Сны и башни (СИ) - Царенко Тимофей Петрович

Рей торопливо подхватил Ричарда под локоть и потащил на улицу.

– Вот не люблю я таких ситуаций. Мы же его даже шлепнуть не можем, пошли, пока ноги лизать нам не стал.

– А бомба? – уточнил Ричард, когда они минули двери храма.

– А, твою ж… – Рей, не выпуская приятеля, развернулся на месте, отчего Гринривер описал дугу и клацнул челюстью от неожиданности. В такие моменты было ясно, насколько громила все же силен.

– Джентльмены, джентльмены, у меня к вам одна просьба, одна очень маленькая просьба!

– Да? Надеюсь, ничего обременительного? – не то, чтобы Ричард собирался помогать. Но ему было любопытно.

– Не могли бы вы засвидетельствовать мою личность перед любым представителем власти? Боюсь, мне никто не поверит, что я Марк Бермингем, настоятель восточного храма! Мне же в том году перевалило за восемь десятков!

Ричард и Рей, который уже успел нацепить на себя рюкзак с бомбой, заблаговременно спрятанный аккурат под колонной, переглянулись. На их лица наползла одинаковая, пакостная улыбка.

– О, тогда нам к нотариусу! – Ричард с готовностью кивнул.

* * *

– Так, я верно понимаю, вы, джентльмены, как светлые паладины, свидетельствуете, что этот молодой человек является Марком Бенмингемом, восьмидесяти одного года от роду. Он владеет домом рядом с восточным храмом, исполняет службу в указанном храме и верно служит богам?

– Истинно так! – кивнул Гринривер с важным видом. – От нас еще что-то требуется? Кроме росписи на документе?

Молодой человек подошел к столу нотариуса, тучного мужчины с круглым лицом, и расписался на документе с гербовой печатью. За ним повторил Салех, которые все еще очень скованно держался в таких местах.

– Нет, но… – нотариус что-то хотел добавить, но приятели уже покидали кабинет.

– Господа, господа, куда же вы… – эту фразу священник говорил пустому дверному проему. – Я хотел угостить вас кокаином, я знаю, вы любите!

Рей и Ричард ускорили шаг и скрылись за поворотом коридора магистрата.

Воцарилось молчание и нотариус с неприязнью поглядел на визитера.

– Я, безусловно, завизирую все как надо. Я не дурак, ссориться с самыми жестокими убийцами в стране. Но вы-то, вы! Не могли придумать чего-то поумнее? Спонтанное омоложение в результате принятия божественной сущности в себя? Что за чепуха? Вас осеменили боги? Или это была очередная безумная выходка Гринривера, про которую в газетах пишут частенько? Поведайте мне, хотя бы в качестве извинений, за то, что я пошел на сделку с совестью, за что вы убили старика и с чего вдруг эти двое решили заменить его вами?

Нет, Рей и Ричард, безусловно, изрядно поднаторели в искусстве создания проблем ближнему своему. Отец Марк беспомощно озирался. Ему предстоял очень трудный разговор.

Ну что, уважаемые читатели, как вам продолжение? Поделитесь впечатлениями?

Глава 20

– Ричард, ну может у нас есть еще какой-то вариант? Может пойдем к коменданту города? Или вон, к отцу твоему сходим. Скажешь, что не претендуешь на титул, на кой ляд он тебе вообще сдался? И он нас…

– Сдаст охранке в тот же миг. Даже не сомневайся. Зачем ему оказывать мне услугу, когда можно просто уничтожить? Отец не дурак. И шесть моих братьев любит сильнее, чем меня одного! – Ричард покачал головой. И опрокинул в рот рюмку коньяка.

Приятели уже час напивались, для храбрости, в закрытом кабинете ресторации. Им предстоял последний визит и они его оттягивали, как только могли.

Рей подлил себе и Ричарду алкоголь из пузатого графина. И чисто на рефлексах охладил его атрибутом. Удивительное дело, Ричард на это даже не отреагировал. Все его мысли занимал тот факт, что ему идти на прием к Фальцанетти. Скорее всего он вообще не осознавал, что пьет.

– А насчет коменданта что думаешь? Может он поможет?

