Александр Бережной - Палач, гном и рабыня

- Вот как... Спасибо, - Злата вздрогнула, учуяв, сколько чувства скрывается за этим простым словом.

Хозяйка Даорут посмотрела на своих воинов, выглядящих, прямо скажем, несколько растерянно. Несмотря на окровавленную одежду, госпожа выглядела целой и невредимой. И неизвестную темнокожую со странными татуировками слушала благожелательно.

Однако прежде чем прозвучало хотя бы одно слово, в разгромленых покоях появилось новое действующее лицо. Воин, закованный в латы - когда-то в золотые с черной каймой, а теперь пыльные и грязные, в непонятных потеках - в глухом шлеме с традиционной личиной Даорут и мечом вдвое больше себя на плече. Он шагнул из мгновение назад пустого угла, словно все время там стоял. Мгновение, в течение которого мерцающие фиолетовым линзы глазниц обводили помещение и все присутсвующих, показалось последним мучительно долгим.

- Мон Даорут? - осторожно спросил возглавляющий прочих воин.

- Воистину, - отозвался Кибар. Он чувсвтовал себя странно. Больше не было четнкой уверенности, где кончается гном и начинается демон. Была лишь стена, ограждающая память Омеги, сквозь бреши в которой иногда выплывали различные образы и куски знаний. Повинуясь мысленной команде, личина шлема со щелчком съехала по специальным пазам на грудь, отрыв лицо. Кибар шагнул к заговорившему первым гному и положил руку ему на плечо. Губы воина скривились, с трудом сдерживая крик - хватка была стальной, и захват с каждым мгновением усиливался.

- Тут была тяжкая битва. Однако на тебе не то что царапины, даже завалящего пятнышка крови нет. И каким же путем лекаришки проникли в наш дом?

- Через третий подсобный тоннель... - гном едва сумел выдавить внятные слова. Ему казалось, будто плечо укусил паук, впрыснув в него яд, растворяющий кости. Но он не мог отвести глаза от пронзительного взгляда главы клана.

- А кто же их туда пустил? - вместе с вопросом хватка ослабла, и большая часть боли исчезли.

- Я-а-а-а... - облегченно выдохнул предатель чистую правду, лишь на конце звука с ужасом осознавая, что подписал себе приговор. Как-нибудь защититься он не успел - короткая оплеуха свернула ему голову, заставив темя почти уткнуться в ключицу. Кибар отвернулся от не успевшего упасть трупа и посмотрел на Ишико и Злату. Вздохнул - почему-то вид эльфийки вызвал у него печальное умиление. Посмотрел через плечо на воинов:

- Тут я разберусь. Собрать всех выживших. Всем, кто способен стоять на ногах и держать в руках оружие - обработать раны в первую очередь и собраться в главном зале. Выполнять.

Воины, ставшие свидетелями невероятного, лишь молча поклонились, и, пятясь, покинули помещение. Кибар опустил меч с плеча, позволив расширяющемуся к концу клинку звякнуть об пол.

- Ну что же. В первую очередь должен тебя огорчить, радость моих чертогов, - Кривая улыбка показалась Злате смутно знакомой, - вызвать меня на поединок у тебя не получится. Да, и твою ушастую подругу зовут Айшари, а не Злата.

- Откуда... - вскинулась Ишико, почувствовав, как задрожала эльфийка.

- Я много вспомнил. Но недостаточно, чтобы вас разлепить. А потому пока потерпите. Скоро этот кровавый фарс закончится.

Что-то во взгляде Кибара яснее ясного дало понять девушкам, что кончится он еще большей кровью, чем уже было пролито.

***

Главный чертог подгорного царства, где собирался совет кланов, был огромен. Гиганский цилинд, вырубленный древними мастерами в самом корне гор, стены которого пестрели барельефами из камня и металла, а потолок светился друзами огромных кристаллов. У стен амфитеатром располагались места членов совета со своими телохранителями, а прямо напротив входа, в нескольких шагах от геометрического центра зала возвышался огромный хрустальный столб, внутри которого переплетались ветви исполинского живого камня, растущего здесь с самого основания подгорного царства. А в центре стоял мон Даорут в простом белом одеянии, подпоясанном черно-желтым узким поясом. Это были одежды, традиционно надеваемые гномами в день собственной смерти - если у них конечно была такая возможность. Глава клана Даорут слушал решение Свода, совета сильнейших кланов. Для предотвращения кровавой распри между кланами, Свод приказывал ему покончить с собой.

Приговоренный только делал вид, что слушает. На самом деле Кибар находился внутри своего разума, на уже знакомом разрушающемся хрустальном полу. Серебряная паутина и стальные цепи, пронизывающие пространство, мелко подрагивали.

