Вадим Громов - Избранная поневоле, или - попасть в Мурло

  - Погоди расстраиваться. Что ни делается, всё к...

  - ...тому, чтобы в очередной раз - утешить себя замшелым изречением неудачников. - Подытожила повелительница неликвидов. - Японский аутсайдер! - прямо хоть у прохожих совета спрашивай. Поможите, люди добрые! Мы сами не местные, подскажите, как найти... Дайте мне орден тугодумия, особой степени. Заслужила!

  - Я таки жутко извиняюсь. - Разозлённая на саму себя, Татьяна, недоумённо оглянулась назад, на рюкзак. - Кажется, у одного из нас - созрел приемлемый план, как обтяпать затруднение: не оттяпав себе ничего, что могло бы пригодиться в дальнейшем...

  Голова джинна с одесскими корнями, торчала над носиком лампы. Соломон Кац поглядывал на спутников с какой-то непонятной горделивостью, многозначительно прищурив левый глаз.

  - У тебя, что-ли? - Грубовато спросила Таня. - Приемлемый? Я так понимаю, что если он действительно не даст осечки, то - три желания будут уже с меня... Или, это благотворительный взнос на общее дело? Бумажную волокиту разводить требуется?

  - Нет. Нет. И - нет. - Сказал джинн.

  - Краткость - сестра таланта. - Сердито поведала Татьяна. - Только она пришла не в то место, не к тому времени. Короче, Склифосовский! Длиннее, Хоттабыч! Что "нет"?!

  - Идея не моя. Желаний не надо. Канцелярщины не будет. - Определённо закручинившись, но без промедления перечислил Соломон. - Озвучивать идею? Или почему?

  - А чья же? - Не поняла Таня.

  - Так озвучивать?

  - Нет, мои нервы окучивать! Хватит в "вопросы-вопросы" играть. Выкладывай.

  - Израиль! - Соломон Кац принялся выбираться из лампы, давая место племяннику. - Эти люди, таки страстно прониклись возможностью оценить твой талант...

  Чернокудрый представитель рода Кацев нерешительно просочился наружу, и замер: нерешительно глядя на повелительницу неликвидов.

  - Если молчание - это действительно золото, то меня засыпало уже чуть выше пупка. - Жестяным тоном сказала Татьяна. - Когда накроет по самое темечко, я буду злая, как начинающая ведьма, которой срочно требуется заработать себе репутацию. Кажется, кто-то хотел поделиться некоторыми соображениями, нет?

  Изя молчал, часто хлопая глазами.

  - Израиль! - Мягко подбодрил его дядя. - Я понимаю, что этот мир недостоин того, чтобы заниматься его спасением, вкладывая в это твою невинную душу без остатка. Никто не поймёт, и не оценит в полной мере. Но, надо: надо... Рассказывай.

  - Ничего, что Команданте не в смокинге, а я не тороплюсь с реверансом? - Буркнула Таня, слегка обалдев от тирады джинна. - Не надо прививать молодому человеку манию величия, даже из самых альтруистических побуждений. Мне вот, меньше чем через месяц - тоже мир спасать: и что? Я же не прошу от этих ничтожных, недостойных, безмозглых, окружающих меня рас - ежедневного подтверждения моей избранности. Аутотренингом обхожусь. Я - самая ниэпически, в тридцать пятой степени опупенно, вселенски непревзойдённая Избранная. Способная отправить на инвалидность самого Супермена; и переварить полдюжины вчерашних привокзальных чебуреков. Без особого ущерба здоровью. Как-то так... Мастер-класса не даю, пусть не просит. И вообще, пусть тараторит, чего он там сообразил, стажёр...

  - Рассказывай. - Повторил Соломон, ободряюще проводя газообразной пятернёй, по газообразным кудрям племянника. - Давай, Изя.

  - Надо позвонить. - Застенчиво просветил Израиль. - И сказать, что в связи с опасностью эпидемии едкой собачьей лихорадки, проводится бесплатная вакцинация. Всем, кто в последние два дня имел хоть кратковременный контакт с беспородными собаками, необходимо сделать укол.

  - Потому что собачья лихорадка грозит развитием слабоумия, чесотки в спинном мозге, и копчике: а также - запорами, зрительными галлюцинациями, вкупе с судорогами в пятках... - Татьяна понимающе подхватила, и развила его мысль. - Это обычная: а едкая - вообще жуть жуткая. Одним словом, не сделаете укола - и к вам припожалует Дед Кирдык и Бабка Кирдычиха, с внучком Кирдычком, и целой тележкой незабываемых впечатлений. Вроде выпадения пупка, и гофрирования мочек ушей, сопровождающегося вибрацией желчного пузыря. Звонить, как я понимаю, придётся всем?

  - Да. По-другому никак.

