Лоуренс Уотт-Эванс - Заклинание с изъяном

Он прошел дальше к густой россыпи магических заведений на углу и наконец заметил то, что ему требовалось. Вывеска гласила: «Таггер, Таггер и Варрен. Контрзаклинания и излечение».

Окованная железом дверь была заперта, и Валдер, поборов в себе последние сомнения, громко постучал.

Ждать пришлось довольно долго. Валдер уже собирался постучать вторично, когда дверь распахнулась и перед ним предстал невысокий черноволосый человек в красной мантии и колпаке того же цвета.

– Приветствую вас, – произнес Валдер. – Мне требуется снять заклятие.

– О... – человек в красном с разбегу взял доверительный тон. – В таком случае милости прошу. Входите. Партнеры, к сожалению, в отъезде, но я сделаю все, что в моих силах. Я – Таггер Младший.

– Валдер Владелец постоялого двора.

– Тот, у которого волшебный меч? Входите, входите! Чем могу быть вам полезен?

Дверь распахнулась пошире, и через минуту старик уже сидел в удобном бархатном кресле. Хозяин неторопливо занял такое же кресло по другую сторону маленького столика.

Валдеру потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями. Он огляделся. Помещение было обставлено как маленькая гостиная – простенько, но со вкусом: темное дерево и дорогие ткани, преимущественно красного цвета.

– Поскольку вы знаете о мече, – начал он, взяв себя в руки, – нет смысла пускаться в длительные разъяснения. Мне хотелось бы снять с меча чары.

Теперь пришло время удивиться Таггеру.

– Но зачем? – спросил он. – Я думал, что меч хранит вашу жизнь и сделал из вас прекрасного воина.

– В некоторой степени это так. Но зачем все это содержателю постоялого двора? Кроме того, чары включают в себя заклятие, от которого я хотел бы избавиться.

– Понимаю! Какого рода заклятие? Вы знаете?

– Вам действительно так необходимо узнать его суть?

– Думаю, это в значительной степени облегчило бы нашу задачу.

Валдер задумался:

– Не могли бы мы вернуться к этому вопросу позже?

– Конечно, конечно. Расскажите мне вначале о мече. Все, что знаете. Вам известно, кто наложил чары и какие заклинания использовались?

– Чары были наложены отшельником в прибрежных болотах к северу от тех мест, где сейчас находится Тинталлион... – начал Валдер.

– Уже после того, как клинок был выкован? – перебил его Таггер.

– Да, конечно. Сперва это был самый обыкновенный меч, и служил он уже не менее трех лет.

– Так. Очень хорошо. В таком случае нам не придется его уничтожать. Продолжайте. Вам известно имя отшельника?

– Нет. Он не назвал себя. Я ему тоже не представился.

– А как вас звали? Вы ведь наверняка не были тогда владельцем постоялого двора?

– Конечно, нет. Я был Валдер из Кардорета, разведчик первого класса.

– Продолжайте. – Таггер поудобнее устроился в своем кресле.

– Я видел, как отшельник трудился над мечом, но внимательно не наблюдал, а он ничего не объяснял. Да даже если бы старик и поделился со мной... Я многое забыл с тех пор. Прошло более сорока лет. Когда я вернулся в Этшар, меч исследовали армейские чародеи. Они сказали, что на клинок наложено заклятие Истинного владения и какая-то... анимация... точно не помню, Ах, да, кажется они сказали, что это была магия восьмого порядка.

Таггер резко выпрямился:

– Восьмого порядка?

–Да.

– Великие боги!

Валдеру совсем не понравился тон этого восклицания, но он терпеливо ждал продолжения, и таковое последовало:

– Боюсь, я ничем не могу вам помочь. Отец, пожалуй, попытался бы, если у вас достаточно средств, чтобы оплатить работу. Думаю, ему даже удалось бы выжить, а вот вам почти наверняка – нет.

– Но почему?

– Потому, что ваша жизненная сила связана с мечом посредством заклятия Истинного владения. Оружие и вы как бы завязаны в один невидимый узел. Только чародей, вершивший заклинания, или другой не менее могущественный и искусный маг смог бы распутать этот узел, но вы не знаете имени отшельника, а мне не известно ни об одном чародее, достаточно искусном, чтобы разрушить связи восьмого порядка. Если бы мой отец взялся за это дело, то он скорее всего не распутывал бы, а резал узел, и часть вашей жизни оказалась бы отрезанной. Отрезанные концы узла наверняка станут свободно болтаться. Один из них может ударить отца, ранить или даже убить. Именно из-за высокой степени риска работа будет стоить чрезвычайно дорого.