- Ну я ни секунды не сомневался, - хмыкнул внизу, во тьме, Омега, - После того, во что ты превратил главное поместье Цаорамэ, только идиот не поймет, что все выжившие лекаришки будут охотится на тебя до конца дней. Правда, начнется это не сразу - им сначала надо сюда добраться, потому что в Столице ни одного бело-фиалкового не осталось.

- Но обвинить меня не в чем - они напали первые. Я поступил, как и положено по нашим законам.

- Именно, чувак, именно. А потому просто тихо кончить тебя не получится - не дай боги твой клан снова начнет бучу. Нужно всех утихомирить, дав тебе пролить последнюю кровь. Свою.

Кибар улыбнулся.

- Ну так мы этого и добивались. Скажи, ты ведь видишь что и я, где дух-хранитель?

- Насколько я могу сказать - извини, ты не самое лучшее смотровое стекло - он в этой хрустальной колонне. В потолке тоже что-то необычное, но пока сказать не берусь.

- Ты справишься?

- Ну, совсем гладко не выйдет, но эффект неожиданности сделает свое дело, как и в устроенной тобой бойне. Твой план ведь удался только потому, что никто не ждал столь скорой контратаки.

В зал совета вошла Ишико, поддерживаемая под локоть Тенью Даорут. Фигура в черных с золотом доспехах несла на себе массивный сверток из синего шелка. А Ишико удерживала в руках один из коротких мечей своего мужа.

- Слушай, но почему их все же пропустили?

- Согласно традиции, в Свод может войти только мон и его Тень, а в исключительных случаях - Хозяйка клана. Ишико должна мне принести меч, которым я убью себя. Но всем известно, что она пострадала во время нападения на наше поместье, а Тень погиб при атаке на Червя. Так что я просто приказал одеть Айшари в такие же доспехи как у него. Все знают, что это не настоящий Тень Даорут, просто временная замена, но никто не знает, кто именно под этими латами, да и внешне все традиции соблюдены.

- Да, удачно получилось. Раз уж Ишико ей отпускать нельзя.... Да и, пожалуй, кроме Айшари мало кто из ваших сумел бы допереть сюда Попутчика.

- Я до сих пор не понимаю, как такая хрупкая девушка может поднять такую тяжесть.

- Так она оборотень. Фехтовать этим мечом она конечно не сдюжит, но силенок просто донести хватит.

Айшари и Ишико, приблизившись слева к Кибару, с поклонами сложили у его ног оружие.

- Что, кроме первого клинка, взял ты с собой, мон Даорут? - раздался голос откуда-то сбоку.

- Кисть Сердца, - спокойно ответил он. С собой на тот свет гномы брали лишь первый, и, если им удавалось этого достигнуть, пятый меч. Их вместе с телами владельцев сжигали во всепожирающем пламени подгорных горнил. А Кисть Сердца давала своему хозяину возможность войти даже в чертог Свода.- И пусть у меня нет времени подтвердить свой пятый клинок согласно традиции, я не хочу отступать от последней. Раз уж мне не дали даже времени высечь последнюю гемму.

Заслуженный упрек совет проигнорировал. Суд над Кибаром действительно свершился с феноменальной для гномов скоростью. Толи слишком потрясла глав кланов показанная им жестокость, толи дух-хранитель решил окончательно устранить возмутителя спокойствия.

- Я, Мон Даорут, признаю решение Совета, и кровью выплачиваю свой последний долг за себя и за свой клан, - произнес Кибар соответствующую происходящему фразу ритуального наречия, распахивая свою одежду на груди. Обнажившись по пояс, воин стал на колени, и медленным, торжественным движением извлек из ножен короткий клинок. Поднес его к животу. По лицам совета мелькнуло легкое неудовольствие - острие меча замерло напротив чревного сплетения гнома. Мон Даорут явно собирался уйти из жизни наименее болезненно. Хотя такое право у него было, это считалось менее почетным. Тем более, после всех последних событий. Все равно, что сфальшивить на последней ноте.

Глубоко внутри своего разума Кибар тоже извлек из-за пояса клинок, и занес его над самым крупным переплетением цепей. Он точно знал - разрубить этот узел, и все рухнет.

- Не забудь свое обещание, демон. У гномов должна быть свобода выбора между чертогами и небом.

- Сделаю. Честь проводить тебя за грань, выбравший небытие ради своей мечты, - серьезно ответил демон, и добавил, сгубив всю торжественность момента. - Да вообще приятно было иметь с тобой дело. Последние слова?

Кибар улыбнулся. Хотя благодаря демону его смерть случилась позже, она все равно была неминуема. А портить момент еще больше пустыми благодарностями не стоило. Слова излишни. И воин ударил.