Два Поттера (СИ) - Mazai-Krasovskaya Jana

И надо сказать, ему все больше начинало нравиться излагаемое. Особенно когда МакГонагалл весьма самокритично упомянула, что ведь собиралась посетить Гарри, когда увидела адрес на конверте. Потому что куда это годится — «чулан под лестницей»!

— Чулан? — переспросил Снейп. — Неужели Петунья оказалась настолько плохим опекуном? Насколько я знаю, она ненавидела волшебство как таковое, но при чем тут ребенок?

— Пусть только Альбус вернется, — горячилась Минерва. — Пусть только попробует оставить мои вопросы без ответов!

Снейп выразительно хмыкнул, мол, еще как попробует, и она хотела уже возмутиться, но...

— Ему не впервой, — неожиданно устало и как-то безнадежно проронил Снейп, и Минерва посмотрела на него сердито, но задумчиво.

Манера Альбуса уходить от вопросов была ей прекрасно известна, но она предпочитала не задумываться над этим, а просто считать себя самым главным доверенным лицом директора. Значит, Северус тоже… Ну, конечно, они же вместе идут от Гарри, из Больничного крыла! А мальчик — сын Лили Эванс, которая, кажется, была единственным по-настоящему близким для Снейпа человеком…

— Ты что-то предлагаешь? — не совсем уверенно спросила она.

— Вас это интересует? — удивился Снейп.

— Да, — тряхнула головой Минерва. — Безусловно. Я считаю, что мы… — она взглянула своему собеседнику в глаза и осеклась, — я в долгу у этого мальчика.

— И чего вы хотите?

— Справедливости!

— Увольте меня от общения с использованием таких странных категорий — к жизни они никакого отношения не имеют, — отповедь Северуса в кои-то веки ее по-настоящему задела, особенно то, как он припечатал, усмехнувшись: — Я проверял.

— Прости…

Ей тяжело далось это короткое слово, но видеть, как с лица Снейпа медленно спадает привычная маска, сменяясь искренним удивлением, дорогого стоило. Он понимал, насколько она серьезна… Он вообще — понимал. Раньше она почему-то думала, что на это способен только Альбус.

Альбус. Тот, кого она считала самым близким, и который ей совершенно, как выяснилось, не доверял. Как и своему протеже, который… да к которому она просто-напросто ревновала! А их обоих водили за нос, но если Снейп это понимал, то она… Она выглядела смешно?

— Что вы предлагаете? — Снейп увел разговор в прежнее русло, избавив ее от неловкости, которая уже начинала давить и вызывать странную неприязнь к собеседнику. — Что с Поттером будем делать?

— Мы?

— Ну, что сделал Альбус, точнее, что произошло с его попустительства, — Минерва вздрогнула, но перечить не стала, — мы уже видели, не так ли?

— Ты… предлагаешь… вместе?

— Я предполагаю два варианта, исходя из разных посылок. Если Альбус допустил такое без умысла, то Поттера, скорее всего, препоручат вам или кому-то из… ваших. Если же жестокое отношение было частью воспитания героя, то, подозреваю, мучиться с мальчишкой придется мне.

— Почему?

— Потому что я показательно ненавижу Поттера и все, что с ним связано. Да и вообще не тот человек, кто способен дать кому-либо то, что называют теплом семейного очага.

— Но ведь и я… — она осеклась, обнаружив, что на самом деле у нее, старого профессора и декана, куда больше общего с Северусом Снейпом, чем ей когда-либо казалось. А ведь дело просто в том, что она никогда не давала себе труда об этом задуматься!

«Показательно? Мерлин, я старая дура! — обругала сама себя Минерва. — Я ведь только что вспоминала о Лили и Джеймсе, а Гарри… он последнее, что осталось от Лили, конечно же! А кроме того, декан Слизерина, где за ним наблюдает много, очень много глаз...»

Чем дальше, тем больше Минерва убеждалась в правильности этого союза.

«Поговаривают, что он легилимент — пусть смотрит. Но если что-то из моих мыслей ему не понравится...» — она уже приготовилась к проникновению, но Снейп отвел глаза и молча кивнул.

— Мальчику надо обеспечить защиту, материальное обеспечение и опору. Иными словами, ему нужен опекун.