Валдер уже решил, что это ему не подходит, однако все же спросил:

– Насколько дорого?

– Точно не могу сказать. Не менее десяти фунтов золота.

Это окончательно решило проблему, поскольку у Валдера таких деньжищ просто не было.

– Может быть, вы случайно знаете кого-нибудь, кто взялся бы за работу за меньшую сумму?

Таггер отрицательно покачал головой:

– Очень сожалею, но я действительно не знаю таких. Первоклассная магия дорого стоит. Кроме того, могущественным чародеям нет нужды зарабатывать деньги, торгуя своим даром. Они добывают средства к существованию иначе. Из коммерческих соображений мне не следовало бы признаваться, но, поскольку я уже сказал, что мы не сможем снять заклятие, я поделюсь с вами: все, кто содержит конторы здесь, в Квартале Чародеев, – маги второго сорта. Если бы я был способен развязать узел заклинаний восьмого порядка, то, наверное, смог бы воздвигнуть себе замок и процветать в роскоши, вместо того чтобы прозябать в этом углу, избавляя людей от заклятия импотенции, излечивая плешивость, золотуху или что-нибудь в этом роде.

Слова Таггера лишили Валдера всякой надежды. Но вдруг в голове у него мелькнула идея.

– А что, такие могущественные чародеи действительно существуют?

– Вне всякого сомнения. Те, которых еще интересуют мирские проблемы, заправляют Гильдией чародеев. Мне доводилось встречать некоторых, но я не знаю ни их настоящих имен, ни даже их подлинных образов.

– А не могу ли я отыскать одного из них?

Таггер пожал плечами, и этот жест был красноречивее многих слов.

– Не имею ни малейшего представления. В любом случае такой чародей вряд ли примет образ содержателя лавчонки здесь, в Этшаре Пряностей, если он, конечно, не захочет убедиться еще раз, что такой род деятельности отвратителен. И прежде, чем вы загоритесь надеждой, позвольте предупредить, что у истинно могущественного чародея нет никаких оснований помогать вам и снимать заклятие с меча.

– Но у него ведь и не будет никаких особых причин отказать мне в помощи?

– Прежде всего я бы вспомнил об обычной лени. Кроме того, даже для самого могущественного чародея снятие запутанных заклинаний восьмого порядка связано с некоторой долей риска.

– Понимаю, – бросил Валдер и начал подниматься с кресла.

– Прежде, чем уйти, – сказал Таггер, – может быть, вы все-таки скажете мне, какого рода заклятия вы стремитесь избежать? Возможно, мы сумеем найти способ обойти его.

– Что вы имеете в виду? – Валдер уселся обратно в кресло.

– Например, однажды мы имели дело с клиентом, на которого были наложены весьма примитивные на первый взгляд чары. Его наградили весьма неприятным запахом, и никто не мог долго находиться рядом с несчастным. Это – обычное мелкое заклятие, используемое для мести или шантажа, но в данном случае чародей оказался особенно мстительным и заложил ловушку, увязав чары с очень сложными заклинаниями.

Мы не брались распутать их ни за какую цену. Так же, как и в вашем случае, контрзаклинание было невозможно. Вместо этого мы наложили на беднягу еще одно сравнительно простое заклятие. Оно лишало чувства обоняния каждого, кто к нему приближался. Для большей уверенности мы дали его жене приворотное зелье, и она ничего не имела против вони даже в моменты близости. Конечно, некоторые сложности остались. Путешествовать ему приходится пешком – ни одно животное не хочет подходить к нему ближе, чем на сто футов. Но все же теперь он не так изолирован от общества.

Глядя на маленького чародея, Валдер подумал, что его слова подтверждали непреложную истину – из каждой ситуации можно найти выход.

– Ну хорошо, – произнес он вслух. – Заклятие состоит в том, что я могу умереть только от клинка Вирикидора. Ничто иное, включая старость, не может убить меня. Так говорил Дарренд из Калимора, и с ним соглашались остальные чародеи генерала Караннина. В то же время меч не мешает мне стареть, получать ранения и слепнуть.

– Ну уж слепоту-то мы способны излечить, – вставил Таггер.

– Прекрасно, но это не главное. Я буду стареть и стареть, все больше слабея. И при этом не умру. Никогда. Я не могу смириться с такой перспективой.

– Но вы можете покончить с собой при помощи меча.

– Не смогу, если у меня не останется сил поднять его.

Таггер подумал и произнес:

– Да, это сильный аргумент. Я не знаю, как все будет обстоять в действительности, оставаясь в неведении относительно характера заклинания.

– Я тоже не знаю. Но ведь речь идет о моей жизни.