай меня.

— Да уж, — зловеще сказала я. — Сейчас послушаю, чтобы точно знать, за что тебя убивать. Благо у нас теперь свой участочек есть, можно тебя там и закопать. Ты под каким кустом желаешь быть погребенным: сирени или бузины?

— Сирени, — машинально ответил полугном. — Э-э-э, стоп! Я же хотел как лучше! Мне показалось, что Иргу пора было встряхнуть. А то он зациклился на своей неприязни к орку и не видит самой сути.

— И какова же суть?

— Что надо разрешать разногласия с тобой, а не устраивать драки, — торжественно сказал Отто.

— Какие там разногласия, — горько сказала я, — когда он с новой девицей под ручку появляется.

— Новой девицей, — хмыкнул полугном. — Нужна ему та девица. Это Илисса попросила свою подружку выгулять брата, потому что Ирга в последнее время слишком мрачный. Бедную девушку вид молчаливо грустящего некроманта просто сразил наповал.

— Откуда ты знаешь? — Я устало присела на стул, сегодняшний день выдался неимоверно длинным.

Поняв, что я больше не буду злиться, Отто тоже сел и принялся с аппетитом доедать ужин.

— Она мне рассказала. Когда ты убежала, я понял, что меня сейчас порвут на кусочки. Чтобы, так сказать, один соперник был, а не два сразу. Но меня спас твой мастер унылых платьев. Он спустился со сцены и стал вопить что-то типа «Спасибо за скандал, я распродал все платья». Он так кидался на Живко, чтобы его обнять, что бедняга решил, что лучше всего будет смыться. Ирга было пристал ко мне с расспросами, но я сказал, что нужно его девушку успокоить. А он сказал, чтоб я ее успокоил, и ушел. А я с девушкой познакомился, пива с ней выпил, за жизнь поговорил…

— Интересно, — сказала я, не слушая полугнома, — где он полдня ходил?

— К целителям губу подлечить, а где же еще?

— Неужели в гномий квартал ходил проверять твои слова? Кстати, Ирга сказал, мол, там все судачат, что Отторн старшего сына надумал женить.

— Что? — взревел Отто, переворачивая миску с кашей. — Что ты сказала?

— Что Ирге сказали в гномьем квартале…

— Как он мог! — вопил полугном, бегая по гостиной кругами. — Как он мог?! Не спросив меня! Я должен сам все услышать!

Отто схватил с вешалки жилетку и выбежал из дома.

— Подамся в монахини, — думала я вслух, собирая со стола кашу. — У них нет проблем с любовью.

В двери постучались, и вошла Томна.

— Спасибо тебе! А вот это за моральный ущерб, — прощебетала она, кладя на стол приятно звякнувший мешочек. — Я знала, что пригласить на показ Живко — это была прекрасная идея. Кстати, что с вашей калиткой? Там кто-то ручку оторвал, тяжело открывать теперь.

— Да уж, пригласить Живко была действительно прекрасная идея, — согласилась я, не зная, плакать мне или смеяться.

— Я идею в одном столичном журнале подсмотрела, — похвасталась Томна, — что скандал увеличивает популярность.

— А откуда ты знала, что если будет Живко, то будет скандал? — подозрительно спросила я, решив оставить обвинения на потом. В конце концов, в том, что произошло между парнями, подруга не виновата.

— Так я же была в кабачке, когда они с Иргой два месяца назад из-за тебя подрались, — ляпнула Томна. Потом она посмотрела на меня, и глаза ее округлились. — Ой… А ты не знала об этой драке?

— Томна, — умоляюще сложила я руки на груди, — я прошу тебя, расскажи, как было дело!

— Он тебя бросил после того случая? — спросила соученица.

— Не совсем, — уклонилась я от подробных объяснений. Не буду же я, в самом деле, рассказывать ей, что Ирга бросил меня после того, как застал в объятиях Живко.

— Дело было так. — Глаза девушки возбужденно заблестели. — Мы с девчонками сидели в кабачке, а Живко со своими друзьями — за соседним столиком, трепались, понятное дело, о женщинах, у них там кто-то недавно женился. И тут заходит Ирга со своими сослуживцами. А тот, что женился, говорит орку в этот момент, типа что ты понимаешь в том, как неудобно спать, когда у тебя на руке жена всю ночь лежит. А орк на Иргу оглянулся и говорит, типа у меня недавно одна такая красавица всю ночь на груди проспала, даже дышать тяжело было, но я ради нее терпел, знаешь, была тут такая завсегдательница, Ольгерда.