Ольга Мяхар - Дневник мага

Стою у люка — страдаю.

Мне теперь что, еще одного вызывать, что ли?

Табуретки в центре кухни молча вопиют. Мелкая и пушистая еще и шипит. Срочно расколдовываю, пока не затоптали.

18:26

Принц надавал по шее. В который раз обещаю, что никогда больше… и т. д. и т. п.

Заглядываем в подпол, пытаясь понять — где призванный дух. Или кто он там? Старичок выныривает, одобрительно кивает, обещает сделать из погреба приличную топь. Представляю радость жены. Нервничаю.

18:41

Он прибрался. Сам не верю.

Погреб, правда, так мокрым и остался, но это было главным условием ежедневной уборки в доме. Прикидываю, как по тактичней намекнуть Нильс, что всю еду теперь придется съедать разом, а на рынок мотылять каждый день.

Что-то мне подсказывает, что восторга это не вызовет. Смотрю на дальний угол напротив печки, прикидываю, как сделать холодильник (прошлый я лично раздолбал. Там что-то в контурах магии заклинило, и он морозил так, что положенный на полку продукт почти мгновенно ососуливался и раскалывался пополам с жутким треском).

Принц хочет помочь, говорит, что спец.

Ну… пожалуйста.

19:10

Из подвала приперли огромный шкаф. Принц припер. Мне напрягаться нельзя — я думающая интеллигенция. Мышцы незаметно сдул, дабы не нервировали «рабочий класс».

Шкаф пару раз уронили, снесли косяк, поставили на хвост Пупсу… и страшно обматерили.

Смотрим на кота. Волнуемся. Так кричать просто нельзя. Наверное, котенку больно.

Чем бы помочь?

19:21

Приподняли шкаф, позволяя кошаку вытащить хвост. Нам страшно мстят из последних сил.

19:41

Забинтованные, злые и хмурые, сидим перед шкафом, пока я его магичу. Внутри истерикует Пупс — испытания проводятся на животном… Он все не умолкает, зараза.

19:55

Все, достал. Надоело. Открываю шкаф, нас обдает волной арктического холода. Покрытый инеем распушившийся кот с сосульками на усах пытается выбраться, сверкая непокорными глазами и сильно трясясь.

Сзади голосом Нильс спросили — а что это мы тут делаем?

Оборачиваюсь. Смотрю на любопытствующие мордашки моих девочек, неубедительно улыбаюсь и скромно презентую холодильник нового поколения, поспешно захлопывая дверь с так и не успевшим выбраться котом.

20:17

Рассказал жене о достоинствах нового шкафа. Указал на порядок в доме. Намекнул на виновника. Меня любят, целуют, обнимают, висят на шее (Чай). Нильс, улыбаясь, лезет в погреб за едой. Не успеваю ее остановить — ноги жены с плеском проваливаются в ледяную воду.

Тишина.

Тихо икаю, глядя в глаза любимой.

Тычу пальцем в ухмыляющегося принца, поясняю, что высочество нас затопило. Принц — в шоке. Мне почему-то не верят.

21:38

Сижу и угрюмо пью чай. Пустой, даже без сахара. Да и тот мне дочь контрабандой приволокла. Нильс орудует на кухне, весело разговаривая с принцем. Меня никто не любит — и все забыли.

Обижен, хмур. Хочется напомнить о себе.

21:42

Напомнил…

…Нильс попросила больше не выносить ведро из кухни посредством магии и через окно.

Еще она попросила вставить стекло, убрать осколки, вернуть ведро и подлечить прибитого им прохожего.

Вечно она прикапывается по мелочам. Сделай то, сдел это… Я гений, а не раб труда! И мужик к тому же.

Иду за ведром, бурча под нос. Чай помогает со стеклом, просит не переживать, сует в руку сладкий сухарик. Второй сует Пупсу, сжимая его под мышкой. Кот уже не сопротивляется, пребывая в полуобморочном состоянии после целого дня общения со мной любимым.

Скупая слеза бежит по щеке. Жую сухарик, разыскивая ведро. Наступаю на прохожего — мужичок не подает признаков жизни, убедительно изображая окровавленный труп.

Кое-как вылечил. Поднял, отряхнул, отправил восвояси. Претензии? Никаких. Еще бы, я ему целый золотой сунул… на сухари.

О, кстати, стоит сбегать в трактир и перекусить там, раз уж родная жена вытурила с кухни.

Но тут из дома зовут ужинать, и я покорно плетусь обратно.

А что делать. Гордость гордостью, а готовит она вкуснее.

22:19

Меня поцеловали, извинились, навалили еды и поставили дорогое вино.

Оттаял. Немного. Все еще дуюсь, намекая на страшную пользу домового в доме. О шкафе вообще многозначительно молчу, глядя на него в упор.

