Марина Милованова - Временная ведьма

— Ну ясно, — кивнул он, внимательно посмотрев на меня своими глазищами, — Ты опять ничего не вспомнила. Тогда тебе остается лишь одно: припомнить свой разговор с Греем о том, что существуют другие миры и перемещения между ними, и поверить в него. Тогда мозаика в твоей голове сложится просто и быстро.

— Хорошо, допустим. — Я решила согласиться, потому что другого выбора просто не видела. — А ты кто такой?

— Домовой я. И по совместительству твой барабашка. Вспоминай, сказано же тебе, — буркнул шарик, отворачиваясь. — Грей ведь все объяснял!

— А где моя квартира? — Я не поленилась обойти шарик с другой стороны и опять присела перед ним на корточки. — И что это за место?

— Твоя квартира где была, там и осталась. Дверь я закрыл, можешь не благодарить. А вот это место вижу впервые, как и ты, ичто это за место, знать не знаю и ведать не ведаю.

— Маруся! — обреченно воскликнула я, понимая, что случилось непоправимое. — Я — здесь, а она…

— А я тоже тут! — Из лопухов высунулась пестрая кошачья мордочка, перебив меня на полуслове. — Не волнуйся, со мной все в порядке. Честное слово!

Неожиданно послышался сдавленный хрип, а затем шорох. Оглянувшись, я увидела Элку, лежавшую без сознания в траве. Кинулась к ней, потрогала лоб, прижалась ухом к груди.

— Забавно! Ты в первый раз тоже в обморок упала! — послышался рядом насмешливый голос.

Подняв голову, я увидела кошку. Судя по выражению мордашки, происходящее ее очень забавляло.

Разделить ее радость я оказалась не в силах, поэтому, определив, что с подругой все в порядке, оставила ее в покое и подошла к Григо… то есть к Грею.

— Слушай, договорились: миры существуют, перемещения между ними тоже. Я во все верю и больше не считаю тебя сумасшедшим. А теперь давай возвращай нас обратно!

— Но я не хочу обратно! — упрямо возразил Грей, — Я хочу, чтобы ты увидела мой мир!

— Боюсь, что к тому времени, пока мы доберемся в твой мир, я сойду с ума, а Элка получит сердечный приступ! Учти, я говорю это совершенно серьезно.

— В любом случае, вопросами перемещения у нас занимается Тихон, так что обращайся к нему.

— Хорошо. — Я отвернулась, посчитав разговор завершенным.

— Дарья…

— Что? — Я обернулась.

В его глазах застыло мучительное ожидание.

— Нет, ничего…

Пожав плечами, я потеряла интерес к Грею и принялась за Тихона, как мне посоветовали.

— Пушистик, миленький, не мог бы ты перенести нас обратно? Я домой хочу!

— Домой?! В свою ужасную тесную коробку? Какой кошмар! — Тихон отбежал от меня, смешно шлепая по траве широкими мохнатыми ступнями. — Лучше свежим воздухом дыши, пока возможность выпала.

— Спасибо, конечно, но… это… кушать очень хочется, — озвучила я наиболее весомый аргумент. Виновато пожала плечами. — Я же недавно с работы, да и к тому же сегодня стресс пережила.

— Да, это проблема, — серьезно кивнул домовой. — Только помочь ничем не могу.

— Потому что вредный? — не удержалась я.

Шарик сердито стрельнул в меня глазищами:

— Сама ты вредная! А я хороший! Только всю магию потратил.

— То есть… — До меня не сразу дошел смысл сказанного. — Хочешь сказать, что мы никуда не переместимся до тех пор, пока ты не восстановишь свою магию?

— Хуже. Хочу сказать, что у меня вообще больше нет магии.

— …Как нет?! — От моего вопля шарахнулись даже птицы — слетели с ближайших веток, шумно хлопая крыльями.

— А вот так. Благодаря одному нетерпеливому болвану я потратил весь запас и больше ее не чувствую.

— Учитывая особенности местной растительности, я бы не слишком надеялась на электричку!

Обернувшись, я обнаружила, что Элка пришла в себя и внимательно смотрит вверх. Проследив за ее взглядом, увидела дерево, очень похожее на пальму. Вздохнула, подумала, но сдаваться так просто не собиралась.

— Значит, найдем самолет!

— На самолет нужны деньги, — возразила Элка, гася на корню мой энтузиазм.

— Эти подойдут? — Грей вытащил из кармана знакомую пачку пятисотрублевок.

— Вот видишь, жизнь налаживается! — оптимистично улыбнулась я.

Оптимизм оптимизмом, но через несколько часов нашего блуждания по лесу я стала сильно сомневаться в том, что поблизости есть что-нибудь еще кроме непомерно буйной растительности. Судя по жаре, местность сильно смахивала на тропики, а разнообразие флорыничем не напоминало привычные для моих глаз леса средней полосы.

