Сабаи. Том 2 (СИ) - Чадов Дмитрий

— Какого чёрта?! — проорал с места недолейтенант Далтон.

— Тишина в зале! — хором крикнули в ответ судья и его виртуальный адъютант.

Френсис, красный как рак, выпучил на нас глаза и дрожащими от злости руками вцепился в заграждение.

— Продолжаем. Следующий эпизод… — объявил судья.

— Рядовой Микайо Сабаи! — услышал я беспристрастный оклик.

В звенящей тишине, в которой был слышен каждый шорох моей одежды (и лихорадочное сопение Далтона), я занял своё место. Надел манжету, та затянулась до упора и я почувствовал лёгкий укол.

— Почему он в наморднике? — спросил вдруг судья. — Тоже кусается?

— В рапорте сказано, что он делает больно по-другому, — ответил виртуальный секретарь.

Я усмехнулся и тут же услышал:

— Ошибка считывания технической информации. Наниты повреждены или отсутствуют. Данные самописца не могут быть использованы в качестве показаний. Вы даёте согласие на переход в режим полиграфа?

Вопрос был адресован мне.

— Ну… да?.. — пробубнил я через намордник.

Засверкали вспышки фотоаппаратуры. В первых рядах пошло оживление.

Из бокового отсека выпала вторая манжета и пучок проводов.

— Закрепите датчики на подозреваемом, — попросил Сверхразум. — И снимите кляп.

Кто-то из охраны старательно облепил мой лоб контактами. Дурацкий намордник убрали и тут я узнал, что в зале суда не только жарко, но ещё и ощутимо пованивает.

— Отвечайте на вопросы максимально прямо и точно, без пространных речевых оборотов, — предупредил Сверхразум. — Внутренняя память вашего чипа будет использована для построения следственной картины. Начинаю калибровку.

Сначала он спрашивал у меня всякую фигню из разряда: помню ли я, как меня зовут, какой сегодня день и правда ли, что я являюсь особью женского пола. Это продолжалось недолго, но зрители наблюдали за беседой с большим интересом. Подозреваю, что большая их часть пришла сюда именно из-за меня. И не в последнюю очередь на почве событий прошедшей недели. Даже не хотелось их разочаровывать, ведь, в сущности, наши разборки были далеки от инопланетной угрозы и вообще не касались кибернитовой темы. Почти.

— Во время общения с полковником Закиро на территории станции, вы замечали в его поведении что-либо странное?

Всё. Лёгкие вопросы кончились.   

— Да, ваша честь, замечал, — ответил я и покосился на ложу свидетелей. Они ловили каждое моё слово. Кто-то даже придвинулся поближе к заграждению. Я отыскал взглядом полковника Закиро. Он чинно восседал между адъютантом Хатори и капитаном Лазло. Интендант прищурился и сделал едва различимое движение головой — вроде и не кивок, а как будто икнул.

— Было ли в его поведении что-то нелогичное или несвойственное?

— Определённо было.

— Можно ли назвать его действия на станции до ареста и побега нерациональным?

— Ещё каким! Видели бы вы, что она… то есть он тут вытворял!

— Прошу вас воздержаться от излишней эмоциональной окраски ответов.

— Извините, ваша честь.

Сверхразум завибрировал, затем продолжил:

— Эпизод первый. Побег из-под стражи. Вы были задержаны в кабинете интенданта после его отбытия с экипажем Браво?

— Совершенно верно.

— Вам были зачитаны ваши права?

— Да.

— Вы были проинформированы о последствиях сопротивления аресту и нарушению режима содержания?

— Был.

— Что вас сподвигло на совершение побега?

Я задумался. Как бы это ответить, чтобы и не солгать и не подставить Сифри? Ведь сподвигла меня, в первую очередь, она. А её подтолкнул к этому Вафу. А чем руководствовался Вафу?

— Клановая необходимость, — ответил я твёрдо.

— Поясните, — судья с интересом воззрился на меня с трибуны.

— Дело в том, что мне нужно было решить одну проблему, которая могла нанести ущерб клану Этанару, чьи интересы я представляю… и чту выше собственных.

Последние слова я добавил, поглядев на балкон.

— О какой проблеме идёт речь? — спросил Сверхразум.

— Я счёл своим долгом помочь интенданту Кибера и вернуть его на станцию.

— Вы полагаете, интендант нуждался именно в вашей помощи?

— Я знаю это наверняка.

