Александр Погодин - Гном – Сын Дракона

Было недалеко у меня на примете одно озерцо, ну я туда и двинул. Вот и оно, пока я бежал орчанки совсем сомлели. Положил я их на травку, чё делать, не знаю. Себя оглядел: весь в пыли, серый, товарного вида никакого. Решил искупаться, пока эти красотки лежат с закрытыми глазами. Озерцо не глубокое, мне по грудь где-то, снял портки и бултыхнулся. Поплескался немного, выхожу из воды, а эти подружки уже очухались и головами крутят. Меня увидели да так в озеро и влетели. Стоят в воде по шейку, глаза на меня вытаращили, хорошо что хоть орать перестали. Я их спрашиваю:

– Вы больные на голову что ли, то на меня бросаетесь, то совсем в другую сторону!

Они постояли, пузыри попускали и одна, видимо самая храбрая спрашивает:

– Ты кто?

– Гном я, – им отвечаю.

Орчанки совсем офигели и хором говорят:

– Ни чего себе гном, выше нашего вождя, таких не бывает, все гномы мелкие и бородатые, а у тебя на морде ничего не растет и вообще ты урод чешуйчатый!

Вот те на, чешую я специально выпустил, хотел предстать перед ними во всей красе, а вышел прокол, напугал я их.

– Вылезайте, говорю, или там будете сидеть?

– А ты нас не съешь?

– Вы чё, разве таких красивых можно есть?

Они захихикали, начали выбираться на берег. Вышли, с обоих течет, одежда мокрая очень выделяет места, которые женщины стараются скрыть. У меня сразу в голову закрутились неприличные мысли.

Разденетесь или так и будете мокрые дрожать?

– Отвернись, говорят, стесняемся.

Отвернулся, подождал, спрашиваю:

– Можно уже смотреть, или стоять к вам задом?

Опять захихикали:

– Как хочешь, – отвечают.

Повернулся я и офигел, стоят две красотки и стесняться не думают, а наоборот все напоказ выставили. У меня даже в горле пересохло.

– Потрогать тебя можно? – говорит одна.

Чешуя моя на солнце сверкает, переливается, чтобы женщина прошла мимо чего-то блестящего, такого не бывает. Проверили они у меня все где надо и не надо, стало совсем невмоготу, да и они тоже смотрю на взводе, ну и… Дальше описывать не стану. В стойбище принес я их под утро, там еще шум стоял, оплакивали моих подружек, которых демон унес и сожрал. Опустил я их на землю и рванул подальше, найти местечко поспать. Вечером подобрался к стойбищу, а там меня уже ждут. Подружки мои новые рассказали все и очень меня расхвалили, так что в этот раз меня приняли как дорогого гостя. Мужики где-то шляются, а женщинам одним тоскливо и скучно. Прожил в гостях я почти неделю. Орчанки оголодали и заездили меня так, что еле ноги передвигал. Пришлось сваливать. Зачастил я в стойбище. Когда мужики появились, все прошло гладко. Они меня знали, часто к бате по кузнечному делу наведывались и считали за своего. Прошел год и появились всходы моих игр с орчанками. Родились в нескольких семьях детки, похожие на меня, секретов в стойбище нет, и все знали, кто их сделал. Главное все новорожденные были парни. Орки очень хотели иметь в родне такого зятя и на меня началась охота. Первым на очереди был вождь, две дочки которого уже пополнели, пока удавалось выкручиваться, но вот однажды…

Все-таки подловили меня эти зеленомордые. Пришел я к ним по приглашению, вождь почему-то праздник для всех устроил. Посидел с одними с другими, как у вождя на кошме оказался не знаю, уже никакой был, помню пели, даже танцы устроили, потом шаман, старый гриб вылез со своим бубном. Сижу с двумя дочками вождя в обнимку, а этот пень трухлявый вокруг нас скачет в свой барабан стучит, распалился жуть, вдруг бубном орчанок по головам ударил, а потом и меня приласкал, свалился и захрапел, а потом и я отключился. Утром проснулся от страшного ора. Все стойбище собралось у юрты шамана: улюлюкало, выло, делало ставки. Выпил кружку пива и двинул к ним, узнать чё там жертву духам приносят, что ли. Меня заметили, орки ржали, награждали тычками, поздравляли. Молодые орчанки тоже смеялись, подмигивали, старые шипели и старались огреть чем-нибудь вдоль спины. Пробился вперед и офигел: вождь штурмовал юрту шамана, но старый пройдоха держал оборону крепко. Только агрессор готов был вломиться в крепость, как ему кто-то отвешивал нехилого пинка и он отлетал метров на десять, вставал, чесал ушибленную часть тела и все начиналось сначала. Спрашиваю:

– Чего это он?

– Как чего, твоих жен у шамана забрать хочет, а тот видишь, не отдает.

