Ева Сказочница - Мой начальник – Демон (СИ)

Муж зарычал еще более яростно, хвост задрожал сильнее, должно быть, реагируя на крепкое сжатие моих пальчиков, и я подняла глаза на Адариона. Алый, подавляющий взор демоннида заставил выпустить из рук то, что хотелось еще немного подержать в них, а я внезапно почувствовала, как щеки залило румянцем, опалив их жаром. Маман шефа рассмеялась гортанно и снова стала прежней — в человеческом облике, а Адарион тут же спрятал свою пятую конечность, тяжело дыша и едва не дымясь.

«Поздравляю, — мрачно прошептала мне на ушко подруга, обняв меня за талию, — ты только что призналась своему демонниду в том, что готова завести потомство».

— Чёрт! — вздрогнула я, и отскочила в сторону, разрывая как зрительный контакт с мужем, так и физический с Азалией. — Да ну вас… в Бездну!

Затем сердито обошла троицу, отчего-то напряженно молчавшую, и побежала в сторону спальни, из которой недавно удирала. Надоело, что я все время вляпываюсь по самый «небалуй» из-за нежелания некоторых просветить меня на счет традиций темных.

— Сирена, подожди, — догнал меня Адарион и подхватил вдруг на руки.

Я не стала возмущаться его своеволием, испытывая смущение от собственной наивности. Но когда он внес меня в спальню и захлопнул после этого двери практически перед носом маман Зины, буркнула:

— Я не знала, что это будет что-то означать…

— Знаю. Сам виноват. Исправимся.

Посадил в кресло, подошел к постели и взял в руки черное платье, что бы тут же сунуть мне со словами:

— Одевайся. Времени мало… мне тоже надо переодеться, — вздохнул, затем усмехнулся и добавил, склонившись ко мне, опалив шейку горячим дыханием: — Ночью я тебе снова позволю за него подержаться… это черрртовски приятно.

А после того, как я недоверчиво задержала дыхание, предвкушающе прошептал, присаживаясь возле меня на корточки, поедая мое красное лицо взглядом:

— Открою секрет — приятно будет не только мне. Хвост демоннида не просто оружие в боевой трансформации, он еще и…

Умолк, хитро поблескивая взглядом.

— Что? — не удержалась от любопытства, закусив после вопроса нижнюю губку зубками.

— Позже… все узнаешь ночью. И да, маму звать не станем.

Поднялся, жадно прильнул к моим губам, заставив на какое-то время потеряться в пространстве, и довольный собой и моей реакцией на его поцелуй отправился переодеваться, впустив в спальню Азалию. А вот мамочку свою перехватил за локоть и со словами: «А тебе, дорогая матушка, у меня есть что сказать… пойдем. Ведьмочки и сами разберутся. Да-да, даже не возражай, разговор будет долгим».

Платье свадебное ввергло меня в мрачное настроение, ибо хотелось белого, а оно… черное! Нормально, да? Как объяснила Азалия, у демоннидов черный цвет — цвет праздника, и потому выбора мне в принципе никто предоставлять не собирался. Ну-ну!

Поднапряглась, вспоминая прошлый опыт перекраски вещей в другой цвет, и ошарашила не только себя, но и подругу, которая развеселилась, узрев на мне вместо абсолютно черного кружевного полупрозрачного платья с серебристым нитями совершенно другой шедевр. На черном фоне тонкого кружева появились белоснежно-серебристые бабочки, более мелкие украшали верх, а вот крупные пошли на нижнюю пышную юбку, и при движении создавалось ощущение, что вся эта стайка вот-вот взлетит.

Азалия хитро улыбнулась и провела руками над ними, отчего бабочки и правда замерцали так, что появилась иллюзия порхания вокруг меня чудесных созданий. Мои волосы преобразились в кокетливую высокую прическу, из которой словно ненароком выпало пару черных локонов, изящно разместившись на открытых плечах, а вот зеленую прядь уложила вдоль скулы, заведя конец локона за ушко. Зелень этой пряди украсили маленькими черными бабочками. Покрутившись у зеркала, осталась довольная своим внешним видом, и наконец влезла в туфли на высоких каблуках.

А вот подруга преображаться отказалась, пожелав остаться в том наряде, в котором пришла ко мне.

Портал открывать явилась мама Зина, отчего-то уже не такая радостная, скорее задумчивая. Оглядела мой шедевр, выгнув изящно свои красивые брови, и заметила с каким-то ехидством:

— Да, я уже сочувствую кое-кому заранее.

Затем игнорируя наши с Азой вопросительные взгляды, подала мне те самые сережки, которые перед шабашом дарила, и недовольно попеняла на мою невнимательность, что оставила их в ванной.