  - Идея неплоха. - Признала повелительница неликвидов. - Народ бесплатное медицинское обслуживание всегда приветствовал. Пойдут как миленькие... Сносная идея. Не без некоторых изъянов, но, из того, что имеется - самый предпочтительный вариант.

  Если взять за мерило строчку из старой доброй песенки "От улыбки станет всем светлей": то выражение чувств Израиля Каца от прозвучавшего одобрения, вполне тянуло на освещение Лас-Вегаса в юбилей его основания.

  - Приблизительно две минуты на звонок, тридцать звонков в час... - Уже подсчитывала Татьяна, барабаня пальцами по "Дутому гению". - Где-то около восьми часов. Снять более-менее подходящее помещение, не в подворотню же их приглашать? Ещё кое-что по мелочи... Есть надежда управиться в пару суток, не считая сегодняшнего дня. Стажёр Израиль!

  Племянник Соломона Каца замер по стойке "смирно", непередаваемо отсвечивая радостной физиономией.

  - От лица нашего коллектива, выражаю вам устную благодарность! - Отчеканила Таня. - Надеюсь, что вы ещё не раз зарекомендуете себя с положительной стороны. Свободен!

  - Я же не ваш джинн... - Растерянно пролепетал стажёр. - Может, дяде...

  - Ага, сейчас. - Повелительница неликвидов, сурово-укоризненно погрозила ему пальцем. - Дядя перетопчется. Или - переколышется: как там логичнее будет? Я в том плане, что можешь обратно в лампу запихиваться. Впрочем, если вдруг у тебя есть данные о местонахождении Буйка...

  - Нет. - Виновато вздохнул Израиль. - Но я стараюсь анализировать, сопоставлять и делать соответствующие выводы.

  - Молодец. Дядя в тебя ещё житейской мудростью утрамбует, и равных тебе будет не найти. Всё, канай на место. Начинается детальная разработка операции. Для начала, надо сделать тестовый звонок. Кому-нибудь, чьё имя не начинается на букву "э". Посмотрим, что получится...

  Она с нарастающим азартом подмигнула джиннам, и двинулась обратно в телефонную будку. Спутники тщательно следили за первой фазой оперативной комбинации. Гоги Ван - невозмутимо, Соломон Кац - с некоторым беспокойством, Изя - обмирая от восторга пополам с ужасом.

  Через стеклянные стены кабинки было отлично видно, как Таня раскрыла справочник посередине, и начала набирать номер. Перед этим, придав себе вид человека, которой вынужден делать это не менее ста раз на дню: терпеливо-наплевательский. Очевидно, для полного вхождения в образ.

  Неизвестный джиннам и Чуку Наррису абонент, ответил почти сразу. Таня завладела его вниманием где-то на полминуты, пугая последствиями едкой собачьей лихорадки.

  От последовавшего ответа, её лицо приобрело малиновый оттенок. Она добросовестно предприняла попытку выправить положение, сказав что-то ещё: но, после ответа - оттенок резко сдвинулся в сторону багрового. Пробуя улыбнуться, Таня добавила пару фраз, и повесила трубку. В тестовом разговоре что-то пошло не так: это не подлежало никакому сомнению.

  Расстроено хлопнув дверью кабинки, повелительница неликвидов побрела обратно к спутникам. Трио встретило её немым вопросом, заранее помноженным на сочувствие.

  - В чём недоработка? - В один голос поинтересовались Команданте и джинн-дядя. Израиль говорить не мог, поскольку балансировал на грани между шоком и обмороком.

  - Нету у них... - Потеряно сказала Таня. - И никогда не было.

  - Чего? Едкой лихорадки?

  - Нет. Бесплатного медицинского обслуживания. Самый идиотизм был в том, что я попала на потомственного ветеринара. Красноречивый мужчина, японская вакцинация...

  - М-да... Бывают же совпадения.

  - Я ему в конце задвинула, что он стал участником программы "Розыгрыш на миллион", и по итогам реакции - у него есть отличные шансы на получение всего призового фонда. Бросил трубку. Скорее всего - не поверил...

  - Что делать будем? - Озабоченно спросил Соломон Кац.

  - В смысле "делать"? - Не поняла Таня. - С планом?

  - С ним! - Джинн ткнул газообразной дланью в сторону Израиля. - Видите, как он переживает? Изя, мальчик мой, не стоит воспринимать все житейские мелочи так близко к сердцу. Если бы я, в твоём возрасте воспринимал подобные неудачи близко к сердцу, я бы не жил сейчас в отдельной благоустроенной лампе со всеми удобствами. Устные благодарности - плохое лекарство для таких сердечных нагрузок, чтоб так жили твои недоброжелатели. Можешь поверить моему...

  - Так! Оба - в лампу! - Распорядилась Татьяна. - Семейных сцен мне ещё не хватало. Хорошо, что не он сам с ветеринаром общался. Посмотрела бы я тогда, на настоящую трагедию... Ранимая натура, японская институтка. Исчезли, быстро!