Наследница Бабы-Яги (СИ) - Вериор Лика

Мы дошли до конца коридора и уткнулись в огромную, во всю стену, двустворчатую дверь, которая тут же начала открываться.

Кощей вошёл первым, за ним — я. Мы оказались в круглом со всех сторон помещении, словно кто-то очень усердный выскоблил его вручную. Неровные изумрудные стены светились золотыми прожилками.

Это золото напоминало просачивающуюся воду. Не удержавшись, я коснулась стены пальцами и будто ощутила влагу, но наваждение тут же исчезло, а золотые ручейки, обогнув мои пальцы, побежали дальше вниз.

— Это Сила, — Кощей, не останавливаясь, шёл к освещённому алтарю. У света не было источника — я внимательно осмотрела стены, вгляделась в камень, ожидая увидеть ниши со спрятанными светильниками, но ничего такого не нашла. А свет был, достаточно яркий, чтобы я отчётливо видела всё вокруг.

На алтаре лежала огромная раскрытая книга. В закрытом виде её толщина, наверное, достигала бы пятидесяти сантиметров.

— Пятьдесят семь, — поправил Кощей. — В длине — метр двадцать, в ширине — восемьдесят. Это Книга Трёх Родов. Сюда вписаны все наши потомки от самого сотворения мира. Ты тоже тут есть.

— В смысле?..

— Посмотри.

Я тут же заглянула в книгу. Буквы на первый взгляд показались непонятными, но вскоре я разглядела знакомые черты сквозь витиеватые узоры.

«Морена. 7509 г.р. (от нов. сот. м.) Отец — Владимир (м.). Мать — Виолетта (м.). Род — Ядвига. Сила — есть. Дар — …. Яга.»

Сердце затрепетало. Сюда записаны мои родители?.. И, если посмотреть выше, на странице, над строками, принадлежащими Заре, значится: «Владимир (м.). 1480 г.р. (от нов. сот. м.) Отец — Григорий (м.). Мать — Велена (м.). Род — Ядвига. Сила — не проявилась.»

— Что обозначают эти сокращения? — прошептала.

— От нового сотворения мира.

— А «эм»?

— Мёртвый.

Сглотнула. Это было ожидаемо.

— То есть я Ядвига по отцу? Я почему-то думала, что род передаётся только по женской линии.

— И почему же?

— Не знаю. Как-то Яги же только женщины…

— Яги — женщины, Ядвиги — кто угодно.

— Значит, из этой книги вы знали про моё существование? И даже про то, что я — Ядвига?

— Знал.

— А кто ещё знал?

— Никто. К книге родов есть допуск только у меня. В этом ответственность Кощеев. Другие члены родов видят её лишь однажды, но обычно не помнят — при рождении. Либо, как Лияна, при включении в род.

— А зачем моё присутствие, если обо мне уже здесь написано?

— Ты должна оставить свой отпечаток.

— Кровью?

— Ты видишь на книге кровь? — Кощей вскинул бровь.

Присмотрелась. И правда нет.

— Тогда чем?

— Чернила ты не рассматриваешь?

— Чернильных отпечатков я здесь тоже не вижу.

— Логично. Тебе нужно облизать палец и приложить его к своему имени.

— Серьёзно? Облизать? — Кощей кивнул. — Но у меня руки грязные, и вообще…

— Давай! — раздалось из ниоткуда голосом Кота, и только сейчас я поняла, что он полностью растворился в тени.

— Кот? Ты в порядке?

— В порядке, в порядке. Пока уходить не собираюсь. Здесь слишком много Силы, оболочка не держится.

— Облизывай давай! — поторопил Кощей.

Пришлось облизывать. С некоторым омерзением я лизнула подушечку большого пальца, и оставила влажный отпечаток поверх своего имени.

Только сейчас заметила, что моё имя в списке было не последним. Пригляделась.

— Демания? — спросила с сомнением. — Здесь нормальных имён не водится?

«Демания. 1511 г.р. (от нов. сот. м.) Отец — Йонг. Мать — Елена (м.). Род — Горыныч. Сила — есть. Дар — ….»

Пресловутой «эм» возле имени нет. Причём и у Демании, и у её отца. Так, а…

— Разве Горынычи не вымерли?

— Конечно, нет.

— Тогда почему все считают иначе?

— Потому что Горынычи так захотели. Они начали терять Силу, и для них было лучше умереть, чем опозориться. Сначала они потеряли головы, затем — не смогли оборачиваться, потом сократился срок жизни, а после и вовсе стали рождаться дети без зачатков Силы. Они ушли, живут в Яви. Как видишь — в последнем потомке Сила всё-таки проснулась.

