Оксана Крыжановская - Каникулы с семейкой Шторм

Пустышка? Даже если так, неужели это был повод обрекать меня на медленную и болезненную смерть?

Надо было его спросить об этом.

— О чем думаешь? — спросил дядя.

— Так сразу и не ответишь, — ответила я медленно. — Можно сказать: осмысливаю слова Дориана.

— Я не буду говорить, что ты поступила тогда глупо, сама поймешь, не маленькая уже. Но знай: нас и обычных артефакторов нельзя сравнивать. Это то же самое, если сравнивать богов и полубогов. У нас просто другие уровни силы, и мы уж точно не решали, кем именно нам родиться. — Дядя глубоко вздохнул и продолжил, понизив голос: — Когда она продала меня, я ненавидел себя за то, что родился с подобными способностями. Если бы не они, думал я, то все было бы по-другому. И я не раз представлял себя, как бы выгладила эта «другая жизнь». Я даже попытался жить другой жизнью, но знаешь Элла, это трудно. Очень трудно бороться с жаждой своей крови. — Саша замолчал и решительно выдал: — Я собираюсь уйти из стражи и вновь вернуться к артефактам. Все это, — он обвел комнату руками, — не для меня, как бы я не пытался себя уговорить в обратном. Здесь я задыхаюсь…

— Тогда подожди еще немного, — произнесла я с повышенным энтузиазмом. — Поймают второго похитителя, и ты сможешь вернуть свою кровь.

— Элла, его уже поймали.

— Почему ты мне не сказал?

Дядя не ответил, отвел взгляд, и я поняла:

— Ты думал, что я тоже захочу с ним встретиться?

— Дело не в этом. Мы уже допросили его. Точнее, я сам. Используя сыворотку правды…

Саша так и не посмотрел мне в глаза, и теперь я, действительно, поняла почему.

Меня затошнило. И дядя быстро подставил мне ведро для бумаг.

— Паленый у тебя какой-то коньяк, Саша, — попыталась я свернуть все в шутку, вытирая рот носовым платком, который тоже дал меня дядя.

Он ничего не ответил, только взял ведро и вынес его из кабинета.

Я пересела на диван и обхватила плечи руками. Меня трясло, и было так противно на душу…

И вдруг я почувствовала сильное волнение и беспокойство, страх и непонимание.

Почему-то до этого я не чувствовала эмоции Килиана, а теперь они взорвались в голове фейерверком. Я закрыла глаза и заплакала. И мне казалось, что Килиан обнял меня и принялся гладить по голове, успокаивая. Чувство было настолько сильным, что мне даже чудилось тепло и сила его тела, и большую ладонь, медленно скользящую по голове. Но стоило двери в кабинет открыться, и мне рефлекторно открыть глаза, как все пропало, кроме чужих чувств беспокойства и сострадания.

Саша взглянул на мое зареванное лицо, но ничего не спросил. Положил на стол папку и произнес:

— Если хочешь, можешь ознакомиться с протоколом допроса.

— Нет, — решительно ответила. — Только скажи одно: как я смогла убежать?

— Тебя кто-то спас, — ответил дядя.

— Спас?! — изумилась я. — Кто?!

— Ни один, ни второй не знает, — хмуро ответил дядя. — Говорят: возле тебя вдруг появился неизвестный мужчина, и вы исчезли.

— Ничего не понимаю, — честно призналась я.

— У меня есть одно предположение, — признался дядя. — Хотя оно немного и абсурдно.

— Глаголь уже.

— Они говорили, что когда он появился, резко подул ветер, и когда он стих, вас уже не было.

— То есть ты хочешь сказать, что меня спас… Уривер?! — изумлено воскликнула я. — Но его уже многие века никто не видел!

— Я же сказал: версия немного абсурдна, — развел руками Саша.

Действительно, абсурдна, но своих у меня, увы, не было.

Вернувшись домой, я хотела наглотаться снотворного и заснуть на пару дней, но проходя мимо зала, в котором родители иногда устраивали балы, остановилась, услышав музыку. Точнее, это была совсем не музыка, так как ее создавали не музыкальные инструменты, а природа.

Аккуратно приоткрыв дверь, я заглянула в зал и увидела Лизу.

Девушка танцевала, плавно двигая руками, бедрами, ногами, грудной клеткой, в общем, все телом. Это было такое потрясающее зрелище, что я восторженно ахнула, невольно ее спугнув.

Лиза резко повернулась, смущенно на меня взглянула, хотя это мне нужно было смущаться из-за того, что я прервала ее, и произнесла:

— Извини, я не хотела ничего трогать без разрешения, но мне просто стало грустно, и я немного соскучилась по танцам.

— Это была неимоверно! — восторженно произнесла я. — Ты так двигала… просто не передать слова.

— Спасибо, — произнесла девушка и польщено улыбнулась.