Далтон продолжал сверлить меня взглядом из-за барьера. Полковник уверенно расправил плечи и снова как будто икнул.

— В чём, по-вашему, заключалась эта помощь?

— В том, чтобы вернуть ему трезвость мышления и ясность сознания. Полковник Закиро был не в себе и действовал… неадекватно.

— Почему вы не сообщили об этом службе безопасности станции?

— То есть как это не сообщал?! — возмутился я. — Несколько дней я твердил на допросах, что Закиро не в себе! Прямым текстом! Офицеру Далтону!

Я увидел, как краска отливает от лица Френсиса. Он стал белым, как мел, но не сдвинулся с места. Как поражённый разрядом электричества, он стоял, вцепившись в перила ограждения пожелтевшими пальцами.

— Как отреагировал на ваши показания офицер Далтон? — уточнил Сверхразум.

— Очевидно, он ими пренебрёг.

Теперь камеры журналистов были направлены на горе-лейтенанта. Он позировал им спиной, не в силах пошевелиться.

— Лейтенант Далтон счёл меня и группу Браво организаторами побега полковника из-под домашнего ареста и пытался выяснить, куда они направились.

— Вам была известна конечная цель полковника Закиро?

— Только догадки. Впоследствии они подтвердились.

— Куда же он направился?

— В кластер Кузинатра, на научно-исследовательскую станцию Шамбала.

— Зачем, как вы полагаете?

— Полковник верил, что учёные Шамбалы смогут его вылечить.

— Вы считали иначе?

— Я не знал наверняка. Но понимал, что нужно действовать.

— И вы спланировали побег с Кибера?

— Это… не входило в мои планы. Всё произошло спонтанно.

— Вам кто-то помог?

— Немного.

— Назовите своих помощников.

— Это были искины службы безопасности, Янус и Линн.

— Что сподвигло их на помощь вам?

— Полагаю, личные мотивы. Они говорили, про какого-то Френки, загубленного на работе.

Сверхразум крякнул и замолк. Гудение прекратилось, экран потух и прошуршал короткий разряд статики. Судья недовольно посмотрел на серверную коробку, набрал какой-то код с клавиатуры. Ничего не произошло.

— Кхм… Перерыв пять минут, — объявил он и чинно укатился из зала суда. Вместо него пришел рабочий с ящиком инструментов. Он снял с сервера заднюю крышку, попыхтел внутри какое-то время, закрыл, включил и удалился.

Сверхразум пронзительно запищал и выговорил:

— Конец первого эпизода. Данные собраны и обработаны.

— Встать, суд идёт! — проорал секретарь.

Судья торопливо вкатился в зал и на трибуну.

— Фух… Оглашайте, — сказал он, запыхавшись.

— Согласно статье 212 и 490/5 уголовного кодекса, рядовой Сабаи обязан понести наказание за побег из-под стражи и угон гражданского судна с участием третьих лиц и технических средств. Однако, Догмат клана Этанару разъясняет: каждый истинный патриот клана должен чтить его интересы и оказывать всяческое содействие его начинаниям. Догмат дозволяет преступить ряд оговорённых законов, если того требует клановый долг при условии, что совершённые действия не навредят другим членам клана и целесообразны для конкретного случая. Согласно показаниям отряда Браво, целесообразность побега стала решающим фактором спасения из плена, в ходе второго эпизода. Предварительный вердикт: не применять в отношении рядового Сабаи уголовных и дисциплинарных наказаний по данному эпизоду. Проверить компетентность младшего лейтенанта Далтона на занимаемой им должности, а так же дать оценку его действиям в рамках рассматриваемого дела. Расследовать мотивы искинов службы безопасности станции. Проверить соблюдение условий труда умной техники и искусственного интеллекта на наличие нарушений…

Судья кивал и торопливо нажимал на кнопки, Сверхразум монотонно гундел что-то про Профсоюз искинов и отказоустойчивость электросетей и сигнализации на станции. В клановой ложе, от группы людей, сидящих в центре, отделился один субъект и молча удалился, а я смотрел, как тает грозная фигура уже-не-лейтенанта Далтона. Он отлип от барьера и опустился в кресло, смотря в одну точку. Рядом с ним тут же образовалась маленькая зона отчуждения — соседи торопились отсесть от Френсиса как от прокажённого. Мне было его немного жаль, если учесть, что это, возможно, не последнее его унижение на сегодня.