Сергей Мусаниф - Первое правило стрелка

Хотя нет. В окружающем пасторальном пейзаже присутствовал еще какой-то раздражающий фактор, и Бозел некоторое время не мог его определить.

Но потом он увидел рыцаря в сверкающих доспехах верхом на боевом коне. В одной руке рыцаря было копье, в другой — большой изогнутый рог. К седлу были приторочены щит и длинный меч.

Рыцарь не видел Бозела, его взгляд был обращен на черную дыру входа в пещеру. Рыцарь протрубил в рог и выкликнул древний клич, каким рыцари испокон веков вызывали драконов на смертный бой.

В любое другое время Бозел только бы порадовался хорошей драчке, позволяющей нагулять аппетит перед обедом, а также возможности закусить жареной кониной и печеной в собственных доспехах рыцарятиной, но сейчас его просто тошнило от такой перспективы.

— Чего орешь? — спросил он у рыцаря.

Конь рыцаря был хорошо вышколен и при звуках драконьего голоса даже не попытался сбросить своего седока на землю. Он лишь тихо захрипел и принялся прядать ушами.

— Вызываю тебя на смертный бой, — сказал рыцарь оборачиваясь. — Я — доблестный сэр Гребистан из Альда, истребитель троллей, огров и саламандр.

— И теперь, значит, решил истребить еще и дракона? — уточнил Бозел. — Вот что я тебе скажу, дорогой сэр Гребистан. Греби-ка ты отсюда в свой Альд.

— То есть как это «греби»? А бой?

— Не в настроении я сегодня, — сказал Бозел.

— Гм… — сказал рыцарь. — А разве дракон имеет право уклониться от рыцарского вызова?

— Дракон имеет право на все, — сказал Бозел.

— А когда же мы с тобой сразимся? — спросил рыцарь.

— Когда я буду в настроении.

— Назначь точную дату, — потребовал рыцарь.

— В следующий четверг, — сказал Бозел. — Сразу, как только кончится дождь.

— А если в следующий четверг не будет дождя?

— Подождешь еще неделю, — сказал Бозел. — А теперь — подвинься. Ты стоишь у меня на дороге.

Изумленный и обескураженный сэр Гребистан отвел в сторону своего коня, и они оба наблюдали, как усталый дракон с зажатым в передней лапе мечом лезет в свою пещеру. Рыцарь не предпринимал попытки напасть.

Один из рыцарских законов гласил: «Нельзя драться с драконом, если он не в настроении. Такая драка может закончиться очень быстро и отнюдь не в пользу рыцаря».

Расстроенные драконы дрались не по правилам и вместо того чтобы пыхать огнем с дальнего и безопасного расстояния, сразу же разрывали противника на части.

Бозел скрылся в глубине своей пещеры, надежно припрятал сослуживший свою службу меч, свернулся клубочком и заснул.

Для него эта история подошла к концу.

— Вернемся к нашим баранам, — сказал Горлогориус Гарри, когда они остались одни. — Точнее, к одному нашему барану. К тебе.

— Вернемся, — сказал Гарри.

Тон волшебника не предвещал ничего хорошего, но Гарри не понимал, где он накосячил. Вроде бы все было сделано, и сделано правильно… Меч добыт, герой найден, опасности преодолены, а злодей укокошен…

— Бездарно, — сказал Горлогориус. — Это слово наиболее точно отражает то, как ты провел порученное тебе дело. Этот так называемый героический поход стал нагромождением глупостей, нелепостей, ошибок и непрофессионализма, причем все они исходили из одного источника — от тебя. Над вашим походом будут смеяться в веках. Уже смеются, черт подери. Над вами и надо мной, который вас в этот поход отправил.

— Вообще-то я не напрашивался…

— Никто не напрашивается! Тем не менее все, когда приходит их черед, идут и делают свое дело, и делают его хорошо!

— Я не понимаю сути ваших претензий, — сказал Гарри.

— Проблема в том, что ты вообще ничего не понимаешь. За весь поход — ни одной свежей мысли, ни одного разумного тактического хода. Был проблеск в самом начале — создать героя, не отходя от кассы, то есть от дракона, но, насколько я знаю, сия гениальная идея принадлежит не тебе. Или я не прав?

— Правы. Это идея демона Фила, но ведь не стоит забывать, что именно я его вызвал…

— Задачка для ученика седьмого класса, — фыркнул Горлогориус — Вызвать неизвестного демона и послушать, чего он скажет. Ты ведь даже не знаешь, какой породы был тот демон и откуда ты его вызвал.

— Ну и не знаю, — сказал Гарри. — Но это и необязательно.

— Необязательно, — согласился Горлогориус — Но в тебе нет стиля. Имея под рукой таких высококлассных исполнителей, как стрелок и дракон, ты не придумал ничего лучше, как тупо идти вперед, по пути попадаясь во все расставленные на тебя ловушки.