— А вот в дополнение к серьгам еще надень вот это колье.

Вынула откуда-то из воздуха бархатную круглую коробочку и открыла ее, держа в руках на весу.

— Зачем? — отпрянула я в сторону, не понимая своей внезапной мнительности, затем глянула на Азалию и заметила сердитый блеск в ее глазах, направленный на колье.

С чего бы ей сердиться? Завидует или… может маман сюрприз какой заложила в это колье, а подруга это заметила? Как бы ее расспросить незаметно для свекрови.

— Ой, простите, а мне надо быстро… э-э-э… я сейчас… — помчалась в сторону ванной, и уже у двери крикнула, — Аза, не поможешь мне?

Ведьмочка отмерла наконец-то, встрепенулась и ринулась следом. Едва дверь прикрыла за мною, как сделала знак — молчи!

«Что это было?» — спросила я ее взглядом.

«Не бери!» — замахала она руками, затем покрутила вокруг виска указательным пальцем, мол, маман с ума сошла, и руками показала на «укачивание младенца».

— Вот зараза! — зашипела я недовольно. Ну мама Зина, опять она за свое!!! Ладно… рррразберемся.

Вернувшись к свекрови, заверила ее, что сразу же надену сие украшение, как только его одобрит Адарион.

— А не пора ли нам, а то нас заждались уж, наверное? — спокойно произнесла Азалия, забирая у маман коробочку.

Зина поджала губы, стрельнув в ведьмочку красным сердитым взглядом, и чуть резковатыми жестами активировала портал. На мой быстрый вопрос — а как же Адарион? — прилетел короткий ответ: «Явится сам. Если он уже не там».

Вывалились мы практически у самого входа в огромный зал, поразивший в первую очередь цветовым решением. Темно-синий фон оттенял неописуемой красоты фиолетовые деревья, листья которых светились звездами и маленькими светляками, а их кроны почти растворялись в чернильно-синем небе. Прямо перед нами стелилась дорожка из лепестков мерцающих цветов, по обе стороны которой расположились рядами стулья с изогнутыми ножками, мягкими сиденьями и спинками.

— Это где мы? — прошептала я в спину замершей прямо передо мною свекрови.

— Мда… по ходу, я промахнулась…

Развернулась ко мне, чуть прищурив глаза, и оскалилась.

— Ну-с, нравится? Для вас, девочки, старались мои мальчики.

— Что? — опешила Азалия, сделав неуверенный шаг в сторону выхода, который по видимости был за нашими спинами.

— Так я не поняла — тебе Ийерамин ничего не сказал? — хохотнула Зина, кокетливо поправив белоснежный локон, преображаясь на глазах в ту самую невероятно красивую блондинку, которую мы уже имели счастье лицезреть.

— Н-нет… подожди-ка… — зашипела вдруг Аза, сцепив в кулаке ожерелье. — Так это что? Это двойная церемония?! Но я… я не соглашалась!

— Да ну… Темная ведьма должна быть привязана к деммониду ритуалом ведьмовской свадьбы и точка на этом.

Я подошла к Азе, обняла ее за плечи и прошептала:

— А в чем дело-то?

— Видишь ли, Азалия уже больше года, по времяисчислению демоннидов, живет с моим старшим сыном, как…

— Наложница! — тут же фыркнула разозлившаяся подруга и поджала губы, отвернувшись от свекрови.

— Вот именно. А меня это, знаете ли, не устраивает, так как наложницы не рожают детей… Где справедливость, а? А мне между прочим уже давно внуков воспитывать хочется.

— Но он даже предложения не делал! — пробубнила горько Азалия.

— Так ты же сама ему заявила в тот же день, как он кровью с тобой обменялся и назвал своей Единственной, что станешь его женой только через труп… между прочим, твой труп.

Оп-па! Я заметила, как Аза открыла и закрыла рот, ошарашено посмотрела на меня, и таки да… мы обе догадались, что ведьмочка-то фактически уже была тем самым трупом, так что Мастер Смерти теперь-то отыграется на полную катушку.

— Нет, ритуала ведьмовской свадьбы не будет! И точка! — выпалила подруга, складывая руки в замок на груди. — Он возможен только по отношению темной ведьмы… я же, как и Сирена, стала светлой.

Ведьмочька с шоколадными глазами гордо задрала подбородок повыше и посмотрела со злорадным удовольствием на свекровь.

— И ты? Оууу… — казалось, маман впала в прострацию, ибо уставилась на Азалию круглыми глазами, замерев, почти не дыша, но постепенно глазки сузились, губы поджались и Зина прошипела: — Ссссветлая… ещщще одна?!

— Вот именно! — кивнула сердитая Аза и добавила: — Ну-с… что вы на это скажете, Зина?