Я остолбенел, неужели женили? Надо рассказать про этот обряд у орков. Все делается просто, быстро и на всю жизнь. Шаман камлает, бьет невесту и жениха бубном по башке и готово, привязаны друг к другу навечно. Муж добывает богатства, если сможет, то есть скотину, хабар с набегов и войны и все тащит в юрту, там уже жены занимаются остальным: распределяют что куда, попросту ведут хозяйство. И если муж решил перебраться в другое стойбище или еще куда-то, жены дружно двигают за ним следом. Вчера же случился у шамана прокол, вроде все сделал правильно, и когда его понесли досыпать в свою юрту дочки вождя строем двинули за ним, вот и буянит вождь с ночи, но старый перец держится и не таких видывал за три сотни лет. Я тоже заржал как бешеный, шаман не знал, что от меня магия отскакивает к сотворившему ее, вот и получил двух жен, вместо меня. Надо спасать вождя, а то авторитет у него упадет ниже некуда.

Ору ему:

– Уг Ук (у них все имена в этом стойбище начинаются на Уг а дальше по-разному, напримет Уг Ан, Уг Ак и т.д, а почему? Хрен его знает).

Он притормозил и уставился на меня, наверное, думал, что помогать буду. Машу ему рукой, иди сюда. Он подумал и двинулся ко мне, подошел и ждет, что я ему скажу. Тихонечко на ухо шепчу:

– Пойдем, похмелимся, а потом решим, что делать.

Почесал он репу, и согласился – надо отдохнуть, подлечиться, а потом уже браться за этого гада со свежими силами. Выпили мы по кружечке пивка, посидели – налили еще. Спрашиваю его:

– Ты чего разошелся, ну спьяну пошло что-то не так, шаман сам себя поженил на твоих дочках, будет у тебя зять крутой, радуйся.

УгУк чуть не плача отвечает:

– Мне внуков надо, воинов, этот гриб старый разве сделает, ему и бабы уже не нужны.

– Неправ ты вождь,– говорю,– будут у тебя от него внуки.

Рот он разинул, подумал и мне, говори чё знаешь:

– Заметил ты, какие они пузатые?

– Ну да, я думал, что много жрать стали.

– Спроси-ка ты у своих жен, почему дочки потолстели?

– Эй, кто-нибудь! – заревел он.

Прибежала старшая жена и нарвалась на допрос, что, почему и как. Прояснилось все быстро:

– Родят они скоро, – жена отвечает.

– Когда?

– Да вот-вот

– Кто постарался?

Она показала глазами на меня, вождь заржал, сразу повеселел и налил еще по кружке, даже жене, хотя ей не положено с мужиками вместе сидеть.

Маленько поясню: тут благодаря моим стараниям родилось уже штук пять орчат, и что интересно все мужского рода. Тайн в стойбище нет и все знают от кого. Скандалов в семьях не бывает из-за этого, у кого родились – те и воспитывают, а уж если это мужик, то глава семейства ходит гордый и неважно, кто ему сына сделал.

Вождь все это знал и поэтому хотел заполучить меня в зятья, у самого только девки рождались. Провернул он это вместе с шаманом, но получился облом, не рой ближнему яму, как человеки говорят. УгУк тяпнул еще кружечку и решил идти к шаману мириться, но я его остановил:

– Погоди, не пустит он тебя, сам схожу.

Взял у него бочонок пива, собрался уже идти, да вспомнил кое-что:

– Жену ты вождь молодую привел?

– Да, – отвечает гордо.

– Воина она тебе родит

– Откуда знаешь?

– Так я тоже немного шаман.

Посмотрел он на меня и захохотал:

– А если я еще двух приведу, тогда как?

– Шаманить надо,– говорю.

– Согласен, выбирать ты будешь, шаманить тоже.

И ржет скотина.

Были у меня две орчанки незамужние, сестры, с которыми я все лето кувыркался и они тоже очень быстро стали полнеть. Ихний папаня на меня уже охоту открыл. Подумал я, да и сказал вождю про них. УгУк решал все быстро, рявкнул на жен (шесть штук их у него), послал мелюзгу за самыми уважаемыми орками и начал облачаться в праздничный обряд вождя. Свататься идти положено при параде. Вот это я понимаю вождь, моментально все решил, а через неделю точно будет свадьба. Постоял я, посмотрел на суету, и поплелся к шаману. В юрту заходить не стал, а начал переговоры издали:

– УгХак, я пиво тебе принес.

Вначале в юрте было тихо, а потом старый хорек высунул свою морду наружу.

– Драться не будешь?

– Нет, – говорю.

– Тогда заходи.

Разлил я пиво выпили с ним, он меня спрашивает:

– Что делать будем?

– Да ничего, жил ты один, а теперь с женами, скучать тебе не дадут и родят тебе скоро симпатичных орчат.

Схватил он бубен, пару раз стукнул по нему над орчанками, заулыбался, даже морщин меньше стало, бухнулся передо мной на колени и говорит: