Михаил Высоцкий - Последняя Баллада

— тем временем слогом первых разумных этого мира, только что познавших чудо речи и научившихся колдовать, декламировал Олег.

Даже не слова — звуки. Они не имели глубокого, философского смысла, в языке создавших это заклинание созданий таких понятий, как «смысл» или «философия», не существовало. Они знали слова «чу» — есть, «лю» — спать, «гу» — солнце, «бу» — страшное время, когда солнце умирает и мир вокруг становится смертельно опасным. Но зачем для магии пентаграммы, хорды, алхимические порошки и прочая заумь? Волшебство разлито вокруг нас, под это понятие попадает все, что невозможно познать разумом, это замки, за которыми укрыты величайшие секреты бытия, и каждое заклинание, каждый ключ может открыть только один из них.

Разумные — не люди, а просто разумные, величайшие города периода расцвета их цивилизации сейчас лежат под многокилометровой толщей осадочных пород — на заре своего существования создали не ключ, а отмычку — универсальную отмычку, с помощью которой можно отпереть любые чудеса. Они так и не поняли, что сотворили, — с ходом прогресса примитивные наговоры были забыты, а потом в ходе разрушительной войны и сами существа навеки сгинули. Видать, не такими уж и разумными они оказались.

Но остался бог. Странный, нетипичный бог — он и сам забыл, откуда взялся, но, единожды запомнив, миллионы лет хранил в своей памяти древнее заклинание. Простое, но смертоносное — оно могло погубить весь мир, а могло исцелить обычную простуду. Древние, что в порыве откровения смогли сотворить это волшебство, так и не поняли, что именно за чудо попало им в руки — единственное заклинание, за которым скрывалась абсолютно вся магия. Не нужно менять слова, не нужно ничего фантазировать — стандартная форма, а потом выхватываешь из мира магии то, что тебе нужно, и закрываешь за собой дверь. Заклятием, способным творить звезды, они охотились на мамонтов, разжигали костры и спасались от грозных ледников, что однажды сдвинулись со своих вековых лежбищ.

Это заклинание да магам в руки — и не нужны никакие Академии, долгие годы тренировок. Каждый ребенок двух лет способен выучить считалочку «Бу. Чу. Гу. Лю.:.», а все остальное зависит лишь от фантазии колдующего. Какую из магических дверей он откроет, какое волшебство призовет в мир — великое благо и великая ответственность, ни один смертный не способен взять на себя такую, лишь вечный бог, умеющий обуздать искушения.

Но однажды через миллионы лет и он не удержался — в мир пришли «братья», и лишь древней магией бог смог выбросить прочь незваных гостей и захлопнуть за ними дверь, навеки пленив одного из них. Но то ли где-то ошибся, то ли сил выпустил больше, чем смог удержать, — бог и сам сгинул в том катаклизме, выбросившем мир из цепи остальных миров, а с ним сгинуло и заклятие…

Чтобы еще через тысячи лет достаться Олегу.

Доверившись призвавшему его дух вампиру, бог полагал, что тот, как и он сам, обратится к могучим силам, и пусть уничтожить «братьев» не суждено даже им, спасти мир от этой чумы таким образом несложно. Но Олег не был бы Олегом, если бы не перекроил план, — ведь если отмычкой можно вскрывать замки, то ею же можно и запирать. Конечно, занятие непростое, но результат стоит того: заклятием древних можно навсегда запереть абсолютно всю магию этого мира, а «братья» без своего колдовства — обычные вампиры…

Ку. Гу. Му. Ну.Ну. Му. Гу. Му.Чу. Му. Гу. Ку.Гу. Гу. Гу. Ку

— продолжал читать нараспев вампир, и противники молча внимали, не рискуя прервать заклинание, — если дверь в мир магии оставить приоткрытой, даже всеведущие «братья» не в силах предугадать, какие случатся катаклизмы…

— Вот, — развернул Хар перед магами несколько схем. — Это Огонь Прометея. Вот это мой артефакт — вы все его, наверно, видели. А вот это то, что мы должны сделать. Олег мне передал, что вся магия этого мира в одночасье исчезнет, но если мы перестроимся и будем использовать не ее, а преломленный свет Огня, то для нас как будто бы ничего и не случится! Только я не знаю, как это собрать. Вот тут, тут и тут я сам не справлюсь, нужна ваша помощь, да и зарядить схему не смогу, а мы должны это сделать до того, как волшебство пропадет. Поможете?

— Интересная задачка… — задумался Ферм Лад- най, — Ты уверен, что без крови демона не обойтись? У меня в лаборатории было когда-то несколько пробирок, но я не уверен, что еще что-то осталось…

— На складах Ордена найдется все, — отрезал Камардон. — Маги, вы сможете сделать то, что просит Хар?

