Галина Курдюмова - Восток — дело темное, Неневеста!

— Иди сюда, мой хороший…

Хоркус зацокал сердито и отвернулся. Вот это да! Это он на меня так обиделся за то, что я его напугала?

— Да иди…

Куда там, уцепился за плечо ведьмы и стал демонстративно перебирать ее выбившиеся из-под платка волосы. Обидчивый. Знал бы ты, для чего я это сделала, но ты просто глупый маленький зверек. Ну и ладно!

Ара обняла меня и расплакалась, не найдя слов. А Хип отодвинулся подальше.

Гаенус долго тряс мою руку и рассыпался в благодарностях и за себя, и за свою спасенную любимую. А затем рассказывал, как отпаивал Ару своими травами.

— Гаенус, а не могли бы вы поделиться со мной рецептом, продляющим жизнь?

— Девочка, посмотри на меня. Да, я прожил гораздо дольше обычного человека, но я не смог сохранить молодость. Используя эти средства, мы с Арой сможем прожить еще несколько лет, может, даже десятилетий. Но помолодеть они нам не помогут. Представь рядом с Кащеем дряхлую морщинистую старуху. Это тебе надо? А ему? Нет, вам следует поискать нечто другое, не просто продляющее старость, а сохраняющее молодость. И я, зная тебя и Кащея, уверен, что вам удастся найти нужное средство.

Тера была серьезна и сосредоточенна.

— Сегодня я скажу Жуку, что мне неважно, кем он был и кто он есть. Я хочу быть вместе с ним всегда. И все мое теперь будет нашим. Я никогда ни о чем не пожалею, если только он согласится остаться.

— Обязательно! Откладывать больше нельзя. Тера, дорогая, накинь на меня какую-нибудь симпатичную личину, я не хочу шокировать и вводить в заблуждение гостей.

Зеркала при себе не было, и я не видела, что со мной сотворила подруга, но она сказала, что изменения минимальные и все довольно прилично смотрится. Надеюсь, что успела привить ей хороший вкус.

Жук опять попытался смыться, мотивируя тем, что проклятие снято и он уже здесь не нужен. Я ухватила его за руку, и мы все вместе вошли в приемный зал.

Зал замер. Затем зашумел, пораженный.

Величественная в королевском платье Маргарет вышла в центр и начала речь:

— Вижу ваши недоуменные взгляды, дорогие гости! Вы приехали на коронацию Фейлука, а встречаю вас я. Да, я — принцесса Маргарет, которую все считали погибшей. Произошла ошибка. К счастью, я жива и здорова. Я отправилась в путешествие, во время которого отыскала свою родню. Это моя прапрапрабабушка Ара. (Дружное «Ох!» всего зала). Не удивляйтесь, мне тоже трудно было поверить, но это действительно она. А это — мой прапрапрадедушка Гаенус. (Еще более громкое «Ох!».) Да-да-да-да-да! Прошу любить и жаловать, он по совместительству еще и Великий король Центрального королевства! (Изумленные крики в зале. Обмороки среди наиболее впечатлительных дам.) Готова принять ваши верноподданные поздравления: дедушка передает Центральное королевство в руки своей единственной наследницы, то есть мне. (Общий стон. Массовые обмороки.) По причине того, что я не смогу одновременно управлять двумя государствами, да еще и разделенными территориально, а моя дорогая мать королева Генриетта отправляется в Центральное королевство вместе со мной, передаю эту корону моему единственному кузену Фейлуку, который сможет достойно править Пракией под чутким руководством моей дорогой тетушки Клементины. (Мертвое молчание, затем одиночные хлопки и наконец бурные аплодисменты.)

Молодец, Маргарет! Моя школа. И овцы сыты, и волки целы. Интересно было наблюдать за тетушкой и ее племянником, которые до этого скромно стояли в уголке под бдительным взором вооруженного мечом Кащея. Они то бледнели, то краснели, гадая, какая их ожидает за все хорошее участь: то ли повезет, и их просто обезглавят, то ли расчленят на мелкие кусочки и разбросают по всей Пракии. Фейлук вообще был в полнейшем шоке. Он и не подозревал о такой бурной деятельности своей матери, а теперь готовился разделить с ней наказания за все преступления, в которые она его косвенно вовлекла. Когда Маргарет произнесла последние слова, бедняги просто подумали, что боги их пожалели, и они сошли с ума раньше, чем услышали свой приговор. Но когда будущая королева Центрального королевства подошла и собственноручно нахлобучила еле держащемуся на ногах кузену корону на макушку, они подумали, что сошла с ума именно она. А уж когда гости стали подходить по очереди к Маргарет, а затем к Клементине и ее полностью офонаревшему сыну, я даже не знаю, что они подумали…

Когда началась церемония поздравления, я еле успела отловить Жука за пояс. Он вновь попытался смыться. Я отчаянно зашептала Тере на ухо:

— Признавайся ему поскорее в своей любви, а то я его еле держу!

