Павел Кошовец - Рик: Прогулка в небесах

  Из одиннадцати человек только трое: я, Гермес и Нуда, не считая потрясения были не пострадавшими. Несколько, вроде Фиалки, оглушённого Мишани и с трудом, но передвигающегося Капсюля, были "на своём ходу". Остальные... Остальные же...

  - Что случилось, Рик?!

  Я узнал этот чудесный голос. Но изобразить улыбку губы не поднимаются.

  - Вот... - развёл руки в стороны. - Без комментариев, - удручённо смотрю на встревоженную Розетту. - У тебя все целы? - она утвердительно кивает. - Хоть одна хорошая новость, - потупился, потом посмотрел, как разведчики пытаются привести в чувство и как-то обработать раны товарищей. - Трое гадов ушли в Лабиринт, - криво ухмыльнулся. - Вот только не в том месте, где мы планировали.

  - Я поняла, - спокойно ответила Розетта, пристально вглядываясь за мою спину - в то место, куда гады тоже пытались прорваться... Или прорвались?

  Я спохватился.

  - Розетта, пошли кого-нибудь узнать, что там происходит. Может уже всё закончилось, и нам нет смысла дёргаться... на верёвочке.

  Девушка нахмурилась и побежала сама, за ней ещё четверо разведчиков.

  Когда не знаешь, что всё плохо, это не значит, что уже всё плохо. Поэтому я решил не бездельничать и потащил под руки ближайшего ко мне обездвиженного дюля к Последнему рубежу. Очнётся ли он от действия нейтрализатора или вернётся в сознание после потери оного вследствие неприятного столкновения - не суть важно. И то, и другое - болезненные процедуры...

  Командиры отряда и я произвольно расположились за линией душевых. Дюли и мы с Мишаней устало сидели прямо на полу или стояли, привалившись к стене. А вокруг лежали неровными рядами наши пострадавшие товарищи. Находящиеся на ногах ещё продолжали искать и перетаскивать нейтрализованных и раненых. Итоги были неутешительны: из сорока двух человек отряда двадцать два были неподвижны и четверо с переломами и сотрясениями различной тяжести. Большая половина дюлей Мурло, все лучницы, трое наблюдателей вместе с Отвёрткой, Гермес, Дядя... В центре гады практически распинали нашу оборону и только отчаянный и неожиданный бросок Мурло с несколькими дюлями и лучницами отбросил гадов. В ходе вылазки уцелел... только Мурло. А насчёт потерь противника ничего неизвестно - гады ушли вдоль стены на Запад и если кто из них был выведен из строя, они его унесли... Преследовать их было некому...

  - Знаешь, - подал голос хмурый Мишаня, правой рукой осторожно ощупывая черепушку, - это уже не смешно.

  Я удивлённо посмотрел на него, потом неулыбчиво хмыкнул.

  - Да? - уточнил зло. - А тебе казалось, что в пионерлагерь попал? Или думаешь, у нас в отряде одни техасские рейнджеры, которым кирпич сломать всё равно что пукнуть? - я наклонился в его сторону, вылупил зенки сорок четвёртого размера. - Да у нас даже хулиганов раз - два и обчёлся, а то в основном цирюльники, инженеры, бухгалтера - и прочие пацифисты, которые и воюют-то в лучшем случае с собственным геморроем... - А потом вдруг успокоился - я точно знал план наших дальнейших действий. Но для начала нужно было отдохнуть немного. Как раз время "а поговорить" у моих штабистов. Повернулся к Мишане. - Ты вначале что-нибудь по существу предложи, а потом уж вычухивай свои шишки, - проговорил мягко и примирительно.

  - Ага, - надулся тот, потом выпрямился воинственно. - Ладно, проехали, - усмехнулся криво. - Пусть более компетентные люди высказываются. А мне уже как-то безразлично, какой стороной башку подставлять: лицевой или затылком.

  - Ты не прав, - пожурил я его. - В нашем деле без каски никуда. Мы и так проигнорировали крылатую фразу: не стой под стрелой, так что по-любому наши трафареты выставят в галерее героев. Нам же остаётся определиться - будем ли запечатлены в мокрых подштанниках... либо вообще без оных, - завершил наставительно и окинул мудрым взглядом черепахи Тортилы своё воинство. Как обычно слегка притрушенные выражения лиц сопровождали наш с Мишаней пинг-понг. Затуманенные воодушевлёнными словами глаза случайно набрели на очаровательный лик Розетты и повисли на решительно поджатых малиновых губках.

  Девушка отреагировала на это, как на возможность высказаться.

  - Учитывая расстановку сил и некоторый разброс отряда гадов, предлагаю воспользоваться этим, - упрямо выдвинула вперёд подбородок. - Все дееспособные дюли сейчас выступают в направлении Лабиринта, где общей массой мы можем нейтрализовать ушедших туда троих противников. Кстати, - она самодовольно улыбнулась, - одного обездвиженного и безответственно оставленного у Западной стены мы с разведчиками вывели из строя...

