Мой злодей (СИ) - Власова Мария Игоревна

– Элла, я же сейчас умру, – простонала расстроенно, прикрыв глаза. – Хоть воды дай!

– Сейчас принесу, – произнесла она, сжалившись, и юркнула за дверь. Стоило ей исчезнуть, я дернулась к другой двери, жалея, что стул, которым я могу управлять, предназначен исключительно для выхода на улицу.

– Курт! Курт! – громко прошипела, надеясь, что он услышит, и так случилось.

Дверь приоткрылась, мой друг и «братик» в одном лице выглянул из-за двери и улыбнулся, после того как удостоверился, что Эллы нет.

– Звала, принцесса? – спросил он, задорно улыбаясь.

– Курт! Спаси меня! – простонала, протягивая к нему руки.

– С удовольствием! От кого? – он подскочил ко мне и улыбнулся, словно самый красивый мужчина в мире. Эх, ну почему я никем, кроме как братом, его воспринимать не могу? Такой экземпляр пропадает, пускай и бабник закоренелый.

– От Эллы, – зашептала, оглядываясь на дверь.

– Нет, тут я пасс. Меня бы кто от нее спас! – тяжко вздохнул он, присаживаясь возле меня. – Она теперь все время смотрит, как я ем, чтобы убедиться, что еду для вас не таскаю. Ни тебе со служанками поболтать, ни вина из погреба свор… продегустировать.

В ответ мне оставалось лишь вздохнуть. Мой главный поставщик еды накрылся медным тазом, я так точно с голода умру, но это будет потом. Сейчас бы мне с насущными проблемами разобраться.

– Как же голова болит, а Элла даже рассола не дает, не то, что похмелиться, – заныла, схватившись за голову.

– Первый раз всегда так, принцесса, – рассмеялся он, чем заслужил мой недовольный взгляд. – Зато вы точно хорошо провели вечер. Весь город сплетничает о том, как вы танцевали с графом Ратморским.

Он явно с издевкой ухмыльнулся, а я застонала. Вот об этом знать мне однозначно не хочется, я бы предпочла стереть вчерашний день из памяти.

– Говорят, вы даже поцеловались на глазах у всех, – продолжил издеваться Курт, чем только разозлил меня. – Мне стоит за вас волноваться, моя принцесса?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Да какой это поцелуй?! – взвизгнула недовольно. – Просто случайность!

– Тем не менее, об этой случайности судачит весь город, – беззаботно ухмыльнулся. – Поговаривают, честь Сюзанны Лафает задета, ведь граф предпочел ей кузину.

Курт едва на стуле качаться от радости не начал, совсем как ребенок, и посмотрел на меня так, точно гордится мной. Затем даже протянул руку и потрепал меня по волосам.

– Кто всерьёз будет думать о том, что Сюзанне предпочли кузину-калеку? Не смеши меня. И вообще, не можешь спасти меня от Эллы, хоть от похмелья спаси. Голова раскалывается. Есть какие-то микстуры или что ещё? От разговоров о вчерашнем, голова ещё больше разболелась.

– Принцесса, вы забываете, что вы дочь самого Карвалье, вы куда богаче герцога, пусть у вашей семьи и нет такого высокого титула. Уже не говоря о том, что ваш отец друг самого короля. Поверьте, женихи будут околачиваться возле вас всегда, кем бы вы себя не считали.

– Мы настолько богаты, что им будет плевать на мою болезнь? – с сомнением протянула.

– Боюсь то, что вы единственная наследница делает вас желательной добычей для разного рода проходимцев. Я пока не уверен, но граф мне тоже кажется проходимцем, – он задумчиво склонил голову, откровенно наблюдая за моей реакцией на эти слова.

– Он не проходимец, он намного хуже, – задумчиво произнесла, грустно вздохнув.

Дверь в столовую открылась, зашла Элла с ворохом писем в руках, а за ней служанка в белом фартуке и черном платьице. Две темные косы, большие очки. Я ее раньше не видела. Скосила взгляд на нее, но она будто бы нарочно потупила свой, смотря себе под ноги. Девушка налила мне в стакан воды и подала его на стол. Курт провожал ее заинтересованным взглядом, пока не получил подзатыльник от Эллы.

