Лидия. Головная боль академии (СИ) - Лавру Натали

До Нортмора мы ехали, казалось, вечность, хотя дорога была та же, а лошади бежали с той же скоростью, что и вчера. По торговым рядам сани и вовсе плыли с черепашьей скоростью, заставляя меня нервничать ещё сильнее.

И вот, наконец, золотистые буквы «Очаг» на чёрном фоне, и мы тормозим.

В полупустой таверне меня ждал не Наир. Сердце болезненно ухнуло при взгляде на женщину в чёрном. Её лицо скрывала маска, а сверху была накинута траурная вуаль.

Её преклонный возраст выдавали отнюдь не девичья полнота и усталая поза.

– Здравствуйте. Меня ждёте? – сказала я, имитируя интонации наёмников, которые в Зоте захаживали ко мне за зельями. Конечно, личина меняла не только лицо, но и голос, и походку, и даже рост, но моё подсознание тоже решило включить маскировку.

– Вы зельевар?

– Да, – я села к ней за стол.

Голос у женщины был низкий, строгий и тоже траурный.

Похоже, случившееся вчера связано именно с моим таинственным мужчиной. До чёртиков интересно, что стряслось? Неужели это Наир жахнул магией так, что всю академию в срочном порядке эвакуировали? Из-за чего?

– Товар? – потребовали у меня, и я достала бутыль из сумки, но пока не передала женщине.

– Деньги? – и на столешницу передо мной шмякнулся увесистый кошель с двумя сотнями золотых монет.

После обмена женщина бросила мне:

– Уходите вы первая.

И я, кивнув и подавив в себе желание спросить про Наира, ушла. Если я правильно поняла, это его мать, а мать вряд ли будет делиться сокровенным с первой встречной.

На выходе из таверны я взглянула на себя в зеркало. М-да, прямо скажем: не эльфийка.

Кэт творчески подошла к изменению моей внешности, а точнее, использовала все известные ей клише, сделав меня хромой, косой на оба серых глаза, круглолицей и растрёпанной, как местная юродивая. Проще говоря, я выглядела, как чучундра: ноль привлекательности и сексуальности. Ну, конфетка!

Одно хорошо: никто и не подумает, кто прячется под личиной.

***

Весь день после утренней встречи прошёл как-то странно. Лессар, явно карауливший меня утром на лестнице, ведущей к женскому этажу, не узнал меня под личиной, а я едва с ним не поздоровалась и не полезла обниматься. Уже улыбнулась и открыла рот для приветствия, но вовремя одумалась. Вот был бы конфуз!

Зато настоящую меня Лессар лишь вяло обнял и не спешил уводить к себе в комнату.

– Что происходит? – удивилась я его холодности.

– Держусь, чтобы не сорваться до твоего совершеннолетия, – моё девичье сердечко снова отправили в обморок обворожительной улыбкой.

– Для тебя так принципиальны эти несколько дней?

– Я доверяю своей интуиции, Лия, а она говорит, что с тобой всё не так просто.

– Что, даже не поцелуешь?

В ответ мне лишь покачали головой.

– А сам-то ты совершеннолетний? – поинтересовалась у него.

– Конечно. Мне в августе исполнилось двадцать.

Мне снова не к месту вспомнился Ромери. И стало неприятно на душе. Ромери изменял мне, несмотря на то что был в меня влюблён. А что, если и Лессар?..

***

Вечером я легла спать раньше, ибо прошлую ночь почти не спала. Я так устала, что даже не заметила, как чьи-то острые маленькие зубки перекусили цепочку артефакта безопасного сна на моей шее и утащили оный в неизвестном направлении.

Глава 31. Срыв

Лидия

С тошнотворно идеальной зелёной лужайки под раскидистым платаном меня выдернуло в до боли знакомую тёмно-серую комнату.

«Дарси, чтоб тебя!» – мысленно завопила я.

– Ты пришла, Дарси, – от противоположной стены донёсся усталый голос моего таинственного мужчины.

– Не по своей воле, – ответила ему, уже представляя, как заменю тоненькую магическую цепочку артефакта на толстенную, чтобы котопёс не прокусил.

– Ясно, – на этот раз Наир не набросился на меня и сидел тихо.

Ах, как мне хочется расспросить его о произошедшем накануне в академии! Но нельзя. Иначе я выдам себя с потрохами.

