Я тебя расколдую (СИ) - Волконская Оксана

Красивую картинку нарисовал, да? Очень утешительную. Вот только на практике оказалось все не так-то просто. Каким образом мы с ним активировали мои слабые магические потоки (с ведьминскими он просто не умел работать) отдельная история. А уж мои попытки настроиться на ауру Николаса, позвать его и попросить о помощи… Я честно старалась, да. Вот только в последний момент, во время зова некроманта, в голову прокралась совсем уж посторонняя мысль, и…

Прямо напротив меня из тумана соткалось лицо. И это был далеко не Николас Монтегю…

Рейстлин Кинстер выругался, а возникшая девушка слегка нахмурилась, словно услышав эти непристойные фразы, и негромко спросила:

– Кто здесь?

Под укоряющим взглядом чернокнижника стало немного не по себе, и я сглотнула. Ну не виновата я, что в последний момент вызова Николаса Монтегю вспомнила о том, как моя дорогая сестричка подожгла на нем костюм. Я знаю, что в такие моменты о постороннем думать нельзя, но кто виноват, что аура Амелии Ленгтон мне ближе, чем аура постороннего мужика, которого я видела пару раз в жизни? Так что нечего меня обвинять, господин маркиз!

– Мелли, это я, – торопливо проговорила вслух, боясь, что меня не услышат. Или что заклятье прервется в самый неподходящий момент. Или… Да мало ли что может произойти?

– Касси?! – ахнула сестра и забросала меня вопросами. – Ты где? Что случилось? Мы с ног сбились, разыскивая вас. Дед сам не свой, поднял на уши весь магический сыск! Да и этот тоже все возможные связи поднял.

– Кто – этот? – не удержалась и перебила сестру я, впрочем, уже догадываясь, при чьем упоминании может так кривиться ее личико.

– Да некромантишка этот! Монтегю, – она пренебрежительно поджала губы. – Ладно, не суть. Где вы?

– Вот, собственно, для этого мы и вызывали этого некромантишку, как вы изволили выразиться, леди Ленгтон, – влез в нашу милую беседу Рейстлин. – Но Касси вместо Ника настроилась на вашу ауру. Вы можете каким-нибудь образом связаться с графом?

– А что от него требуется? – деловито поинтересовалась Амелия, сразу взяв себя в руки и оставив вопросы до лучших времен. – Возможно, я смогу помочь?

– Едва ли, – откровенно засомневался Рейстлин, а Мелли скривилась, услышав скептические нотки в его голосе. – Нам необходимо засечь координаты места, где мы находимся, это очень важно, и еще настроить на нас портал. Поскольку я в этом обличье без сил, а Кассандра строить телепорты не умеет. Так что стоит поспешить разыскать Николаса.

Амелия внимательно слушала его, нахмурив лоб. Но вместо того, чтобы поспешить связаться с Николасом Монтегю, она вдруг беззвучно зашевелила губами, словно произнося заклинание. Рейстлин открыл клюв, чтобы поторопить мою сестру, но в следующий момент произошло то, чего не могли ожидать ни он, ни я.

Рядом с нами заискрился фиолетовый туман, из центра которого расходились концентрические круги. С каждым мгновением он становился все ярче, насыщеннее. Глядя на это, я начала машинально формировать легкое чихательное заклятья, чтобы деморализовать появившегося противника (кем бы он ни был) хотя бы на пару минут. Но вдруг…

– Вот так? – нарочито небрежным тоном поинтересовалась Амелия. И голос ее раздавался не только из тумана зова, но и из фиолетового марева портала. Получается, моя гениальная сестричка-недоучка справилась с тем, что под силу только сильнейшим магам на высоких должностях? Обалдеть!

Судя по молчанию, Рейстлин тоже пребывал в шоке. А сестричка так невинно осведомилась:

– Вы идете или останетесь там, где вы сейчас? Удерживать портал длительное время я не смогу, к сожалению. Резерв еще не развит в полную силу.

Я готова поклясться, что Кинстер пробормотал себе под нос что-то в духе: «Не в полную силу? Что же будет, когда разовьется?!». Но переспрашивать не стала. Да и Амелия тоже предпочла притвориться глухой.

Рейстлин вспорхнул мне на руку, и мы решительно шагнули в фиолетовое марево, оставив позади загадочную анфиладу пещер с магическим озером.