– Ты что здесь расселся, словно хозяин?! – прикрикнула она на него и повернулась ко мне, недовольно посмотрев уже на меня. – Негоже леди сидеть за одним столом с простолюдином. Ведите себя подобающе!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Вот ты брюзга, а принцесса тут причем? – возмутился он, поднимаясь на ноги. – Я же сам присел на стул!

– Она слишком балует тебя, а ты потакаешь всем ее желаниям! Доктор сказал, что ей нужно соблюдать диету! А ты что делаешь? Смерти ее хочешь?! – принялась она его отчитывать, совсем забыв о том, что я вообще-то здесь. Сомневаюсь, что при моем отце они бы рискнули так собачиться.

– Этот доктор сам не знает, что делать! А я принцессе верю! Откуда у неё силы ходить возьмутся, если она этими кашами питаться будет?! Вот если бы у тебя были мозги, а не только слепое повиновение, то ты бы это уже и сама поняла! – парировал Курт, и я почувствовала себя маленьким ребенком, который наблюдает как ее мама и папа ссорятся, решая можно мне конфеты или нет.

Выхватила письма у Эллы, все равно они заняты ссорой. Такая солидная стопка, кому они? Отцу? Взяла первое письмо в конверте из дорогой бумаги и прочитала на нем свое имя. Имя отправителя мне, к слову, ничего не объясняло: какая-то графиня. Дальше было интереснее, оказалось, что все письма были адресованы мне. К тому же не все они были от женщин, пять из них от незнакомых мне мужчин. Пожалуй, именно их я открою первыми. Подковырнула вилкой печать, открыла конверт и достала надушенную противными духами бумагу. Заметив, что письма оказались у меня, Элла снова забыла о Курте и попыталась их забрать.

– Госпожа, вас не стоит.

– Не стоит читать адресованные мне письма? – удивленно подняла бровь и затем принялась читать первое письмо. Надо же, признание в любви, так ещё в стихах.

Вы словно бабочка прекрасны,

Черты вашего лица изящны.

Что в профиль, что в анфас,

Не оторвать мне взгляд от вас.

Так будьте милосердны,

Как буду я для вас,

Наши чувства неизбежны,

Не упустите ваш последний шанс!

Ничего себе стишки. Это кто такой самоуверенный нахал? Виконт Морле? Ну, он у меня попляшет. Ниже в письме ещё какие-то оды моей красоте и изяществу, а потом прямое предложение выйти за него замуж.

– Элла, – позвала служанку.

– Да? – спросила она.

– Свечу мне и поднос, – потребовала, и моё желание исполнили.

– Что вы делаете принцесса? – спросил Курт, с интересом наблюдая за тем, как я с довольной улыбкой сжигаю письмо.

– Не трачу свое время на отказ, – довольно улыбнулась и бросила загоревшийся конверт на поднос. Взялась за следующее письмо, но и оно по смыслу было таким же.

– Это не вежливо и опасно. Легче распалить камин, – закатила глаза Элла, но не стала меня останавливать. На третьем подобном письме я уже читала вслух, заставляя Курта кататься по полу от смеха.

– «Ваши уши подобны сочным персикам…»? Это вообще, как? – с сомнением посмотрела на письмо с любовными признаниями. – Я, конечно, знаю, что у меня внешность не примечательная, но не настолько, чтобы сравнивать мои уши с персиками! Они что такие большие?

Я с ужасом схватилась за уши и подергала их, а Курт чуть ли не хрюкать начал от смеха.

– Ладно, бог с этими ушами. «Ваши манеры безупречны, а кожа, словно шкура апельсина…» Оранжевая и в целлюлите что ли?! – продолжила читать это письмо от третьего сына графа Норте. Отчаянный парень, другие не осмелились прямо говорить о том, что моя кожа отнюдь не аристократически бледна.

– Не знаю на счет этого вашего «целлюлита», но ваши манеры просто ужасны, – вздохнула Элла. – Вы столько съели на приеме, что люди начали говорить о том, что вас морят голодом и заставляют работать под солнцем.

– Так это же правда! Я недоедаю! – подтвердила, но столкнувшись с гневным взглядом женщины, опять вернулась к письму.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Госпожа! – возмутилась Элла. – Ваша диета…

– Да хватит уже о диете и об этом докторе, меньше всего мне хочется говорить о Стефане, – отложила письмо, все настроение испортила «мамочка». А ведь в том письме такие перлы ещё остались, он даже сравнил мои глаза с небом. Интересно, где он видел зеленое небо? В наркотическом бреду?