Елена Малиновская - Частная магическая практика. Сны и явь

Я не оценила его сарказма. Мне сейчас было не до шуток. После всего рассказанного Фарном я была готова поверить, что Вашарий лично убил Заранию и всех, кто случайно стал свидетелем этой жестокой расправы.

— Киота, — Вашарий моментально стал серьезным, почувствовав мое неудовольствие, — все с Заранией в порядке. Ее определили в одно закрытое учреждение. Надеюсь, ты не собираешься спорить, что ее душевное здоровье вызывает определенные сомнения. Ей нужна помощь специалистов, и там сделают все, лишь бы избавить ее от слишком сильной привязанности к сыну. Это уже определенная патология, а не материнская любовь. Но боюсь, что она может пробыть там достаточно долго, если вообще когда-нибудь выйдет на свободу.

Я несколько раз нервно сжала и разжала пальцы. Нет, мне не было жаль леди Заранию. На мой взгляд, она заслужила этого наказания и даже больше — ссылки на иридиевые рудники. Но мне не нравилось, с какой простотой и легкостью Вашарий и Дольшер распоряжались судьбами других людей, не ставя в известность соответствующие органы. Почему, ну почему для некоторых людей в нашем государстве законы не писаны? Это несправедливо!

— Почему ты так злишься? — осторожно поинтересовался Вашарий, то ли действительно не понимая причину моего раздражения, то ли надеясь, что я не пожелаю начинать ссору. — Милая, леди Зарания наняла Рашшара, чтобы тот убил тебя и твою тетю как можно более мучительным и длительным способом. Мало того, она свела Фарна с нужными специалистами, которые избавили его от чипа на ограничение магических способностей. А ты так переживаешь за ее судьбу! Не понимаю!

Я молчала, кусая губы и чувствуя, как слезы начинают закипать на моих глазах. Наверное, я пожалею об этом разговоре, прокляну себя много раз, но промолчать просто не сумею. Иначе буду вынуждена всю оставшуюся жизнь провести в постоянных сомнениях — что за человек живет рядом со мной.

— Что с Фарном? — спросила я, свернув на скользкую тропу опасных вопросов.

— Погиб, — пожалуй, даже слишком быстро ответил Вашарий. — Как и Рашшар. Киота, тебе отныне нечего бояться. Твой домашний арест снят.

— Приятно слышать, — медленно протянула я и в упор посмотрела на Вашария. — Ты убил его?

— Да, — после краткой заминки признался он. — Я. Осудишь меня за это?

— Таилия Бригз, — процедила я и с каким-то болезненным удовлетворением заметила, как Вашарий побледнел. — Тебе знакомо это имя?

Вашарий молчал. Лишь нервно барабанил пальцами по краю моей кровати. Затем, видимо приняв какое-то непростое решение, с мрачной решимостью вскинул голову.

— Ты еще слишком слаба, — проговорил он. — Тебе нельзя волноваться.

— Не смей! — Я захлебнулась в отчаянном крике.

Зря. Через секунду он приложил палец к моему лбу, отправляя в теплые объятия небытия.

— Киота, ну посмотри на это платье! — уговаривала меня Зальфия, разложив по всей кровати альбомы с фотографиями свадебных нарядов. — Нравится?

Я молчала, устремив остановившийся взгляд куда-то вдаль. Увы, но я уже приняла решение. Никакой свадьбы не будет. Однако еще не представляла, как сообщить об этом тете, чтобы избежать шумного скандала.

Когда я очнулась после заклинания Вашария, то его уже не было рядом. И он не навестил меня ни разу за ту неделю, которая последовала за этим происшествием. Меня упорно не выписывали из больницы, находя все новые и новые причины для отказа. Я даже не ругалась, понимая, что это бессмысленно. Вашарий явно что-то задумал. И у него хватит власти, чтобы запереть меня навечно. Остается один выход — бежать.

Однако пока все выглядело достаточно мирно. Мне лишь не разрешалось покидать больничную палату. При этом и Зальфия, и уже выздоровевшая Тиора беспрепятственно меня навещали. Это, конечно, лучше, чем темная сырая камера. Но что ждет меня в будущем?

Понятное дело, я уже прокрутила в голове сотни планов побега. Но меня настораживало лишь одно — почему-то охраны у палаты не было. Все ограничения в передвижениях заключались лишь в настойчивых рекомендациях радетельного Тайрона не геройствовать. То и дело меня начинало грызть любопытство: а что, если я оденусь и спокойно отправлюсь к выходу? Естественно, наперерез сразу кинется весь персонал больницы, но я могу осадить его упоминанием о своих гражданских правах. Неужели и после этого Вашарий не проявит своей подлой сущности? Наверняка ведь по больнице сосредоточено великое множество магов высшего уровня подчинения, которым приказано остановить меня в случае чего! Но почему я их не замечаю?

