Король арены 8 - Сергей Александрович Богдашов

глаза на мой потрёпанный вид, обошлась без жалостливых слов и воплей, и быстрой ланью метнулась в нужном направлении. За что её и ценю. На интонацию она ориентируется моментом и никогда со мной не спорит.

А я начал перебирать тревожный рюкзак. Убирать оттуда ничего не стал, так как запас килограммов на двадцать веса у меня есть, если исходить из возможностей телепорта, а вес на своих плечах я переживу. Нет у меня сейчас другого выхода. Некоторый цейтнот наблюдается. Надо всё делать быстро и на полном пределе сил.

Для начала я поменял всю выдохшуюся бижутерию с себя на новый комплект, а запасные, мой и Федра, бросил в рюкзак. Туда же полетели тщательно сложенные куски прочного тонкого брезента и мотки верёвок. Без излишеств. Из расчёта на семь носилок. Остальных тяжело раненных мы с Эмганой попробуем вытащить до состояния самостоятельного быстрого передвижения.

— Мира, у нас много раненых. Что у вас есть из готового для них? — озадачил я алхимичку, даже не став с неё здороваться.

— Вытяжка из Корня Жизни! — тут же откликнулась девушка, возбуждённо блестя глазами.

— Неужели успели что-то сделать?

— Это сказка, а не эликсир. Ты ранен?

— Ну, есть немного, — не хотел я признаваться при Элине, но не заметить пластыри вместо содранного нарукавника — это слепым надо быть.

— Лира, тащи всё, что есть, в ему мы прямо сейчас наш эликсирчик на рану наложим, — азартно распорядилась старшая сестрёнка.

— Какие-то неприятные побочные явления есть?

— Разве, что бодрей станешь и спать чуть меньше будешь, — начала Мира сдирать пластыри с моей доверчиво подставленной ей руки.

Больно, блин.

Увидев рану, кстати, уже вполне прилично выглядевшую, Элина лишь ладошку ко рту вскинула, чтобы заглушить звук.

Ну, так-то, да. Кость через тонкую кожицу ещё просвечивает местами, и сукровица по краям имеет место быть. Но рука же почти что полноценно работает… Просто сама ладонь выглядит бледненько. Оно и не удивительно, раз все наружные каналы эта кошатина когтями соскребла.

— Слушай, может всё-таки целителя вызвать? — поинтересовался я у Миры, глядя, как обе сестрёнки стараются, кисточками нанося бледно-жёлтый гелеобразный состав на мою рану, — И что вам мешает руками эту хрень нанести?

— Хрень⁈ — чуть ли не на ультразвук перешла Мира, выпуская свою кисточку из рук, — Сто с лишним золотых только на ингредиенты — это хрень, да! Если что, то сейчас примерно столько денег ушло только что на твою рану в сырье.

— Вы что, меня там сусальным золотом покрываете и алмазной крошкой присыпаете? — возмутился я в ответ.

— Корень Жизни! Мы даже представить себе не могли, что нам когда-нибудь удастся с ним поработать! — восторженно откликнулась Лира, заканчивая свои художества на моей ране.

— И что мне ожидать? — недоверчиво глянул я на свою руку.

— Правильный вопрос, — наставительно подняла вверх Мира указательный палец, — Есть у тебя кто-нибудь, способный тщательно описать процессы заживления?

— Эмгана?

— Тебе точно не жаль несколько тысяч золотых на заживление ран у твоих бойцов?

— Нет. Ни разу не жалко, — ответил я без капли сомнений.

— Тогда держи. И набор кисточек заодно упакуй. На раны эликсир пусть лучше девушки наносят, а то от вас, мужиков, станется начать мазать вовсю, — скривилась Мира, — А там каждый грамм в разы дороже золота.

— Я коротенькую инструкцию по применению написала. Приложу, — щебетнула Лира, продолжая удерживать мою руку, — Мира, иди смотреть. У него началось!

Я посмотрел на руку. И действительно, началось. Рука прямо на глазах начала возвращаться в своё изначальное состояние. Под конец лишь мелкий змеевидный шрам остался, на этом всё закончилось. И рука чесаться перестала, и процесс лечения видимо выдохся.

— Хм, быстро и радикально, — оценил я быстродействие и эффективность нового снадобья.

— Надо было чуть больше эликсира нанести. Шрам же останется, — проверила пальцами Лира, что на моей свеженькой коже не осталось никаких остатков эликсира.

— Шрамы мужчину украшают, — заверил я девчонок, на самом деле имея совершенно другие планы на их эликсирчик и этот шрам, — А теперь говорите, что у вас готово на Силу и Ловкость?

Вопрос не случаен. С Силой понятно. А от Ловкости зависит скорость бега.

У алхимичек было. Но на этот раз ничего сверхъестественного, зато в приличных количествах.

Грузил я рюкзак на глаз. Вроде, никак не должны мы с ним преодолеть планку в критические сто пятьдесят килограммов. На всякий случай, я держал в уме фору, килограммов в пять.

Лучше прилететь с небольшим недовесом, чем меня разорвёт при транспортировке из-за перевеса, и никто ничего не получит. Ну, и я при транспортировке сдохну, разлетевшись на молекулы в непонятном пространстве. Это я к тому, что перенос телепортом — штука сложная, и он явно происходит в каких-то других слоях мироздания, где законы физики явно не действуют.

Понятное дело, я мог бы воспользоваться весами на складе гарнизона, но меня убил вопрос их кладовщика, когда я пришёл, чтобы обсудить стоимость такой услуги:

— А мы принимаем или отпускаем? — спросил он у меня на полном серьёзе.

И я понял, что с весами здесь проблемы. Доверять им нельзя.

Хех, плюс — минус десять процентов веса я и без его помощи определю. Хоть по накладным, хоть на руку прикину.

В итоге, загрузился я так, что распухший рюкзак торчал выше головы и весил немногим меньше меня самого. Но два шага вперёд, после прохождения телепорта, я почти уверенно сделал… Долетел и принёс по максимуму.

— Эмгана, и вы трое, — персонально тыкнул я в каждую майри пальцем, чтобы ни одна из них не ушла от своей участи. Так-то, быть им Великими Целительницами, но потом, и может быть, в легендах, — Сначала слушайте инструкцию по новому лечению. Сейчас Эмгана вам её прочитает. А потом вы возьмёте в руки кисточки…

— А если я не хочу… Ну, не интересно мне! — зауросила вдруг одна из майри, видимо на стрессе вспомнив, что она из знатного Рода.

— Ворота лагеря там, — указал я пальцем, — Считай, что ты уже не в отряде. Пошла вон!

Похоже, столь резкой и быстрой расправы от меня никто не ожидал. И в первую очередь, сама капризулька.

Думала, её будут просить и уговаривать. В ответ получила команду пойти и самоубиться.

—