Как перевоспитать вампира за 30 дней (СИ) - Новен София

Я так и замер, наблюдая за тем, как ветер разносит обрывки по двору.

— Гордость — это хорошо… Но деньги лишними не бывают! — сказал со знанием дела.

— Не нужны мне ее деньги! — напрочь отрезала Дина. — И письма не нужны! Светская дама, значит? Теперь это так называется?! Еще и подачку мне сделала, чтоб я лишних вопросов не задавала! — осерчав, рыжая захлопнула окно перед моим носом.

— Дина! — настойчиво постучал. — Послушай, все совершают ошибки, но от этого Ольга не перестает быть твоей сестрой. Она все равно позаботилась о тебе! — решил разрядить обстановку.

Попытка успехом не увенчалась. Дина закрыла лицо ладонями и бросилась обратно на кровать. Плечи ее уже судорожно подрагивали…

Хуже женской истерики могло быть только одно: истерика со слезами впридачу!

Но внутри что-то екнуло, не позволяя оставить рыжую в расстроенных чувствах. После случившегося накануне это было бы совсем малодушно…

Обогнув общежитие, я поднялся на крыльцо и прошел в коридор, сплошь усыпанный дверьми. Из-за одной отчетливо слышались всхлипы. Ручка поддалась, и я просунулся в тесную комнатушку.

— Зачем же так себя изводить? — Не зная, куда деваться, присел на край кровати.

В ответ громко шмыгнули носом. Тут уж и я от безысходности готов был взвыть! Не придумав ничего лучше, положил руку ей на плечо. Но Дину это только больше разозлило, и она отодвинулась к стене.

— А мне ведь куда паршивее, чем тебе! И нюни я не развожу! — вскинулся я. — Вдумайся: пятьсот квадратных метров, напичканных раритетами, отданы аферистам! И все благодаря… — вовремя осекся — Дина подняла заплаканные глаза. — Чарам, будь они прокляты! Не зря Тадеуш сказал, что дело не в желании обзавестись очередным особняком. Здесь кроется махинация посерьезнее. Зоран разбогател буквально на наших глазах — пару месяцев назад он выиграл лучшую сеть таверн и ему неожиданно стало фартить. Милош же действовал более скрытно, отхватывая рудники один за другим вне казино. Как думаешь, на что они себе это позволили?

Дина перестала всхлипывать и уткнулась распухшим носом в шаль. Пальцем стер мокрые дорожки с ее щек и закончил мысль:

— На деньги, вырученные за продажу недвижимости. Той, что смогли урвать. Проигрышем особняка никого не удивишь — в казино отдают все что угодно. Твоя сестра не всегда была с ними, уверен, чаще обходилась сбытом краденных драгоценностей. Но в наши круги ее действительно пустили эти шакалы. И вот она добралась до меня…

Дина вдруг подскочила с кровати и решительно заявила:

— Мы должны разоблачить их. И вернуть тебе особняк.

— Чего? — не сдержал насмешки я. — Сидя в захолустье за сотни километров?

— Мы должны ехать в столицу.

— Уже завтра Стефан прибудет туда с письмом. Если дед пожелает свидеться со мной, он отправит вслед за ним экипаж. Сам я не смогу ничего сделать! Смешно говорить! — фыркнул, надеясь, что рыжая шутит.

Но она не отступала, уже переполняясь энтузиазмом.

— Если ты не обратил внимания, в горах даже сейчас завеса дождя. Непогода держит твоего Стефана с вечера — он ни за что не доберется в столицу так быстро. Мы успеем догнать его!

— Я не знаю дороги! — сложил с себя ответственность. — А средств на то, чтобы взять экипаж из города, у нас нет. Теперь нет, — кивком указал на окно.

— Ты глянь, деньгами они разбрасываются! — возмутились по ту сторону, словно глумясь надо мной. — Мне че, склеивать их?..

Переглянувшись, мы с Диной одновременно кинулись на звук и, распахнув створки, высунулись в поисках его источника. Рогатый бродил по двору, внимательно осматривая каждый куст.

— А так можно? — удивился я.

— Тю! Не можно, а нужно! — Черт поймал один из обрывков прямо на лету. — Кто ж таким добром расшвыривается? Мне его до пенсии хватит!

— Ты уверена? — шепнул Дине. — Лучше сейчас объясни, что задумала!

— Есть у Солохи одно средство, разве не помнишь? — хмыкнула она. — Неужели сестрица меня, долгий путь проделавшую, на порог не пустит? А Стефан пускай, как и задумано было, письмо передает — твой дед не должен прознать, что ты в столице.

