Не родись дриадой (СИ) - Цыбанова Надежда

   Ванда обустроила все по своему вкусу. Диваны украшали разноцветные аляпистые пледы. По полу в хаотичном порядке разбросаны яркие бумажки. На маленьком столике гордо разместился чайный набор из грубой глины. Под потолком мигали светлячки.

   Замутило меня сразу и основательно. Даже Хаши посочувствовала – ему в такой бешеной расцветке теперь всю жизнь обитать.

   То, что вечер пройдет не так, как планировалось, стало ясно, когда подруга влетела в комнату, потрясая бутыльком с подозрительно синей жидкостью. Ванда вообще с любым напитком заставляет нервничать окружающих, а в придачу с такой улыбкой на лице сразу хочется пойти перечитать завещание.

   - Вот что я изъяла у своих умельцев! – мне сунули бутылек под нос. На ее месте я бы не спешила открывать. Мало ли что. Мало ли кто. – Представляешь, они синтезировали «Экстракт радости»!

   Застонав, я с ужасом воззрилась на подругу:

   - Ванда, милая, только не говори, что ты хочешь ЭТО использовать.

   Взболтав жидкость, она поднесла пузырек к глазам, изучив содержимое на свет.

   - Все в порядке, здесь точно не яд.

   Слов нет, как меня успокоило это заявление. Яд, исходя из практики, не самое страшное, что могут сотворить студенты!

   - А… а… побочные эффекты? – осторожно намекнула я.

   - Мыши не сдохли, – опять же «успокоила» меня Ванда. – В применении все просто – каплю на чашку горячей воды, и вдыхаешь поры.

   Дожили, студенты синтезируют наркотики, которые потом отжимают и используют преподаватели.

   - Ты как бы беременная, – напомнила я подруге.

   От меня отмахнулись очередным сомнительным заявлением о мышах. Ванде я, конечно, доверяю, но только в области ядов, все же эксперт она потрясающий.

   Пока занималась изучением подозрительной синей жидкости, явился наш гость. Я чуть бутылек не уронила вместе с челюстью. Золотоволосый смуглокожий эльф щеголял без рубашки, демонстративно поигрывая мускулами. Эта раса вообще за легкость и изящество, но конкретный индивид был накачен лучше любого орка. А какая у него улыбка! Сколько похоти и обещания в ней!

   Пока я хлопала глазами и пускала слюни, как зеленая первокурсница, Ванда по-деловому коротко объяснила, что требуется от танцора. Я даже не заметила, как она мне в руки пихнула чашку с горячей водой и капелькой того самого экстракта.

   Глубокий вздох - и мир поменялся. Бешеный колер уже не раздражал. Светлячки мигали в такт напеваемой песни. А эльф стал просто сногсшибательно красив. И главное – это все очень-очень весело.

   Наш танцор переоделся… в преподавательскую мантию. М-да, с фантазией у подруги явно сложности.

   Переглянувшись, мы с Вандой громко расхохотались. Эльфу, видимо, такое было не в новинку, он спокойно начал отрабатывать свой заработок. Я провожала полет каждой вещи неприличным хихиканьем. Никогда в жизни не сознаюсь, что на месте эльфа в моей голове был де Расмус. От этого становилось еще смешнее.

   И вот кульминация. Танцор в одном подобии трусов походкой хищника двинулся на нас. Ванда от нетерпения подпрыгнула на диване и задела столик. Я лишь успела проследить живописный полет открытого бутылька в разлитую лужу горячей воды, но сказать ничего не могла. Просто сидела и хихикала. «Экстракт радости» оказался уж очень заборист.

   - Девушки, вы в порядке? – озадаченно наклонился к нам эльф.

   Дальше наступила темнота.

   Первая мысль, когда пришла в себя, была: жалко, у мышей никто о головной боли не спрашивал. В виски стучались два дятла. Приоткрыв один глаз (оба-то страшно), я осмотрелась. Комната моя, уф, и даже целая. За окном яркое солнце. В кресле сидит злой де Расмус. А поперек его перекошенной мордашки глубокие следы от когтей.

   - Проснулась, – протянул он страшным голосом. – Я же вижу, глаз смотрит. А что, второй боязно открыть?!

   Пока старательно отлепляла присохший к небу язык, перебрала все возможные варианты нашего загула. Явно похвалы ждать не стоило...