Портал сестренки оказался гораздо приятнее экстренного. Здесь не темнело в глазах, не выворачивало наизнанку. Спустя пару минут мы уже стояли в нашей библиотеке напротив Мелли. Сестра при виде нас сделала пас руками, и марево погасло. Только после этого она на мгновение в изнеможении откинулась на спинку кресла, на котором сидела. Затем щелкнула пальцами, и я почувствовала, как на меня проливается вода. Посмотрев вверх, я увидела зависший над моей головой уже опустевший стакан.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– За что?! – возмущенно завопила я.

– Чтобы больше не пугала, – невозмутимо ответила сестренка и быстро отослала магического вестника. – Вызвала дедушку, – пояснила она. – Ждем его, и вы все-все рассказываете, – кинула она на нас многообещающий взгляд, а я услышала рядом обреченный вздох Рейстлина. Кажется, он тоже понимал: от старшенькой Ленгтон и ее желания докопаться до правды нам не отделаться.

Глава 39

Долго нам ждать не пришлось. Полыхнула вспышка портала, и вскоре в библиотеку ввалились дед с Николасом. Герцог кинул на меня мимолетный, но цепкий взгляд, словно оценивая мое состояние, потом облегченно выдохнул.

– Со мной все в порядке, –сообщила родственнику я, уловив его мысли. Дед кивнул, но вид у него был не слишком добрый. Казалось бы, с чего бы это? Вот она я, жива-здорова, все хорошо же. Или у кого-то есть сомнения? А вот Николас подобным не страдал. Он посмотрел на нас, после чего полюбопытствовал:

– Ну и где вы пропадали, да еще столько времени? И почему вы явились не ко мне, не к герцогу, а к этому… – он посмотрел на мою сестренку, подбирая слова, и выдал, – магическому недоразумению.

– Что?! – взвилась Амелия. – Слушай, трупофил…

– Как ты меня назвала?! – откровенно обалдел Николас, которого, видимо, впервые обозвали подобным эпитетом.

– Ну ты же некромант? – невозмутимо пожала плечами сестра. – Значит, трупы любишь. Соответственно, трупофил.

Только тяжкий вздох, судя по всему, позволил Монтегю не разразиться ругательствами. Вместо этого он смерил сестру таким взглядом, что даже мне захотелось спрятаться под стол, и пояснил:

– Слушай, девочка, я понимаю, что ты еще слишком невинна, чтобы понимать разницу, но…

Их «милый» диалог уже давно перешел все грани приличия. Более того, я-то точно знала, что со стороны сестры это не было оговоркой. Она точно знала, что и кому говорила. И явно хотела уколоть заносчивого некроманта посильнее. Но кто я, собственно, такая, чтобы раскрывать близкого мне человека?

И все бы ничего, вот только в пылу общения они явно забыли кое о ком, кто с подобными разговорами мириться не собирался.

– Амелия Ленгтон! – раненым буйволом взревел дед. – Немедленно извинись. Где твое воспитание, юная леди?

Мелли невозмутимо опустила глаза на свой маникюр, потом кинула из-под ресниц лукавый взгляд на Николаса и проговорила:

– Прошу прощения, лорд Монтегю. Мне очень стыдно, – безукоризненно вежливо проговорила она. Вот только в ее раскаяние вряд ли кто поверил. Николас так точно. Но воспитание – оно такое воспитание. Граф усмехнулся уголками губ и проговорил:

– Ну что вы, леди, какие у меня могут быть к вам претензии?

Однако его взгляд намекал, что претензиям точно есть место, и он все запомнил и непременно отомстит. И я с удовольствием бы понаблюдала за достойными соперниками. Вот только не сегодня. Я устала, хочу спать, есть и мира во всем мире. На ближайшие сутки точно. Чтобы не нервировали несчастную ведьму.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Так, теперь с вами, – дед присел на кресло и в упор взглянул на нас с попугаем. – Выкладывайте, где были. Без утайки. Про то, что вы втянули Кассандру в это опасное дело, мы еще потом поговорим, – пригрозил он. Но я не испугалась. Герцог сильно нас любит, ругать и наказывать точно не станет. Максимум, проведет воспитательную беседу. Это я как-нибудь переживу.

Рейстлин кратко и деловито обрисовал происходящее. Его не перебивали, хотя Мелли пару раз открывала рот, чтобы задать вопрос. Но каждый раз сестра себя одергивала. Словно опасалась, что, стоит лишний раз о себе напомнить, и ее выставят из кабинета.