Дочь жреца (СИ) - Малышкина Яна

Надо бы возмутиться.

Кто ему разрешал лапать? Однако…

Странное понимание, что тело не мое, делало меня равнодушной к тому, что видел, трогал или еще что делал лорд с этим телом.

Я в свое хочу.

Родное и любимое.

Вот когда начинаешь ценить себя и все свои плюсы и минусы.

— Полегчало? — вздохнула я.

— Немного, — признался Хасс. И приподнялся, посмотрев на меня. — Нам надо решить этот вопрос. Сегодня этим займемся. Если у нас не получилось с архивом, то можно и по-другому.

Хм… да?

Радует. Во всяком случае я «за».

52

— Какие есть идеи? — спросила я, ожидая если не решение всех наших проблем. Так хотя бы его зарисовки.

— Надо подумать, — Хассрат нахмурился. — И кое-что проверить… Может там мы найдем и… Да может… Он тот еще жук…

Лорд взглянул на меня сосредоточенным взглядом и приказал в своей излюбленной манере.

— Иди собирайся. Ты едешь в город.

Я не сдвинулась с места.

Выгнула бровь и выразительно сложила руки на груди.

Лорд недоуменно-нетерпеливо глянул на меня.

Раздраженно выдохнула.

— Хассрат, если ты хочешь, чтобы мы действовали вместе. И у нас действительно все получалось, то… прекращай приказывать!

— То есть ты в свое тело не хочешь? — полностью проигнорировав мои слова, спокойно спросил лорд.

— Хассрат, я очень хочу в свое тело, — резко встала я, разворачиваясь к нему. — Но. Твоя привычка командовать и беспрекословное подчинение бесит!

Лорд нахмурился и хотел что-то сказать, но я его взволнованно перебила:

— Не относись ко мне как к вещи! Пожалуйста.

На секунду в спальне повисла тишина. Даже звуки за окном словно отдалились. Мы смотрели друг на друга. Синие глаза в голубые. Леденящая непроницаемость и жгучая надежда.

Нам нужно договориться.

Иначе мы не сможем сотрудничать. Я не собиралась беспрекословно подчиняться словам лорда.

В конце концов, ко мне можно относиться как к человеку, а не только как к… жене.

Я устала. От всего. От ситуации. От чужого тела. От переживаний за родных. Страха.

Мне хотелось хоть каплю уверенности и понимания. И мне казалось, что сейчас мы с лордом смогли… договориться. Но…

Его приказная манера и поведение…

С этим надо что-то делать.

— Я не отношусь к тебе, как к вещи, Иалия, — спокойно произнес Хасс. А потом криво улыбнувшись, добавил: — У меня довольно узкий близкий круг. Очень. И как ни странно… Но ты вошла в этот круг.

Я удивленно посмотрела на лорда.

Блондинка слезла с постели и встала рядом. Хрупкую фигурку скрывала только одна легкая мужская рубашка. Волосы после сна спутаны. Пришлось чуть склонить голову, чтобы смотреть ей в глаза. Сейчас я была выше.

— Иалия, я не собирался тебя как-то обидеть или… унизить. Но да. Приказывать я привык. И чтобы мои приказы моментально исполнялись тоже. Но если ты вспомнишь, то с тобой я веду себя по-другому, — спокойно проговорил Хасс.

— Мне это не нравится, — призналась я честно, обхватывая себя руками.

И чего спрашивается взъелась?

Да, я привыкла, что у нас в семье все разговаривают друг с другом более дружелюбно и тепло. Но…

Хассрат мне не родной!

Он мне вообще никто.

Так почему меня вдруг задело его отношение ко мне?

Ерунда какая-то…

— Хорошо. Я постараюсь с тобой быть более… мягким, — после паузы сказал он.

И неожиданно шагнул ко мне, обнимая.

Я удивленно застыла статуей, не смея вздохнуть, и ощущая как тонкие руки девушки обнимают меня.

— Эй, все будет хорошо. Мы вернемся в свои тела. Ты будешь девушкой. Я — мужчиной, — негромко проговорил он мне в куда-то в плечо.

И… я робко тоже обняла его.

Резкий стук в двери и звук распахнувшихся дверей застал нас врасплох. Отреагировать мы не успели.

— Ой! Простите! — послышался тонкий голосочек горничной.

