Валентин Сарафанов - Рыцарь лома и топора

Когда раздулся еще один пузырь, все сразу узнали в нем самого «короля». Публика покатилась под столы, когда у того неожиданно выросли рога и отросла козлиная борода. Народ будто с ума сошел. Сам «король» хохотал как безумный, показывая пальцем на свое изображение, а «королева» начала икать.

Коля не смеялся. Происходящее ему не нравилось. Светлана хмурила брови, изредка настороженно переглядываясь со своим «рыцарем». Немудрено. Все происходящее начинало принимать масштабы массового психоза. Кто-то катался под столом, другие же ползали на карачках промеж стульев, дамы визжали в истерике. Тем временем Гелла надула еще несколько пузырей с изображениями известных личностей, под истеричный смех зала проткнула их по очереди трубкой и, окинув взглядом присутствующих, сама стала дико хохотать.

– С ума сошли все, – пробормотал Коля. Его услышала Светлана.

– Точно, – согласилась она. – Рехнулись, однозначно! Даже у папы крышу сорвало! Посмотри на него. Он же так никогда не ржал. А мама! Как кобыла прямо. Не больше и не меньше. Надо что-то делать!

– Тихо! – разнесся над залом громкий возглас Геллы. Публика мгновенно затихла, но кто-то продолжал икать от смеха.

– Тихо, скоты, – ухмыльнулась Гелла. – Наступило время последнего номера! Сейчас будет апофеоз! Вы рады?

– О, я-я! – раздался голос какого-то иностранного гостя. – Ми есть отшень рад, я-я!

– Дас ист великолепно! Глюклищ! – добавила его спутница.

– Вот именно, глюки это все, слышишь, Коля? – прошептала Светлана.

– Она нас скотами назвала, и это не глюки! – процедил сквозь зубы Коля. – Вот тварь! А эти все будто и не слышат. Будто так и надо.

– Наступило время последнего номера, – вновь повторила Гелла. – Я приглашаю на сцену самую красивую девушку в этом зале. Кто у нас самая красивая девушка? А?

– Света-а-а! – дружно завопили все. – Све-е-ета!

– Света, – кивнула Гелла и устремила свой темный взгляд на «принцессу». – Выходи, Света, поближе к свету! Давай, Света, не бойся света.

– Я не хочу! – решительно замотала головой Светлана.

– Света, я тебя жду, – настойчиво произнесла темная гостья.

– Света, иди! – завопила толпа. – Слава принцессе! Ура!

– Иди, Светочка, – гордо произнес «король».

– Иди, дочка, – решительно потребовала мать-«королева». – Ты должна.

– Да не хочу я, – уже менее решительно произнесла Светлана, уступая требованию родителей.

«Не ходи», – хотел было потребовать Коля, пытаясь схватить «принцессу» за руку, но его словно парализовало. Он не мог даже пальцем пошевелить, а Светлана, будто не по своей воле, медленно поднялась из-за стола, направилась к сцене, поднялась по ступеням и подошла к темной гостье. И тут Коля увидел вместо молодой брюнетки с фигурой фотомодели какую-то тетку неопределенного возраста, облаченную в длинный темно-синий плащ. Тетка бросила в сторону Коли недобрый, холодный, как зимняя ночь, взгляд, вытащила из складок плаща большой черный платок, накинула его на Светлану, закрыв ее с ног до головы, выпучила глаза и начала что-то каркать вороной. Коля часто заморгал, полагая, что это какой-то обман зрения, но тетка, появившаяся невесть откуда, не исчезла и продолжала свое странное действо. Коля почуял недоброе, рванулся вперед, но лишь дернулся и упал на пол, стащив на себя со стола скатерть вместе с посудой.

– Перебрал наш богатырь! – услышал он возглас «короля». – Ничего, бывает!

«Сам ты перебрал», – хотел было выкрикнуть Коля, но не смог двинуть языком, и ему невольно вспомнилась «Муму» Тургенева. Лежа на полу, он увидел, как странная тетка, закончив каркать, сдернула свое черное покрывало и… О нет! Коля отказывался верить в происходящее, но понимал, что произошло нечто, не укладывающееся в рамки обычных представлений. При этом он точно знал, что это не фокус и не иллюзия. Это реальность, и она ужасна. На месте «принцессы» на сцене стояла коза. Обыкновенная белая коза с короткими рожками и хвостом.

– Ме-э-э-э, – издала коза гнусный звук и посыпала на сцену мелкими катышками.

– Браво! – завопила публика. – Бис!

Зал взорвался аплодисментами.

«Они что, не видят ничего? Не понимают?» – мелькало в голове у Коли. И тут он почувствовал, что его отпустило, он снова мог двигаться. Коля тут же вскочил на ноги и бросился на сцену. Но таинственной тетки и след простыл. На сцене испуганно топталась коза. А публика бесновалась в восторге.