Нильс усмехается и кивает, подкладывая картошку. Хорошо, что успела зайти на рынок. Иначе есть бы нам седни было нечего.

Принц — напротив, наблюдает за нами. Мечтательно-задумчив.

Жена уже сидит у меня на коленях, целуя в уста сахарные и рассказывая о проведенном дне. Чай прыгает рядом, просит дядю принца рассказать последние дворцовые сплетни, дабы поведать подругам. Принц задумчив. Поведал какую-то историю с неудачным отравлением министра внутренних дел. Министр облысел, стал чесаться, и у него плохо пахнет изо рта…

Чувствую, как слипаются глаза. Вспомнил, что траванул мужика я, неудачно испытав на нем средство от облысения. Н-да-а… бывают еще промашки, бывают. Хоть я и гений.

Потом принц собрался и умотал во дворец. Мы же все пошли наверх — укладывать Чай (Нильс) и читать ей сказку на ночь (я).

Мне не позволяют рассказывать ребенку сказки собственного сочинения, опасаясь за психику Чай. Я — не опасаюсь, но… с женой спорить не хочу. А потому послушно зачитываю заунывные строки о страшной Бабе-яге, которая упорно ела всех принцев, кроме принца-идиота, потребовавшего от бабки баньку, жратву, меч-кладенец, Сивку-Бурку, новые штаны и совместную ночь. Скорей всего, последнее и сподвигло бабку на столь грандиозную и безвозмездную помощь ушибленному, в деле по убиению Бессмертного, променявшего каргу на юное тело Василисы заумной.

Бабку, конечно, жаль. Жить в лесу, ждать своего принца и стареть… Не каждая выдержит. Но ведь дождалась.

Сказка закончилась шедеврально: иглу сломали, замок рухнул и надежно придавил Кощея несчастного лет так на тысячу. Девушку спасти не удалось, так что Иван-царевич так и прожил всю жизнь с бабкой, уже лично охотясь на царевичей и пожирая их долгими романтическими ночами со своей суженой…

Жена ругается — просит читать по книге, а не выдумывать.

И ничего я не выдумываю. Надо будет ее с Кощеем познакомить, это он мне правду рассказал. Он после той тыщи лет под завалами вообще дерганый стал. А от девушек так и не отучился…

ВТОРНИК

17:30

Заходил принц, намекал на бал, очень просил поспособствовать в выборе невесты. Из тыщи кандидаток… (ну это он переборщил, точно помню — не больше тридцати).

Поспособствовать — это как? Проведя собеседование, что ли?

Высочество обиделось, сказало, что у него на всю жизнь проблема, а я, как всегда, в кусты. Пришлось согласиться. Бал завтра.

СРЕДА

19:12

Я приперся! Рваные штаны, куртка и общая небритость на невыспавшейся морде лица. Подлетел принц, ахнул, утащил переодеваться и мыться. То, что я чистый, его не успокоило.

Мыть пытался сам, за что и получил кулаком в челюсть.

20:01

Я вымыт. Чист. Надушен и — весь в геле для волос. В зеркале вижу сияющие щеки, кудрявый парик и дергающееся веко. Принца хочется убить, а штаны сжали задницу так, что даже сесть проблематично.

Громко и нецензурно высказываюсь о своем виде. Белокурые локоны лезут в глаза, срываясь с макушки. Парик — выбросил. Возражавшему принцу еще и дал в глаз, после чего вышел из комнаты, грохнув за собой дверью.

20:31

Чего он там копается? Я жду-жду…

Заглядываю в комнату. Принц у зеркала пудрит расплывающиеся на скуле и под глазом синяки. Нет двух передних зубов. Мрачен. На контакт не идет.

20:36

Залечиваю синяки, одновременно отращивая новые зубы…

Перебор. Зубы проткнули нижнюю губу, свисая окровавленными клыками. Принц косится в зеркало, его глаза отважно лезут из орбит, наливаются кровью.

Все переколдовываю, пока не убили на фиг.

20:42

Пятнистый принц с неровными зубами выходит из комнаты в сопровождении гениального мага с кровоподтеком под глазом. То, что магов бить нельзя, он просто не знал, так что я великодушно его прощаю, подлечивая себя.

Хм… сказать ему или не сказать, что пудра на месте исчезнувших синяков сияет двумя белыми неровными контурами? Не, у него такой вид… да подумаешь, пудра. Мужик привлекает не лицом, а… этим, как его… О, титулом!

21:23

Надо было сказать.

Принц бегает за дамами, ненавязчиво приглашая на танец и сверкая оскалом. Видимо, от отчаяния, что скоро — жениться, настойчив сверх меры. Перед приглашением на потанцевать — наступает на ногу, сжимает ручку до смачного хруста и всем широко и нервно улыбается, заглядывая дергающимися глазами в перекошенные лица дам.