— Мы победили зомби в городе-призраке и одолели лорда Упокоя.

— Остальные трое повелителей зомби живы, — напомнил Горлогориус — Ну если и не живы, то функционируют.

— Передо мной не стояла задача ликвидировать повелителей зомби, — сказал Гарри. — Надо было уничтожить Негориуса, и он уничтожен.

— К этому мы еще вернемся, — сказал Горлогориус — Что было после зомби? Религиозная секта. И ты не смог притвориться каким-нибудь божеством и отвратить их от неправедного пути, не прибегая к таким радикальным средствам, как натравливание на них дракона?

— Я никого не натравливал. Это была его собственная инициатива.

— Значит, ты признаешь, что не контролировал ситуацию?

— Контролировал. По мере возможности.

— Иными словами, ситуацию ты упустил. Ты даже не использовал все выданное тебе оборудование. Почему ты не носил шапку-невидимку? Почему ты никуда не посадил этот чертов бамбук? Я его тебе для чего выдал? Чтоб ты его с собой таскал? Способ поливки, ему, видите ли, не нравится. Из всех предметов только скатерть и использовал. Все бы тебе жрать. А что произошло в Лесу Кошмаров? Что это у тебя за кошмар такой?

Гарри покраснел:

— Вы что, подсматривали?

— Я не подсматривал, — гордо сказал Горлогориус. — Я наблюдал. Твой кошмар не только не делает тебе чести, но и бросает тень на всю нашу Гильдию. Ты что, девственник?

— Я отказываюсь обсуждать с вами подобные вопросы.

— Ты будешь обсуждать со мной все, что я сочту нужным обсудить! — рявкнул Горлогориус — И если я скажу, что завтра ты пойдешь в бордель, то ты в него пойдешь, понял?

— Пойду, — согласился Гарри.

— Куда это ты собрался? — грозно осведомился Горлогориус.

— В бордель, — убито сказал Гарри.

— Не время думать о борделях! — рявкнул Горлогориус. — Речь идет о спасении Вселенной, а он думает о каких-то борделях! Да, молодежь нынче пошла странная. Не наше племя. Да если бы мы были в армии и ты бы служил в моем батальоне, я бы тебя расстрелял. Дважды. Из реактивной пушки.

— Вообще-то о борделях первым заговорил не я…

— Хватит пудрить мне мозги своими борделями! Поговорим лучше о метродемоне!

— Давайте поговорим о метродемоне, — согласился Гарри. — Вы не сказали мне, что их двое.

— А я должен уточнять тебе всякую мелочь?

— Мелочь? — возмутился Гарри. — Нас едва не сожрали в этом чертовом подземелье!

— Потеряв тебя, Гильдия бы много не потеряла, — сказал Горлогориус. — Напротив, я думаю, что ее средний интеллектуальный уровень лишь вырос бы с твоей смертью. Ты позволил демону загнать вас в тупик, из которого вы выбрались только благодаря стрелку! Что бы ты делал, если бы его с тобой не было?

— Скорее всего, вообще не поперся бы под землю, а нашел бы решение попроще.

— Иными словами, ты хочешь сказать, что присутствие в отряде такой мощной боевой единицы, как Джек Смит-Вессон, слишком расслабило тебя и притупило твою бдительность? И ты не считал нужным выкладываться по полной программе?

— Да.

— Щенок, — сказал Горлогориус, — У Гэндальфа в отряде были сами Арагорн с Леголасом, и тем не менее именно он преградил дорогу Балрогу!

— Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Слабак, — сказал Горлогориус. — А теперь объясни мне, на кой черт надо было убивать Негориуса? Почему ты не остановил дракона?

— ЧТО?! — воскликнул Гарри. — С какой это радости я должен был останавливать дракона, если ликвидация Негориуса была основной целью нашего задания?

— Кто сказал тебе такую глупость?

— Вы.

— Ты — идиот. Не надо понимать все мои слова так буквально.

— Это правило распространяется и на ваше заявления о том, что я идиот?

— Нет! Я дал тебе задание, обрисовал его в общих чертах! Я не думал, что тебе надо разжевывать каждую мелочь. Когда я посылаю человека в трактир за пивом, я не рисую ему карту улицы и не говорю, что пиво нужно наливать в кружку!

Гарри чуть не задохнулся, возмущенный тем, что их поход сравнили с прогулкой за пивом, и поймал себя на мысли, что начинает ненавидеть Горлогориуса. Тот ему и раньше не очень-то нравился, но теперь Гарри чувствовал, что приходит в ярость. Еще немного, и он взорвется и попытается наслать на старикана какое-нибудь проклятие.