– «Принцессу» похитили! – крикнул Коля со сцены.

Его никто не хотел слышать. Все словно взбесились и скакали под песню «Куда уехал цирк, он был еще вчера». Коля бросился к «королю».

– Перекройте все выходы!

– Зачем? – спросил непонимающе «король».

– Светку похитили!

– Да ты что! Пить надо меньше! – сквозь смех сказал король.

Коля заозирался по сторонам. Где эта ведьма? Куда эта тварь могла сбежать? Со сцены нет прямого выхода наружу.

– Где! – завопил он яростно. – Где?! Вы, козлы, вы что, не понимаете, что произошло?! «Принцессу» похитили! Ну, вы точно скоты!

– Перебрал малость, – усмехнулся «король». – Спать пора.

– Это вы перебрали. Я-то не пил!

Тут Колю как молнией жахнуло. Он понял, почему все словно рехнулись.

– Вино! Водка! Рехнулись те, кто пил! За чужой счет как не выпить?! А я не пил! Светка тоже не пила!

Коля подбежал к «королю» и схватил его за лацканы фрака.

– Да это вы перебрали! Это вы все спите! Прикажи выходы перекрыть! Ты, болван! Сам свою дочь на сцену послал! Украли ее! Твою дочь украли!

– Охрана! – завопил кто-то в зале. Коля почувствовал на плечах чьи-то цепкие руки. Стряхнул. Какие-то маленькие людишки начали цеплять его с боков. Коля отмахнулся. Зазвенела посуда, затрещала сломанная мебель.

– Милиция! – раздался чей-то истошный вопль, а Коля раскидывал в стороны стражу «короля», как лев шакалов.

Рушились столы. Гремела посуда, кричали дамы. Гости тупым, безмозглым стадом рванули к выходу. Коля сам не понимал, что творил, но все его нутро подсказывало ему, что бездействовать нельзя, надо что-то делать. Интуиция вела его в нужном направлении, на улицу, туда, где за потерявшей память «принцессой» захлопнулась дверь черного такси и молодой водила с остекленевшими глазами медленно начал выруливать со стоянки. Коля мог бы успеть, но эти мелкие твари из охраны «короля» цеплялись за него своими отростками. К тому же вскоре милиция подоспела. Коля почувствовал жесткий удар в бок, а в голове будто молния взорвалась.

«Электрошокером бьют», – успел подумать он, почувствовал еще один удар, затем еще – и погрузился в темное небытие.

Глава 3

ПОЖАР

Склонившись над столом, Коля читал протокол задержания. В протоколе черным по белому гражданину Коле по фамилии Калин предъявлялись обвинения в том, что он в пьяном угаре напал на почетного гражданина города Романова Ивана Ивановича в самый разгар торжественного празднования юбилея вышеуказанного лица, проходящего в здании бизнес-центра «Евразия». В результате зверского нападения пострадал дорогой праздничный наряд уважаемого гражданина, а ему самому было напрочь испорчено радостное настроение.

Кроме того, самому зданию бизнес-центра как шедевру архитектурного и дизайнерского искусства в результате пьяного буйства фигуранта, обладающего фигурой невероятных размеров, был нанесен непоправимый урон в виде разбитой в щепки двери банкетного зала из красного дерева редких пород. Одновременно с этим фигурант непосредственно в банкетном зале разбил шесть столов и двадцать пять стульев. Все свои действия фигурант сопровождал отборной нецензурной бранью, оказывал яростное сопротивление охранникам, нанося им телесные повреждения различной степени тяжести в виде выбивания зубов и совершения у них сотрясения мозгов. При этом он громко вопил, что коза, нагадившая на сцене, на самом деле не кто иная, как родная дочь именитого гражданина Романова, а кругом одни козлы и скоты. Тем самым он обесчестил и уронил достоинство всеми уважаемого в городе, да и в стране в целом, так называемого почетного юбиляра, испортив ему праздник всей его жизни.

Далее к протоколу прилагался длинный перечень разбитых фужеров фламандского стекла, венецианских бокалов, антикварных китайских ваз и прочих шедевров мирового массового стеклонадувательства. Всего более ста наименований и разновидностей. Перечень уничтоженных в результате пьяного дебоша предметов и ценностей завершало сорванное с гражданки Коровиной уникальное платье от знаменитого кутюрье, самым варварским образом разорванное пополам.

– Бред. – Коля отодвинул бумагу. – Я не буду это подписывать.

– Как хотите, гражданин Калин, – пожал плечами майор. – Ваша подпись ничего не значит. Там было более двух сотен свидетелей.

– Они рехнулись. На их глазах ведьма похитила Светку, а они все громко ржали, как лошади.