– Рей, мне кажется, вам надо снова принять вашу пилюлю, – Ричард закинул в рот сразу пару крупных ягод. Алый сок на губах он утер салфеткой и на ней осталось пятно цвета свежей крови. – Манипулятор очень настойчиво подталкивает вас к ошибочному решению. Мы помогли коменданту практически легально заработать на восстановлении столицы. Не думаю, что мы сможем уговорить его на измену.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

В следующий момент за их стол сел незнакомец в длинном черном плаще. Он словно соткался из воздуха.

Ричард бросил на гостя короткий взгляд и вернулся к содержимому своей тарелки. Рей смотрел на гостя чуть дольше, только лишь затем, чтобы поставить перед ним рюмку и наполнить ее.

О незнакомце можно было сказать одну вещь: сейчас он сидел за столом. Глубокий капюшон скрывал лицо. А мантия – фигуру. С тем же успехом он мог оказаться обычной шваброй, на которую накинули ворох тряпья.

– Но Фальцанетти же безумен! И, в отличие от Дюфона или Хромуля, мы не знаем, что от него можно ждать, – Рей продолжил разговор, начисто игнорируя незнакомца.

– Да, это самая слабая часть плана. Но в ином случае наше поражение гарантировано, – Ричард пожал плечами и снова выпил.

– Я вам не мешаю? – уточнил незнакомец скрипучим голосом.

– Ничуть, – в этот раз он не удостоил гостя даже взглядом.

– Я посланец тех сил, которые противостоят свету выжигающему…

Удар графина, из которого Рей разлил остатки коньяка, впустую прошелся по ткани капюшона.

Словно она висела в воздухе.

Рей только тяжело вздохнул. И стал подниматься из-за стола. У него было чем удивить бестелесного гостя. И кажется, гость это тоже осознавал вполне отчетливо.

– Господа, я лишь хотел передать послание от тех сил, которым я служу! – торопливо заговорил гость. Рей с интересом хрустнул костяшками лапы. – Тьма официально заявляет, что не причастна к вашему появлению на свет, мы не наделяли вас атрибутом! Более того, никто не может наделить человека атрибутом, на это способен лишь тот, кто миры сотворяет. Боги нашего мира – плоть от плоти его! Это не в наших силах!

– Как-то я совсем перестал понимать происходящее, – признался Ричард и посмотрел на незнакомца через хрусталь рюмки. – Это все?

– Да, – гость схватил рюмку рукой и опрокинул ее во тьму капюшона. – Честь имею.

А потом незнакомец распался сотней крыс.

Примерно десять секунд приятели пялились на копошащихся зверьков.

А потом синхронно полезли в карманы. Рей вытащил синюю стеклянную палочку, а Ричард – белую. Палочки на концах обрамляли латунные заглушки с символом армейского арсенала на торцах.

Первой щелкнула палочка Ричарда. И молодой человек стал объят едва видимым ореолом. А когда Рей сломал свой амулет, все помещение затопила вода. Ее моментально налилось по щиколотки. Салех сунул руку в воду и активировал атрибут. Мгновенно стало холодно. Но также и застыли все зверьки на полу.

Все это время Гринривер внимательно осматривал пол на предмет того, не успел ли кто-то из крыс удрать. Заклинание не давало воде приблизиться к коже молодого человека. Тем самым изолировало его и от действия атрибута.

Ричард извлек из кармана третий стеклянный стик. Черного цвета. С циферблатами на конце. Ричард выкрутил один циферблат на максимальную задержку, а другой – на самую широкую сферу охвата. Амулет являлся, по сути своей, магической гранатой. В нем артефактор заложил «сферу увядания», заклинание магии смерти, которое просто и незатейливо уничтожало все живое. От этого заклинания было возможно защититься, потому оно и не считалось магией высшего круга, хоть и обладало большой сложностью. А циферблаты, по сути, замыкали в артефакте линии рунных цепочек. Ну, а еще граната могла просто взорваться на максимальную область, стоило её физически повредить. На подобном принципе действовала и кристаллическая бомба, которую Рей таскал за собой, и которая покинула кабинет чуть раньше Салеха.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Граната сработала в тот момент, когда компаньоны пересекли порог ресторана.

Амулет сработал буднично. С тихим треском рассыпался в невесомую пыль хрустальный стик. А потом в радиусе десяти шагов все умерли.