Двери снова хлопнули. А за ними послышалось:

— Ты куда ворвалась, как кот на бочку сметаны? — строго выговаривал Ларей девушку.

— Простите. У лорда просто рубашка и штаны мокрые… вот я и… как лучше хотела… — бормотала служанка.

— Лучше, — возмущенно фыркнул мужчина. — Лорд к жене пришел. У них только все налаживаться стало, а тут ты… И в такой момент.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Да не было там никакого момента. А я только рубашку чистую, — оправдывалась девушка.

— А если б был? Лорд вон сколько ждал пока его леди до себя допустит? Хмурый ходил. А тут словно подменили. Скачет как мальчишка. Влюбился, — авторитетно заявил мажордом.

Я красная вся отодвинулась от Хасса, которого слегка потряхивало.

Взглянула на него… И возмущенно выдохнула.

Лорд едва сдерживал смех. Смешно ему!

Посмотрел на мое возмущенно лицо и сложился пополам в беззвучном смехе.

— Надо… надо что-то делать с этой слышимостью, — сказал он сквозь смех.

Кивнула. И молча, пошла на выход.

— Ты куда?

— Мыться, — рявкнула я.

Вылетела из комнаты и тут же натолкнулась на Ларея с горничной. В руках девушки была свежая белая рубашка.

Забрав вещь, я проговорила:

— Спасибо.

И скрылась у себя.

53

Я не лгала.

Как бы мне не хотелось, но помыться надо. А то уже чешусь. Пока только мысленно, но не ходить же мне и распугивать всех «дивным» ароматом немытого тела.

Бе-е-е-е!

Заглянув прежде в гардеробную лорда и раздобыв дополнительно свежее белье и штаны, я отправилась в ванную.

Она у Хассрата в темно-синей гамме. Тяжелая, чугунная сама ванна на толстых ножках. Окна закрывало заклинание сокрытия и наполняло саму ванную легким голубым цветом.

Черный, глянцево-блестящий пол. Надеюсь, на нем стоит заклятье против скольжение. А то будет весело разгуливать с синяками.

Привычно перестроив зрение на магическое, я увидела плетение заклинания. У меня получилось! И…

Что-то еще. Какие-то еще линии и потоки. Но такие я раньше не встречала и не видела.

Что это?

Как не вглядывалась и не пыталась понять, но я такого прежде не видела. Это особенность лорда? Возможно…

Зашумела вода, ударяясь о дно ванной.

Я тяжело вздохнула и взялась за рубашку. Но…

Замерла.

Понимаю, что после туалета как-то глупо стесняться ванной… Но смущение было.

Тут мне придется полностью раздеться. Вообще. Полностью. А он, в смысле тело, там голое-е-е…

Выдохнула.

Ладно. Можно себе признать, что торможу я больше из-за воспитания. Ну, вбиты в меня хорошие манеры. А они не подразумевают смотрение на обнаженных мужчин.

А так… любопытно.

И именно из-за последнего я все-таки потянулась и расстегнула пуговки на рубашке. Скинула ее, роняя на пол.

Белое на черном.

Не выдержав, глянула в зеркало.

А лорд хорош…

Тело упругое, очень подтянутое, с отчетливо прорисованными мышцами. Тогда… ночью… я уже обнимала и гладила его. Но воспоминания настолько смутные, что сейчас можно сказать я впервые увидела это тело.

Рука сама поднялась… Пальцы неуверенно коснулись груди… Скользнули вверх. Положила всю ладонь и плавно скользнула вниз…

И тут же отдернула ладонь, как ошпарилась.

Странные ощущения. О-очень странные. А еще двойственные. С одной стороны, мне нравилось касаться. А с другой…

Было как-то дико касаться… себя.

Голова слегка закружилась. Перед глазами на миг возникла легкая дымка с привкусом чего-то горького и мне показалось, что я-настоящая стою в ванной, в одних мужских штанах, которые на мне висят.

Но мгновение и все прекратилось.

Я — мужчина.

Скорее всего мне показалось.

Отвернулась и взялась за самое пикантное. То есть за штаны.

Через пару минут я ругалась уже вслух.

Мама все время шутила, что если у меня запутываются тесемки, ленты или завязки, значит я чего-то не хочу. Или куда-то. Поэтому и раздеться, чтобы переодеться, не могу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я же всегда отвечала, что наоборот — это такой закон подлости. Если мне куда-то надо, то все путается.