— То есть они вернутся?

— Могут вернуться. А могут и не вернуться. Ты ведь была на их землях, ничего странного не заметила?

— Силоток нестабилен, — вспомнила. — Поэтому Горынычи начали вырождаться?

— Наверняка сказать сложно. Кажется, вырождение началось раньше… И всё же, Силоток не вёл бы себя так. Это против его природы — обрываться. Здесь, в Нави, каждая частица несёт в себе Силу, но на Горынычевых землях…

— Это подозрительно.

— Ещё как. Природа этого нам не ясна. Всё указывает на то, что ослабление Силотока невозможно, но…

— Но всё-таки возможно, — закончила. — Но ведь в Яви Силоток тоже слаб?

— Явь куда больше Нави. Пока там рождались колдуны и ведьмы, проживала нечисть, пока было в ком Силе расти и развиваться, Силоток был стабилен и здравствовал. После переселения всё поменялось. Но здесь, в Нави, иная ситуация. Сама Навь содержит в себе Силу, взращивает её. Здесь развивается нечисть, проживают говорящие звери и растут чудесные растения. Силотоку не из-за чего слабеть.

— Это так непонятно… Может, Горынычей, как говорят, прокляли, они стали терять Силу, и Силотоку не из чего было подпитываться?.. Это же может так работать?

— Всё может быть. Наверняка нельзя сказать, остаётся только гадать. Ну что ж, мы с тобой здесь засиделись. Застоялись точнее… Поздравляю тебя, Ядвига Морена, последняя Яга, Вездесущая, Слышащая, царица Навьих земель, Защитница живого и мёртвого, Хранительница Перехода, Лесная Владычица, Вседержавная хозяйка.

— Бурерождённая, неопалимая… — пробормотала, шокированная. Вот это я титулованная звезда, однако. — А вас как полностью зовут?

— Владимир Кощей, Властитель и Всегосударь, Бессмертный и Передающий, Повелевающий, Хранитель Книги, Справедливый Судия.

— Передающий?

— Бессмертие.

— А-а… — протянула. — Слушайте, а, получается, вы любого бессмертным можете сделать?

— Кто войдёт в наш род — рождённый или путём брачных уз.

— То есть других не можете?

— Могу.

— Тогда всё же любого?

— В теории.

— В теории, — кивнула. — Интересно…

— Пойдём, ещё прогуляемся.

— Идёмте, — согласилась. На этот раз Кощей по-родственному взял меня под руку. Мы вышли в коридор и медленно побрели в обратную сторону.

— Расскажи, как так вышло, что с тобой пришёл инквизитор?

— Ну… — я тяжело вздохнула. — Петя, его племянник, живёт напротив. Мы сдружились, потом и Алек приехал. На меня напала шишига, и Алек меня спас. Как-то вышло, что мы включили его в свой круг колдовских детективов, и он оказался звеном, которое больше всех знает.

— А что ты собираешься делать дальше?

— В смысле?

— Ты ведь узнала о его задании.

— А вы как?.. Хотя чего я спрашиваю… — закатила глаза. — Узнала. Но это ничего не меняет. Он всё ещё наиболее выгодный инквизитор из всех инквизиторов, которых могут ко мне приставить, верно?

— М-м… Думаю, да.

— И тем более, теперь я знаю о его настоящих намерениях, а он не знает, что я знаю. Значит, я в более выгодном положении.

— Возможно.

— Пусть и дальше думает, что я ему доверяю.

— А ты не доверяешь?

— Нет. Теперь точно нет, — сказала твёрдо. — Зато у меня есть реальные поводы недолюбливать Ковен. Они перешли черту, подсылая ко мне свою шавку.

— У-у, сколько не выплеснутой злости! — восхитился Кощей. — Всегда держи её при себе — она точно пригодится.

— Избавляться от неё в ближайшее время я не планирую, — хмыкнула.

— Инициируйся как можно скорее, — посоветовал Кощей. — Так ты точно избавишься от сомнений.

— Каких сомнений?

— В том, что ты Ядвига. Что ты Яга.

— Думаете, я ещё сомневаюсь?

— Знаю это наверняка. Но инициация важна не только для этого. Твоя Сила.

— А что с ней?

— Сейчас она эпизодична, вырывается из тебя бесконтрольными толчками и не имеет конкретной формы. Но после инициации это может измениться в лучшую сторону.