Вокруг нас высились странные деревья, похожиенабамбук и издававшие глухой звук при постукиваниипотолстому, в два обхвата, абсолютно лысому стволу. Буйно росли разлапистые папоротники, сквозь которые приходилось продираться с боем, поскольку иной раз они превышали даже рост Грея, стояли уже знакомые нам «лопухи». Были еще тонкие деревца с листьями, густо покрытыми белым пухом, и, разумеется, пальмы. Еще к этому великолепию нужно прибавить насекомых, которые взлетали целым роем из потревоженных нами листьев, и орущих визгливыми голосами птиц, которых из-за плотной листвы не было видно, зато слышно было ну о-очень хорошо.

За время «приятной» прогулки я успела поранить ногу, потому что из дома меня выдернули босиком, пиджак в такой жаре оказался ненужным, пришлось повязать его на талии. Блузка взмокла и липла к телу, как, впрочем, и брюки, которые не были рассчитаны на тридцатиградусную жару. В общем, мне было жарко, мокро, голодно и вообще, мягко говоря, неуютно.

Элка тоже оказалась не в лучшей ситуации. Подруга хоть и была обута, но каблуки доставляли ей не меньше неудобств, чем мне мои босые ноги. Эластичные чулки вообще почили смертью храбрых еще в самом начале поискового кросса. Зато аккуратно сложенный пиджак, не решаясь последовать моему примеру, Элка стойко тащила в руках. Разумеется, эта аккуратность заметно снижала как маневренность, так и настроение подруги.

Никаких неудобств, похоже, не испытывали только Грей и Тихон с Марусей. Последние вообще мелькали впереди, не обращая внимания на всякие помехи вроде корней, листьев и мошкары. Грей же тащил свой рюкзак и старался помогать нам чем мог: обламывал листья и ветки, расчищая дорогу, подавал руку в особо трудных местах и на жизнь не жаловался. Оно и понятно, ведь это благодаря ему мы оказались неизвестно где и вынуждены совершать этот порядком осточертевший кросс в поисках цивилизации.

Я не очень понимала вину Грея в ошибке с перемещением, потому что, судя по разговорам, магией он вообще не владел, но твердо решила, что виноват именно он, а не милый и вполне безобидный с виду домовой.

Неожиданно на меня, едва не сбив с ног, выскочил из травы этот самый пушистик.

— Там… Там… — Он затряс мохнатой ручонкой, указывая вперед. — Там вода!

— В каком смысле? — не сообразила я, — Ручей, что ли?

— Там много воды! — Вытаращенные то ли от испуга, то ли от удивления глаза.

— Озеро! — обрадовалась я, — Сможем наконец напиться!

— Тамочень много воды! — взвизгнул пушистик.

— Море там, — пояснила Маруся, выходя из травы, — Прямо как в телевизоре!

Я переглянулась с Элкой, а затем мы обе, не сговариваясь, рванули вперед, забыв об усталости и прочих неудобствах.

— Что это с ними? — Грей озадаченно почесал макушку. — Ведь только что едва ноги переставляли…

— Ну и глупый ты! — Маруся смерила его укоризненным взглядом изумрудных глаз. — Неужели не знаешь, что такое море?

— Море?.. — Грей задумчиво вздохнул, — Ну да, слышал: торговые корабли, пираты, рыбаки…

— Эх ты! — Маруся презрительно сморщила мордочку, — Для нас море прежде всего это отдых.

Неподалеку послышался восторженный визг.

— Вот, что я говорила — восторг, да и только! Во всяком случае, в телевизоре это выглядело потрясающе! — Кошка нырнула в траву и помчалась вперед широкими скачками.

— Море, значит? — Грей озадаченно обернулся к домовому.

— Я тебя предупреждал! — Тот развел руками и исчез в траве вслед за кошкой.

ГЛАВА 2

Я бежала вперед, все еще не веря услышанному, но довольно скоро деревья расступились и мы с Элкой выскочили на пляж, усыпанный белым, словно мука, песком. Выскочили и… застыли в изумлении.

Пляж был широким и совершенно пустым, а вокруг, во всю ширь горизонта, раскинулась необъятная синева с едва заметным зеленоватым оттенком — море.

Зрелище было таким волнующим и неожиданным, что мы обе онемели и только молча оглядывались вокруг, не веря собственным глазам.

Элка очнулась первой: громко завизжала от радости и побежала к воде, уронив пиджак и сбросив туфли. Следом на песок полетели юбка и блузка, а подруга в одном белье скрылась в манящей волне. Посмотрев по сторонам и не обнаружив ничего подозрительного, я последовала ее примеру.