Наир сидел на полу, подтянув ноги к груди. Совершенно не характерная для него поза. Раньше он выглядел огромным, а теперь походил на раненого зверя.

– Тебе плохо? – спросила его.

– Мне хуже, чем плохо, – ухмыльнулся Наир.

– Что с тобой случилось? И как тебе удалось связаться со мной вне сна? – не выдержала я.

Ноги сами принесли меня ближе к нему.

– На твоём месте я бы не приближался и как можно скорее покинул этот сон, – предупредили меня.

– А то что?

Вместо ответа меня схватили и с мучительным стоном поцеловали в губы.

– Ты же от этого бежала? – спросил с издёвкой, отстраняясь от меня после поцелуя.

– Именно от этого, – призналась ему честно. – Потому что боюсь окончательной привязки, – слова дались мне с трудом. – Возможно, ты слышал, что у эльфов бывает любовь-судьба. А теперь представь себе, что я навеки привяжусь к тебе без возможности даже увидеть тебя лично. Ты обречёшь меня на пожизненное одиночество, потому что для меня никогда не будет существовать других мужчин.

– Значит, ты в самом деле эльфийка?

– Да, – кивнула, не став делать уточнения, что эльфийка я лишь на четверть. Пусть так. Если мы встретимся, он даже не посмотрит на меня, так как будет искать чистокровную эльфийку. – Моя аура покраснела, и мне пришлось прекратить наши встречи.

– Проклятье... – выругался он и отвернулся. – Прости меня, Дарси. Я и не подозревал.

– И ты меня прости, – я села рядом, касаясь плечом его плеча. – Есть способ избавиться от болезненных чувств: зелье равнодушия. Хороший зельевар наложит на зелье плетение, настроенное на твою ауру, и ты избавишься только от чувств ко мне.

– Ты подозрительно много знаешь о зельях.

– Сама пользуюсь и тебе рекомендую.

На меня посмотрели, ну, очень тяжёлым взглядом. Самого лица Наира я по-прежнему не видела, но взгляд... От него исходила какая-то особенно печальная энергетика.

– Всегда знал, что богиня жестока. Впрочем, к её жестокости в отношении меня я привык, но за что она наказывает тебя? Ты же совсем юная девушка.

– Уже не девушка, если ты помнишь, – ответила я.

– Я сожалею. Если бы я знал, то не прикоснулся бы к тебе.

– Теперь уже бессмысленно сожалеть. Давай думать, что будем делать дальше?

– Уходи, Дарси. Делай всё, чтобы не привязываться ко мне. И будь счастлива.

Всё бы хорошо, только здесь, во сне, у меня никак не стыковались два призыва: «уходи» и «будь счастлива». Они взаимоисключающие!

Что если привязка уже состоялась? Значит, всё? Я навеки рабыня Наира? Как проверить?

Я не ушла. Приросла спиной к безликой, как и всё здесь, стене. Так и осталась сидеть, понимая, что больше всего на свете сейчас хочу... Хочу!

– Поздно, – это слово сорвалось с губ без моего на то разрешения.

Наир окаменел. Он и до этого сидел неподвижно, но теперь напрягся всем телом. Кажется, даже дыхание затаил. Точно зверь.

Долгий выдох...

– Дарси, я не тот, кто тебе нужен.

– Тот, к сожалению, – не согласилась я. – Любовь-судьба – штука необратимая.

– Ты уверена, что это она?

– Уверена.

Да, я уверена, что, стоит нам увидеться, произойдёт мгновенная привязка. Я уже чувствую леденящий душу страх, что мы с Наиром однажды встретимся, и всё, прощай моя свобода. Хотя... Разве то, во что я вляпалась, назовёшь свободой?

А что если привязка уже состоялась? Вдруг этот механизм работает и во сне? Ведь мой случай первый в истории. Одна Лорена ведает, как срабатывает любовь-судьба.

Наир обнял и притянул меня к себе.

– Прости меня, моя маленькая. Больше всего на свете я хочу по-настоящему обнять тебя. Просто чтобы ты была рядом. Но я ни за что не подвергну тебя такой опасности.

– Ты, главное, с ума не сходи, ладно? Не круши там ничего... – попросила я, памятуя, как с полок Лессара от землетрясения попадали книги.

– Так. А это ты сейчас к чему сказала? – снова напрягся он.