— Киота! — Зальфия схватила меня за плечи и хорошенько встряхнула, выведя из привычного оцепенения. — Ну что с тобой? Ты словно спишь на ходу! Или до сих пор боишься Рашшара и Фарна?

— Не их, — сухо обронила я. — Вашария.

Зальфия тихонько охнула от этого признания. Подалась вперед, с нескрываемым любопытством ожидая продолжения. Но я молчала. Если честно, я ничего не понимала в происходящем. Мы с Вашарием так и не выяснили отношений. Он просто сбежал от неприятного разговора. Я не удивилась бы, если бы очнулась после этого в застенках его ведомства, однако все вроде бы было как прежде. Нет, немыслимо! Я, должно быть, чего-то не замечаю! Или же…

«Или же ты слишком переоцениваешь свое значение для Вашария, — жестокосердно завершил внутренний голос. — Мужчины зачастую бывают легкомысленны. Быть может, он уже потерял к тебе интерес, переключившись на ту же секретаршу Улию. Зачем ему нарушать закон, пытаясь любым образом удержать тебя подле, если к его услугам сотни красавиц, готовых лечь с ним в постель по одному щелчку пальцев?»

— Он спас тебе жизнь, — прошептала Зальфия, не понимая, что я имею в виду. — Почему ты его боишься?

Я с тихим стоном взялась за виски. Сгорбилась в кресле, зябко кутаясь в больничный халат. Небо, как же я запуталась в происходящем! С одной стороны, я рада, что Вашарий больше не тревожит меня, но с другой… Что скрывать, с другой — я чувствую даже некоторую обиду. Уже навоображала себе, что он никогда в жизни меня не отпустит, а в итоге получила полнейшее равнодушие. Хочешь — иди куда знаешь. Если, конечно, целители разрешат. Рискнуть?

— Киота! — Зальфия растерянно всплеснула руками. — Девочка моя! Ну что тебя так терзает? Скажи мне!

— Зальфия Дайчер, — оборвал ее холодный голос. — Пожалуйста, оставьте нас.

Тетя вскинула голову и привычно потупилась под пристальным взглядом Вашария. Однако не ушла сразу же, как можно было того ожидать, а дождалась моего слабого разрешающего кивка. И только после этого встала, кинув мне напоследок:

— Если что — я за дверью!

Я с ногами забралась в кресло. С некоторым вызовом скрестила на груди руки, наблюдая за Вашарием. Тот, однако, не делал никаких попыток начать беседу. Вместо этого он прошелся по палате, остановился около окна, уставившись на что-то, мне неведомое.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец, когда я готова была взвыть в полный голос, лишь бы оборвать это затянувшееся молчание, негромко поинтересовался он.

— Нормально. — Я пожала плечами. — Даже неплохо, учитывая обстоятельства.

— Я говорил с радетельным Тайроном, — так же спокойно продолжил Вашарий. — Тебя могут выписать уже завтра утром.

— Отлично! — обрадовалась я и тут же запнулась, засомневавшись, является ли это поводом для радости.

— Куда ты собираешься вернуться после больницы? — без малейшего проявления эмоций спросил Вашарий. Обернулся и устало посмотрел на меня, ожидая ответа.

Я совершенно растерялась. Как это — куда я намереваюсь вернуться? Что все это значит? Разве не должен он отвезти меня к себе? Или же он собирается разорвать помолвку? Но почему? Нет, ничего не понимаю! Что все это значит? Ах да, я уже спрашивала об этом.

— Право слово, твой вопрос застал меня врасплох, — медленно, тщательно подбирая каждое слово, проговорила я. — Вашарий, объяснись, пожалуйста!

— Я должен объясниться? — искренне удивился он. — По-моему, уместнее это сделать тебе. Киота, чего ты от меня ждешь?

Еще один непонятный вопрос. Я с немым удивлением всплеснула руками. Чего он хочет добиться от меня при помощи этого непонятного разговора с массой загадочных недомолвок?

— Я… — Я запнулась, не зная, как продолжить.

Опять в палате повисло вязкое молчание, которое так и тянуло разорвать отчаянным криком.

Вашарий не торопил меня с ответом. Он склонил голову набок, с каким-то нарочитым равнодушием изучая меня. Словно ему было абсолютно все равно, что я сейчас скажу. И удивительнейшим образом это сильно обидело меня.

— Вашарий, давай начистоту, — сухо проговорила я, устав от всего этого представления. До боли в костяшках сжала подлокотники кресла. — Что ты от меня хочешь?

— Основной вопрос сейчас в ином, — поправил меня он и повторил: — Чего ты от меня ждешь?