   - Пить, - хриплым голосом выдохнула я, чтобы оттянуть неизбежное.

   Де Расмус, как истинный джентльмен, не мог проигнорировать мольбу дамы. Или просто посчитал, что если я сейчас умру, морали выслушивать будет некому.

   Осчастливив меня кувшином с прохладной водой и чашкой, он вернулся в кресло и спокойным тоном начал рассказывать о наших приключениях.

   Ванду понесло решать глобальную проблему в виде шовинисткой несправедливости. Почему это она должна страдать от токсикоза, а мужчины нет? Ужин преподавателей в Академии был сорван. Лазарет переполнен. А всего-то одно небольшое зелье, которое моя подруга сварила на коленке, а потом незаметно прокралась на кухню, отвлекла поваров, устроив целый коллапс, так что стены не может отчистить весь факультет боевиков, и добавила свое изобретение в чан с похлебкой. Посчитав, что миссия выполнена, она запустила молнию в мешок с мукой и в лучших традициях шпионов, через кувырок покинула кухню,… выскочив в окно раздачи, упав прямо в руки ректора. Тот сомнительный гастрономический изыск не оценил, тем более сырой и брыкающийся. Ванду доставили в лазарет, а через полчаса выгнали, поскольку срочно потребовались места для вновь прибывших. Подруга все-таки гений. Сотворить в невменяемом состоянии не яд - уже достижение. Только вот помимо токсикоза, кстати, весьма стойкого, она ещё туда зачем-то добавила и гормональный сдвиг. В лазарете всю ночь было весело. Те, кто не общался с тазиками (туалет-то перегружен), сидели, и плакали, и смеялись. Наш главный целитель Милена, говорят, теперь закрылась в кладовке и литрами пьет успокоительное. Еще бы, более ста истеричных мужиков за ночь выслушивать.

   Студентам тоже перепало радости. Стриптизер, надышавшись парами «Экстракта счастья», пошел в общежитие боевиков… отбирать одежду. Вышибал дверь в комнату, сканировал взглядом каждого и грозным голос требовал у самого крупного «Мне нужна твоя одежда»! Но боевики это ж боевики. В мужика летели сначала все возможные заклинания и фаерболы. Правда, быстро сообразили, что бесполезно, поскольку эльф в совершенстве владел защитной магией и пластикой - книги, стулья, подушки, конспекты. Когда стриптизеру это надоедало, он скручивал студентов и отбирал требуемое. Прямо с офигевших боевиков. Такого позора факультет не знал никогда. Одним словом, Ванда и тут отличилась. Наш приватный танцор оказался лучшим в развед-школе лесных. А вот раздевался на публику исключительно для собственного удовольствия. Ловили снеговика из одежды все оставшиеся в сознании после погружения в мир беременных преподаватели. Женщины почему-то больше жаждали его раздеть.

   На этом эпическом моменте и появились на территории Хаши и де Расмус. И первым дело Оли задумался: а почему это одна темная дриада не буянит. И пошел меня искать.

   Любить животных - моя сущность. Вот и направился он в вольеры. Там его встретили неласково. Обитатели клеток жались к дальним стенам, кто-то прятался под настилом. И только панически блестящие глаза провожали мужчину вдоль рядов. Меня отыскали у карвера. Змея тщетно вырывалась и жалобно верещала, но я профессиональным захватом держала ее за голову и хвост и приговаривала, что такой прелести обязательной пойдет розовая расцветка. Спас карвера де Расмус, усыпив меня.

   Итогом нашей гулянки стало два зелья, запертые в сокровищнице академии с прочими неудачными поделками, массовый нервный срыв у целителей и паническое настроение у животных. Ну и мужчины задумались о стерилизации. Ректор настоятельно просил нас больше не использовать непроверенных зелий, а то Академия может и не выстоять. Про мышек я решила умолчать.

   Де Расмус посверлил меня взглядом, но раскаяния так и не заметил.

   - Значит, стриптизер, – недобрым тоном протянул он. - И зачем он вам понадобился?

   Я пожала плечами. Что за глупый вопрос. Никак о нестабильной политической ситуации в Пяти мирах поговорить. Вроде взрослый дядечка, а спрашивает ерунду. Кстати о наболевшем…