Ведьма для Инквизитора. Любовный приворот (СИ) - Эми Эванс

Ничего-ничего, — пробурчал под нос фамильяр, — Сейчас приворот снимем, и мигом развеселится.

Мы переступили порог дома господина Инквизитора и расположились в гостиной, дожидаясь бабушку, которая задержалась в ратуше, чтобы еще о чем-то переговорить с господином Форесом.

— Я так понимаю, вы рады тому, что приворот, наконец, будет снят? — внезапно заговорил мужчина.

— Рада, — не стала отрицать я, — И вам советую порадоваться. Совсем скоро вы будете свободны от темных чар и сможете самостоятельно руководствоваться своими чувствами.

Господин Инквизитор окинул меня долгим нечитаемым взглядом, но отвечать ничего не стал. Лишь тихо хмыкнул себе под нос и отвернулся.

Когда входная дверь, наконец, снова отворилась, пропуская внутрь бабушку, она громко приказала:

— Элаин, принесите свой гримуар. Селим, вы со мной на кухню, будете помогать.

Я подорвалась с места, готовая выполнять поручение, и остановилась лишь на мгновение, поймав недовольный взгляд господина Ламберта.

— Что? — поинтересовалась у мужчины.

Мы, между прочим, ради него стараемся, а он тут жертву из себя строит. Была бы моя воля, приворот бы не снимала, а вместо этого отправилась бы в ратушу с господином Инквизитором регистрировать брак. Потом бы, конечно, почти сразу пожалела о столь неблагородном поступке, но это уже дело десятое.

— Вам так не терпится от меня избавиться? — поинтересовался в ответ господин Ламберт, выгнув светлую бровь.

— А вы сами попробуйте ослушаться Верховную ведьму, — доверительным шепотом сообщила я, наклонившись близко к мужчине, который продолжал сидеть в кресле.

После чего, не дожидаясь его ответа, бросилась к лестнице на второй этаж. Туда, где остались наши с фамильяром немногочисленные пожитки. Злить бабулю своим промедлением сейчас хотелось меньше всего.

Когда я спустилась вниз, прижимая родовой гримуар к груди, бабуля уже разложила все ингредиенты для отворотного зелья на столе и нетерпеливо постукивала ногой по полу.

— А откуда? — поинтересовалась я, кивнув на стол и протянув женщине гримуар.

— Хорошо, что я всегда вожу с собой все необходимое, — холодно произнесла бабушка, стрельнув глазами в сторону господина Ламберта, который показался в дверях кухни, — У вас двоих даже успокаивающих трав не водится. Руки бы оторвала тому, кто этой ведьме разрешение на практику подписывал, — пробурчала себе под нос бабуля.

Я потупила взор, пряча веселую улыбку. А сам виновник праведного гнева даже покраснел и даже собирался что-то возразить, но моя дражайшая родственница взглянула на него так, что у господина Инквизитора сразу отпало всякое желание вступать в словесную перепалку.

Наблюдая за тем, как с ленивым видом Верховная перелистывает гримуар, затем останавливается на нужной странице, откладывает его в сторону и принимается зажигать свечи, господин Инквизитор нервно сглотнул и внезапно поинтересовался:

— Госпожа Грэхэм, а как вы нас нашли?

Селим взглянул на блондина с неодобрением. Похоже, кто-то пытался оттянуть неизбежное. Но нельзя было винить в этом господина Ламберта, его заставляли так поступать приворотные чары.

Бабушка подняла на мужчину тяжелый взгляд, явно разгадав его маневр, но на вопрос все же соизволила ответить:

— Для Верховной ведьмы это не сложно, — пожала она плечами, — Я прибыла в Иствиль в глубокой ночи. Наведавшись в лавку госпожи Мурай и никого там не обнаружив, отправилась к вам, а затем в ратушу. И когда поняла, что единственная светлая ведьма в городе и присланный из столицы Инквизитор, пропали, провела ритуал, который и позволил вас найти.

Ну, естественно, куда бы первым делом пошла любая бабушка, приехав ночью в город, где живет ее внучка? А учитывая погром, который остался в лавке после последнего нашего посещения, страшно представить, какие ужасающие картины бабуля успела нарисовать в своей голове.

А вот, что за ритуал она проводила, я прекрасно понимала. Похожий проводили мы с Селимом, когда искали в Иствиле темную ведьму. Но бабушка использовала родовой ритуал на крови, который способен отыскать любого кровного родственника в радиусе нескольких сотен миль.

— Если вы удовлетворили свое любопытство, господин Ламберт, — продолжила Верховная ведьма, — Я бы предпочла начать ритуал.

И господину Инквизитору не оставалось ничего, кроме как покорно кивнуть и шагнуть вперед, позволяя снять с себя приворотные чары.

Как оказалось, для этого ритуала не требовались ни открытая местность, ни яркий свет полной луны. Достаточно было лишь соединить все необходимые ингредиенты в одной чаше, прочитать заговор над получившейся жидкостью и дать ее выпить привороженному мужчине.

Когда господин Инквизитор осушил чашу до дна и отставил ее на стол с громким звоном, бабушка деловито у него поинтересовалась:

— Ну, как ощущения?

Мужчина ненадолго прикрыл глаза и нахмурился. Затем распахнул веки и честно признался:

— Пока непонятно.

— Приворота больше нет, — оповестила всех Верховная ведьма, внимательно приглядевшись к блондину, — Отпустить может не сразу, но в течение дня вы почувствуете себя лучше.

— Понятно, — хмыкнул господин Ламберт, после чего рывком поднялся со стула, на котором сидел и произнес, — Если это все, то вынужден вас оставить. У меня еще остались неотложные дела.

После чего мужчина поклонился нам и направился к двери.

— Господин Ламберт, — остановил его голос моей бабушки и заставил обернуться, — Мы покинем Иствиль сегодня. Госпожу Мурай и ее фамильяра я заберу с собой. Благодарим вас за гостеприимство.

Господин Инквизитор ничего не ответил. Лишь равнодушно кивнул, а затем стремительными шагами покинул дом, напоследок хлопнув дверью.

Посмотрев ему вслед, бабушка тяжко вздохнула.

— Хорошо, что я приехала сюда, и слухи о привороте не добрались до столицы.

— Почему? — настороженно поинтересовалась я.

— Потому что Энтони Оливер Ламберт, которого к тебе случайным образом приворожили, единственный сын лорда Джонатана Ламберта, который возглавляет палату лордов, — язвительно сообщила бабуля, — И он был бы крайне недоволен, узнав, что его наследник находится под приворотными чарами.

Селим нервно икнул и дрожащим голосом произнес:

— Зато теперь понятно, откуда в нем эта стать, которая чувствуется сразу же.

— Можешь не подлизываться, — фыркнула бабушка, — Его здесь нет, и твоих помпезных речей никто не услышит.

А я продолжала шокировано взирать на старшую родственницу. В том, что личность местного Инквизитора оставалась для меня загадкой, несмотря на то, что при первой нашей встрече представился он полным именем, не было ничего удивительного.

Я долгие годы провела в Университете Ведьминских чар, где последним интересом учениц и преподавателей были политика и высший свет. Нас обучали куда более важным, практичным вещам. Да и ведьмам ни к чему