Подойдя к одному из столов, я кивнула на аппарат. Он был небольшой, кругообразной формы. Внутрь него вставлялся кристалл, а сверху артефакт, который имел фору бублика с полоской посередине. Сейчас кристалл крутился, переливаясь желтым и белым светом.

— Сама включила, или Берта?

— Сама! — с довольной улыбкой ответила она, подходя. — Как я поняла, кристалл дает энергию, типа батарейки, у них даже вид похож, — указала она на красноватый продолговатый кристалл, — а вот на этом записана музыка, — указала она артефакт. — Хотя на музыку это совсем не похоже, но при этом очень красиво звучит.

— Я называла это «Звучанием мира», — произнесла я, вытащила кристалл, достала из рядом стоящей шкатулки другой — светло-фиолетовый — и поместила в аппарат. — И ты ошиблась: звук издает кристалл, а артефакт увеличивает, накладывает звук друг на друга и ускоряет звучание, иначе ты бы ничего не услышал.

Из аппарата раздалось: «КАП!», затем тише словно эхом: «КАп… Кап… кап…», «Тыщь!.. КАп… кап… кап… Тзинь… зынь… зынь…», потом добавилось еще множество звуков, и они зазвучали почти одновременно.

— Это ведь ты его создала, — не спросила, утвердила Лиза, указывая на «малиновку» сбоку.

— Когда я жила в Мар'Вер'Тере… в мире, где мы с тобой встретились, то изучала свойства кристаллов. И я выяснила, что эти кристаллы способны запоминать и воспроизводить волновые вибрации звука. Когда я работала в шахтах, то слышала эти волны. Обири, ну те существа, которых ты боялась, тоже могли их слушать, а вот люди нет. Тогда я поняла, что воспроизводятся они на волне, которая не доступа человеческому уху.

— А как ты их услышала? — с непониманием спросила Лиза.

— Я полубогиня, и мир воспринимаю все же немного по-другому, — пояснила и продолжила. — Тогда ко мне пришла идея создать артефакт и аппарат, способный эти звуки издавать на другой частоте восприятия. Поначалу я совсем не задумывалась, для чего мне это надо. На то время, мне просто хотелось чем-то себя занять. Но в результате получилось что-то наподобие музыкального проигрывателя. Правда, звук отличался от всего, когда-либо слышанного мной.

— Звук и вправду… странный, но приятный и необычный, — подтвердила девушка. — И под него очень классно танцевать. Казалось, что сам мир мне аккомпанирует.

Я вытащила кристалл из аппарата и протянула его Лизе.

— Дарю! Прослушай эти кристаллы, потом я тебе еще принесу, и отберешь, которые нравятся.

— Но я не могу… — неловко начала девушка, но я ее резко перебила:

— Почему?

— Как я могу забрать твой проигрыватель!

Я рассмеялась, сообразив, чего она так всполошилась.

— Лиза, успокойся, он не единственный! Или ты думаешь, я создаю изобретения и прячу их в шкафу? Все мои изобретения продаются по мирам! Просто этот, — подняла я аппарат вверх, — будет тебе эксклюзивом от мастера.

— В смысле? — когда не нужно, она была такой недогадливой! Но хоть аппарат все же в руки взяла и прижала к груди.

— Существует один мир Айтерлон. Это один из самых технологических миров в Союзе Верхних, хотя Адвернтурия может составить ему конкуренцию, но из-за одного случая я с ней отказалась работать. В Айтерлоне находиться компания «ИзБа» — изобретения для вашего дома. Я являюсь его внештатным изобретателем. Так что все мои придуманные изобретения, потом создаются там и продаются в верхних мирах.

— Не хрена ж себе! — поражено протянула Лиза.

— В общем, пошли, покажу, — поманила я ее рукой и направилась из зала.

Девушка догнала меня, а я взглянула на нее с усмешкой и спросила:

— Его возьмем с собой?

Лиза опустила взгляд на все еще прижимающийся у груди аппарат, пискнула: «Ой!» и рысью помчалась назад в зал. Догнала она меня уже на улице с пустыми руками.

Я уж, было, хотела создать телепорт, но замешкалась.

Айтерлон — был маленьким миром, и смотреть там было почти не на что. Да и редко кто туда мог попасть. Айтерлон, в отличие от той же Адвернтурии, был для туристов закрытым миром. Там жили только рабочие с семьями, так что там даже гостинец не было. Да и что там Лизе показывать? Можно было показать «ИзБу», но в рабочие отделы ее все равно не пустят, даже под мою ответственность. Уж больно шпионов боятся. Живописных видов там тоже нет — горы, да камни. Лесов мало и охраняются они с особым рвением. Воздух тяжелый и с непривычки им трудно дышать. Поэтому города расположены под специальными куполами, рядом с лесами.