  - Как?! - испуганно воскликнул, почему-то представляя такую картину: Гриппа и Розетта тупым лобзиком отпиливают гаду голову.

  - Связали, - её изумительные бровки взлетели в бесконечном удивлении - мол, пацифизм пофигизмом, но от щелбана ещё никто не умирал. Так что, Рикушка, будешь задавать глупые вопросы, получишь ведро тумаков в качестве освежающей терапии.

  Я проигнорировал несказанную угрозу - будучи активным последователем учения толстокожести, я мог при должной психологической сноровке превратиться в этакий ходячий тормоз и умильно улыбаться вслед осчастливившей мою шевелюру улетающей на курорт вороньей стае.

  - Ещё мнения? - в ожидании посмотрел на Мурло.

  Тот пожал плечами.

  - Не думаю, что это сильно изменит наше не... не очень положение, - тихо произнёс он, а я удивлённо вскинул голову - подобный пессимизм никак не соответствовал Мурло. - Гады - не те противники, которым мы действительно можем противостоять, - откровение прозвучало ещё тише, при этом он даже наклонил вперёд голову, будто опасаясь быть услышанным, а потом опустил глаза, иронично улыбнулся. - Но это не значит, что мы не должны вставлять собственные конечности в жернова игрового комбайна...

  - Очень оптимистично, - прокомментировал Мишаня, глядя в сторону и продолжая оглаживать голову.

  А я вздохнул - прогнозы ещё те, с обильными осадками, выпадением снега, града - и прочих кирпичей.

  - Что ж, пора приводить в исполнение план "Скунс". - Командиры встрепенулись под моим внимательным взглядом, восстанавливая в памяти, что это значит. - А пока вот что нам нужно сделать. Мишаня, ты останешься на линии своих душевых - на случай неожиданного появления противника... вдруг они сработают. И... - задумчиво прожевал глазами дружбана, - Фиалка ведь не дееспособна, - утвердительный кивок, хотя я вопрос-то и не задавал - так, констатация факта. - поэтому найди себе другого помощника. И, пожалуйста, когда будешь демонстрировать краны холодной и горячей воды, не забывай, что гады могут появиться в любой момент, а длительное ваше отсутствие чревато... В общем, чревато. - Дождался Мишаниного недовольного согласия (хотя, что ему не нравится? с его отработанной техникой соблазнения, он может справиться даже с кондуктором в общественном транспорте в сжатые сроки) и повернулся к Розетте. - Тебе с разведчиками необходимо предупредить нас вовремя о появлении гадов. - Действуй на своё усмотрение, но... - строго покачал пальчиком, - на рожон не лезь, иначе отшлёпаю по мягкому месту, если оно, конечно, к тому моменту у тебя будет в целостности и сохранности, - Розетта снисходительно улыбнулась. - Смейся, смейся, но смотри, как бы не понравилось твоей попочке знакомство с моим ремнём, - произнёс многозначительно; Мишаня заржал, а девушка очаровательно покраснела, что раньше за ней не наблюдалось. - А если серьёзно, то любой ваш героический закидон может обойтись нашему отряду окончательным и бесповоротным поражением - мы ведь не сможем уйти, бросив своих на съедение ненасытным гадам. Ясно? - требовательно спросил, убрав с лица даже намёк на улыбку. Розетта кивнула, не отводя глаз. Довольно хмыкнул про себя и посмотрел на Мурло. - У нас задача посложнее: поскорее изобрести какое-либо транспортное средство для перемещения пострадавших. Что-то типа волокуши или телеги. Подтянуть всех нейтрализованных от стены сюда, к Последнему рубежу и быть готовым сорваться прочь в любой момент. Приступаем.

  Инженерная мысль в экстремальных условиях у моих дюлей работала хорошо. Простые волокуши были сразу же забракованы, после того как обнаружились круги диаметром в тридцать сантиметров, раннее служившие неким украшением на стенах зала, и достаточно крепкие, чтобы послужить колёсами. Кузовом послужили широкие листы три метра на два, в которые впаяли оськи, с последующим нанизыванием колёс. Первые три телеги вскоре были готовы и успешно прошли испытания: дурачившийся Мишаня умудрился даже попрыгать во время движения, пока не удержал равновесие и повторно приложился недавно приобретённой шишкой о твёрдую поверхность. Пятеро мурловцев во главе со своим начальником впряглись в три телеги, загруженные пятнадцатью телами и, сопровождаемые четырьмя ходячими ранеными (в том числе Фиалкой, порывавшейся остаться и составить мне компанию), оказывающими посильную помощь, отбыли потихоньку в известном Мурло направлении. А я остался в компании двух очнувшихся (зелёных, как после расстройства желудка) и пятерых неподвижных дюлей. Мишаня к этому моменту уже вовсю накручивал краны ванных и душевых, забивая непонятным образом работающие сливы, попутно инструктируя и подкручивая свежую помощницу, расхристанный вид которой свидетельствовал об успехах на этом поприще. Короче, когда увеличившиеся лужицы стали подбираться к нейтрализованным бойцам, у меня появилась ещё работка.