— Сможем, — кивнул Архимаг, — но нам нужно время. Когда Олег пообещал сотворить свое чудо?

— Я не знаю точно… — смутился Хар. — Он передал, что начнет на рассвете, заклинание работает только в светлое время суток, но закончит не раньше полудня…

— Нам хватит, — задумавшись, уверенно заявил Джелиос, и остальные маги согласно кивнули. — Но тогда мы не сможем сражаться. Камардон, вы удержите Храм без нашей помощи?

— Удержим… — На этот раз настала очередь задуматься Магистру. — До полудня удержим. Если выложим на стол все наши козыри — ведь именно так говорят в вашем мире, Хар?

Вялотекущий утренний штурм Храма Огня ни в какое сравнение не шел с ночным сражением на стенах — все устали, да и «братья», что призвали нечисть на войну, куда-то запропастились. Так, время от времени с какой-то ленцой то орки, то тролли, то минотавры порывались забраться на неприступные стены Храма, но, умывшись дождем стрел, тут же отступали. Невольная передышка — люди отдыхали, а монстры ждали, пока у Храма соберется достаточно сил, готовили плацдарм для атаки, расчищали ближайшие кварталы, собирали осадные машины и подвозили тараны. По воздуху кружили горгульи, гарпии и грайи — на примере своих товарок они уже убедились, что якобы такие удобные карнизы каменных зданий города для них смертельно опасны. Все чего-то ждали — война не отменялась, а откладывалась лишь на несколько часов, но даже эти часы для одной из сторон могли оказаться решающими.

Когда солнце поднялось достаточно высоко над горизонтом и утреннюю прохладу сменил зной жаркого дня, как будто по единому приказу все твари ринулись в атаку — вокруг Храма их уже были сотни тысяч, и все подходили новые, свежие войска. Началась вторая часть сражения. И самая грандиозная из воздушных атак, что когда-либо видели небеса этого мира.

— Воздух, держите воздух!

— Воздух, осторожнее!

— Воздух, маги, черт побери, прикрывайте воздух!

— Маги, где маги? Воздух!

— Лучники, бейте воздух! Где маги?

Маги, кроме тех, кто работал над артефактом Хара (а значит, кроме самых лучших), старались вовсю. Но справиться не могли — крылатые чудовища прорывались через любые магические заслоны, отвлекали воинов на стенах, пока их земные союзники поднимут осадные лестницы, а то и бросались в сторону внутренних строений Храма, где прятали раненых и где горел Огонь. Допустить, чтобы святой Огонь Прометея был выкраден какой-то жалкой гарпией, рыцари, естественно, не могли — они откладывали мечи и брались за луки, а тем временем первые, самые ловкие из гоблинов уже вскарабкались на стены…

Нужно было срочно что-то делать. Порхающий в небесах летучий корабль, с которого маги разили нечисть, конечно, исправил ситуацию, но не кардинально — гарпий и грай было слишком много, и без магической защиты первый же штурм Храма Огня вполне мог оказаться последним…

— Пустите, — пробивалась Мария сквозь ряды защитников Огня Прометея — трех Наместников, десятка рыцарей и нескольких магов, среди которых, гордая, что ей досталась такая важная работа, красовалась Эбрилла Рэйн. — Пропустите меня.

— Ты куда? — стал на пути девушки Наместник Эраф.

— Вам нечего тут делать, госпожа, — поклонился Яниос Кариан.

— Это я решаю, что мне тут делать! — перебила девушка. — Я сказала: пустите, мне нужен Огонь!

— Никто не имеет права… — грозно начал было Эраф, но неожиданно на сторону Марии стал третий Наместник, Багги Халиош.

— Пусти ее. Под мою ответственность.

— Но…

— Пусти, — кивнул и Наместник Яниос. — Если она считает, что ей нужен Огонь, мы позволим до него дотронуться. Но ты не должна…

— Да не переживайте, не съем, — отмахнулась девушка. — Мне нужен только его свет…

Покинув лазарет, Мария вдруг осознала, что обернуться своим восьмым обличьем она не может. В крысу — пожалуйста, лошадь — без проблем, собаку или ворону — в любой момент, но последнее, восьмое, все время ускользало. Слишком давно она не оборачивалась или просто потратила лишние силы — девушка точно не знала. Но знала, что ей может помочь, — свет Огня Прометея, божественный свет, что дарит силы, когда их не осталось, и вселяет надежду, когда надеяться не на что. Прильнув к Огню, она ни о чем не просила, не колдовала, а лишь стояла с закрытыми глазами, постигая спокойствие…