— Официальным опекуном Поттера с момента поступления в школу является директор. Суть в том, что исполнять эти обязанности придется кому-то из нас.

— Северус… Ты, конечно, можешь не отвечать, но… ты действительно шпионил для Альбуса?

— Почему нет. Вот только чуть позже, чем он всем заявляет. Буквально на сутки, — Северус помрачнел, так, что Минерва догадалась, но снова промолчала, хоть это было ей и не свойственно.

И тут ее осенило.

— Надо поговорить с Хагридом!

— Это еще зачем?

— Затем, что Альбус посылал его к Гарри, чтобы помочь собраться в школу.

Северусу очень хотелось съязвить по поводу доверия директора к своему заместителю, но он как-никак почти десять лет оттрубил в должности декана Слизерина, а значит, умел просчитывать последствия. Минерва МакГонагалл, неожиданно оказавшаяся в союзниках, была куда полезней, чем привычная замдиректора, воспринимающая в штыки почти все, что бы он ни сказал, а значит, стоило придержать рвущиеся с языка ядовитые фразы.

Они договорились о том, что Минерва сходит сама — Хагрид к ней относился с куда большей приязнью, чем к Снейпу — уж слишком он не любил Слизерин и все, что с ним связано.

Вечером Минерва пригласила Снейпа в кабинет директора и, особо не мудрствуя, на его глазах вытянула из виска в думосбор серебристую нить воспоминания.

— Почему он послал не вас, я вроде догадываюсь, но в голове не укладывается… — вынырнул из думосбора Северус, а Минерва тщательно очистила каменную чашу. — Агитация за любимый факультет и любимого директора… — он поморщился. — Но вы бы справились с этим куда лучше! Почему?

— Решения Альбуса не первый раз ставят меня в тупик, — впервые в жизни призналась Минерва. — Приятно, что ты меня ценишь, я действительно бы лучше справилась. Особенно учитывая, что все эти годы обычно именно я занималась магглорожденными.

— Еще этот странный сейф… — Снейп помотал головой. — Нет, пока не до этого. Ты уже подала документы на опекунство?

— Отправила совой перед тем, как позвать тебя.

— Надо бы Поттера в Мунго препроводить, все же там специалисты разных направлений и уровня повыше, чем школьная медиведьма. Ничего плохого не хочу сказать про Поппи…

— Вы с ней накоротке?

— За десять-то лет варки зелий для Больничного крыла?

— Альбус и на этом экономит?

— Ну… не совсем, — признался Снейп. — Я иногда получаю от него весьма редкие и дорогие, а главное, труднодоступные ингредиенты. В целом, это стоит того.

— Он всегда в курсе твоих исследований?

— От него сложно что-либо утаить.

— Он сильнее всех в ментальной магии?

— С ним мог бы сравниться разве что Лорд.

— М-м-м…

— Что?

— Мне кажется… мне бы не хотелось, чтобы… — Минерва замялась — ей было трудно даже думать в этом направлении, а уж говорить вслух…

— Вы хотите, чтобы наш дражайший Альбус считал нас такими же «друзьями», как и раньше? Неужели вы против своего патрона, Минерва?

— Я не одобряю его политические игры, особенно те, в которые втягивают школьников.

— Они рано или поздно вырастут и все равно выберут сторону.

— Многие могли бы остаться нейтральными…

— Я действительно слышу это от вас? Мне ли напоминать вам, кто чаще всего несет больше потерь?

— Но почему именно они, почему те, кто никому не сделал ничего плохого…

— Потому что за ними никто не стоит. Они все одиночки, за которых мстить будут только родственники, и то не факт.

— Поэтому столько чистокровных семей присоединились к…

— В том числе. У всех резоны разные.

Минерва очень хотела поинтересоваться, что за резоны были у Северуса, но, в конце концов, это было не ее дело.

— Пойдемте к Гарри? — предложила она, вставая, и Северус легко поднялся вслед за ней.

Гарри Поттер очнулся на сероватых, почти как дома, простынях, и застонал от боли, которая, кажется, пронзала каждую его мышцу.

— Пить хочешь? — услышал он чей-то голос, но голова трещала так, что он даже не мог понять, кому он принадлежит — мужчине или женщине. Да это его и не интересовало.