— Дина-Дина, ты даже не представляешь, во что мы ввязываемся… — покачал головой я. — Еще неизвестно, что за притон они устроили в моем особняке.

Глядя на рогатого, отчаянно шныряющего по двору, вспомнил про его навык скоростной езды. Горная местность должна быть ему знакома…

— Эй, черт! Дело к тебе есть!

***

Спустя час мой дом напоминал тайное логово заговорщиков. Укромности добавляли расставленные повсюду свечи — от сгустившихся туч за окном стемнело так, что пришлось их зажечь.

Круг посвященных расширился. Теперь за столом сидели не только мы с чертом, но и Захар, вырванный прямо с занятий, а с портрета посматривал Гоголь.

— И че прикажешь делать? Как я по такой погоде его сыщу? — Рогатый недовольно наморщил пятак.

— Когда за черевичками царицы летал, метель тебе не мешала, — вставил как бы невзначай Николя.

— Так у меня ж нюх на все дорогое! То деловая жилка включилась! — Черт выпятил грудь колесом.

— То-то я думаю, зачем ты мой костюм в швейную мастерскую сдал? Или манекен украсить захотелось? — всплыл в памяти утренний казус.

— Ну-у-у… — почесал затылок нечистый, придумывая оправдание. — Я ж из солидарности к тебе всей правды не договорил! Зачем лишний раз соль на рану сыпать?

— Какое благородство! — буркнул я, тая на него злобу. — Дина уверяет, что Стефан задержался у кого-то наверху. Когда мы ехали сюда, останавливались лишь раз на постоялом дворе в предгорной местности. Дальше было небезопасно — места дикие, пришлось не щадить лошадей. Однако я помню, что мы проезжали какой-то запущенный дом… Я еще подумал, неужели в лесу, на склоне, мог кто-то жить?

— Ты, голубчик, говоришь про одну скверную пани, разорившуюся еще на моем веку, — подал голос Гоголь. — Да только сомневаюсь, что она до сих пор жива и принимает заблудших путников.

Три пары глаз пристально уставились на черта.

— А че вы на меня так смотрите? — хрюкнул гад, притворяясь. — Лично я ни о какой пани не слышал! Может, твоим кучером уже волки перекусили?

— Вот ты и проверишь! Одно копыто — здесь, другое — там! — безапелляционно заявил я.

— Не, ну беспредел! Я че, волшебный клубочек, туда-сюда кататься? — пожаловался далеко не бедный и несчастный, но курс взял верный — на дверь.

— Да-а-а, пан завхоз… Нашел ты себе заботу! — нахохлился лекарь. — Не зазорно селение без присмотра оставить?

Хотел его даже обрадовать, что, как уеду, проблем у них в разы поубавится. Но вместо этого сказал:

— Почему без присмотра? Ты, Захар, давненько всем тут заведуешь! Как еще пан Корней тебя завхозом не сделал?

— А скотиной кто заниматься станет? А людей лечить, коль захворают? На все рук не хватит! — обреченно вздохнул Захар и как-то по-дружески взглянул на меня. — Ты лучше возвращайся скорее. Адепты все спрашивают, когда ты к ним снова наведаешься.

Гоголь солидарно кивнул.

— Да вы только представьте! — взбудораженно воскликнул я. — Если нам с Диной удастся хоть что-нибудь сделать и у меня появится шанс остаться в столице… разве я могу им не воспользоваться? Конечно, я вернусь напоследок — как минимум за Тильбо! Он тут в качестве залога остается! — ткнул пальцем в гоблина, бегущего к нам с самоваром. — Но я не имею права упускать возможность… Я должен вернуть себе честное имя!

— Тебе виднее, пан завхоз. Рано или поздно Василь все равно проснется… Да только что нам с ним делать? — Захар расстроенно качнул головой и отхлебнул чая.

Повисшее молчание нарушило странное заявление, сделанное с портрета:

— Кто знал, что черная кошка, что перебежит мне дорогу, окажется ведьмой… Эге, придется снова ворошить прошлое!

Мы с Захаром как по команде обернулись. Но Гоголь уже принял нарисованную личину, не желая приоткрывать завесу тайны…

***

Посидев еще немного в моей компании, лекарь побрел назад в академию — там за целый день скопились дела. Едва он шагнул за дверь, как в сенях показалась Дина с котомкой за спиной и метлой наперевес. Боевой летательный аппарат особенно бросался в глаза на фоне элегантного бирюзового платья.