— Ага, — кивнула девушка, — сейчас!

Она открыла рот, чтобы сказать Жуку главные слова, но тут дворецкий объявил припоздавшего гостя:

— Король Фальции Ридрих Второй из славного рода Маргусов!

Все обернулись к входящему гостю, разодетому в пух и прах. Ну и чего он приперся?

Глава 47

ЛЮБОВЬ, ОНА И В АФРИКЕ ЛЮБОВЬ

Король Ридрих с разгону бухнулся на одно колено, закрыл лицо растрепанным букетом цветов и торжественно провозгласил:

— О любимая! Как долго я тебя ждал! Знай, сколько бы воды ни утекло и что бы ни произошло за это время, мое предложение по-прежнему остается в силе!

Тера в шоке беззвучно шевелила губами, пытаясь произнести ответную речь.

Жук напрягся до предела, но, по крайней мере, перестал вырываться из моих рук.

Гости замерли с открытыми ртами и ожидали продолжения спектакля.

А Ридрих вскочил на резвые, еще не пораженные ревматизмом ноги и протянул букет… Генриетте. А на онемевшую Теру даже не посмотрел. Нет, посмотрел, но это было уже приложением к его следующим словам:

— А твою дочь Маргарет готов удочерить хоть сегодня. К ее отцу я всегда относился с уважением.

Экс-королева Генриетта, довольно еще привлекательная, а после появления дочери так просто похорошевшая, часто заморгала, оглядываясь вокруг, словно ожидая помощи или подсказки. Суфлеров не было. Думай сама.

— Это так неожиданно, Ридрих… Я всегда хорошо к тебе относилась… Двадцать четыре года назад я с трудом сделала выбор в пользу Генриха… Вы мне нравились одинаково… Я подумаю!

— Йес! — выкрикнул, подпрыгивая, король. — Подумаем вместе! — Сгреб Генриетту в охапку вместе с замученными цветами и потащил прочь из зала, шепча на ушко так, что и мы слышали:

— А помнишь?.. А ты знала?..

Когда они покинули зал, толпа облегченно вздохнула и раздались продолжительные одобрительные аплодисменты. Мелодрамы и здесь обожают.

— Вот так неожиданно и уводят женихов, — с некоторой обидой в голосе прошептала мне на ухо Маргарет.

Жук вытер рукавом пот со лба и снова рванулся, собираясь незаметно скрыться. Но я бдела. Я не позволю ему просто так убежать от своего счастья!

Процедура поздравления возобновилась, а я снова наклонилась к Тере:

— Не медли! Если он сейчас ускользнет, ты можешь не увидеть его больше никогда!

Девушка сглотнула слюну, согласно кивнула, обернулась к Жуку и открыла рот.

И медленно закрыла.

Огромный, как медведь, мужчина с расшитой драгоценными камнями перевязью только начал приносить свои поздравления юной королеве Центрального королевства, как взгляд его упал на вырывающегося из моих рук Жука. Глаза великана полезли на лоб, и он громогласно вскрикнул:

— О мой принц!

Вот это фокус! Какой еще принц? Где?

Охотник на снупсов обреченно обмяк в моих руках.

Впрочем, смыться теперь он точно не сможет, так как мужчина держит его медвежьей хваткой, трясет за плечи и кричит на весь зал:

— Оба-на! Да это же наш драгоценный принц Жульен! Весь Ампиньон с ног сбился! Батюшка в горе. Мачеха в… Все его ищут! А он здесь, как ни в чем не бывало!

— Откуда вы здесь взялись, дорогой дядюшка? — преодолевая тряску и даже не пытаясь вырваться, трагическим голосом произнес Жук.

— Приехал на коронацию вместо королевской четы. Они как раз не смогли…

Дядюшка наконец-то поставил племянника на пол.

— Жук, — успела шепнуть я ему, — что ж ты молчал? Ты — принц? Теперь ничто не мешает тебе признаться Тере в своей любви!

— Ни за что! — так же шепотом ответил он мне. — Я простой принц, а она — королева Центрального королевства! Разве можно сравнивать?! Я не хочу, чтобы она считала, что у меня чисто меркантильный интерес!

— О дурак! — только и нашла, что сказать я.

Я обернулась к Маргарет и зашептала ей:

— Он — принц! Теперь вы почти равны! Говори ему все, что собиралась сказать!

Девушка смутилась:

— Я готовила свою речь для безродного охотника за снупсами, но он оказался принцем! Теперь он, если любит меня, должен признаться первым!

— О-о-о! — простонала я.

Как можно с ними разговаривать?

Тут дядюшка сделал скорбное лицо и замогильным голосом произнес: