Жги! (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

– Хорошо, я все понял, – произнес Рус и взглянул на застывший свет. – Как мне исправить…

– Ты как боевой маг безнадежен, но с этим кое-что я еще могу сделать, – произнес Роуль и протянул руку к застывшему свету.

Его кисть окутало темной дымкой, и он согнул луч света под девяносто градусов.

– Больше я вмешиваться не буду…

– С-с-с-спасибо, но я…

– Больше сегодня я вмешиваться не буду, – поднял указательный палец упырь. – И запомни прописную истину: если не можешь взять мастерством, то просто задавить силой!

– О чем вы?

– О том, что мой ученик – самый сильный и самый тупой на этом континенте! – с грустью произнес упырь и хлопнул в ладоши.

В следующий миг он исчез, время двинулось вперед, а луч света улетел в сторону.

Рус тут же выдал несколько мощных огненных копий в щит противника. Те разбились о него, особо не причинив вреда. Быстро сообразив, что так дело не пойдет, он напитал силой руки, сформировал плетение, усиливающее его стихию, и со всей силы влепил по доскам пола, которые остались под его ногами.

– ГОРИ!

Земля задрожала, пошла трещинами, а юный пиромант, вкладывая всю силу в удар, снова взревел и влепил со всей силы в доски, которые тут же почернели и начали тлеть.

– ГОРИ!

Рус разогнулся и вскинул руки над головой. Пламя приняло голубой оттенок, и он влепил в третий раз по доскам, превращая их в пепел.

– ГОРИ!

Трещины на земле увеличились, и из них вырвалась раскаленная лава, в небо ударили языки пламени. Воздушные смерчи, которые несколько секунд назад били по защите, внезапно подхватили пламя и, раскручивая его все сильнее и сильнее, превратились в огненные вихри.

– Сгорите все! – рыкнул Рус, выпрямившись и указав на противников.

Вихри, охваченные силой юного пироманта, подчинились и двинулись на противников, совершенно не реагируя на призывы и попытки вернуть контроль мага воздушника.

В этот момент темная защита вокруг них задрожала и исчезла. Рус повернулся назад и увидел, как пошатнулась Тук и завалилась лицом вперед от перенапряжения. За ее спиной стояла перепуганная Луна.

Сам ученик пошатнулся и упал на пятую точку. Силы покидали его, но он прекрасно видел, как к нему бежит сестра, с ужасом оглядываясь на происходящее вокруг.

Языки пламени, жуткий жар, дым, огненные вихри на заднем плане и запах тухлых яиц, бивший в нос.

– Рус, с тобой все в порядке?

– Все в порядке, – кивнул юный пиромант и сморщился от мысли, что им надо отсюда как-то выбираться. – Все хорошо…

– Что это было? Это ты сделал?

– Я, сестренка, я… – кивнул Рус. – Только я еще не понял, что именно…

Глава 18

Роуль довольно улыбнулся и еще раз провернул блюдо, на котором стоял высокий торт. Сверху находились большие спиралевидные конусы из безе, а посередине торчал шоколадный прямоугольник, на котором было нацарапано «Спасибо за Луну».

– Да, – с довольным выражением лица произнес Роуль. – Определенно да!

– Вы ведь не съедите его целиком, – хмурясь, спросила Луна, сидевшая рядом с упырем.

– Это почему еще? – не глядя на девочку, спросил Роуль.

– Он слишком большой для вас.

– Ты недооцениваешь мои гастрономические увлечения, – с улыбкой произнес упырь. – Я смогу его съесть даже за один укус.

– За один?

– За один, – кивнул Роуль.

– Но тогда какой в этом смысл? Вы ведь даже вкуса не почувствуете.

Роуль задумчиво кивнул.

– Пожалуй, тут ты права.

– Если я права, то вам нет смысла съедать все. Можно с кем-нибудь поделиться, – намекнула Луна.

– Да, – кивнул упырь и громко произнес: – Хойсо! Хойсо, я знаю ты меня слышишь!

Черт вышел из тени и с довольным видом подошел к столу.

– Ты все-таки вспомнил обо мне, – с деловым тоном произнес он. – Рад. Я думал ты про меня забыл. И да, я согласен на подобный вид компенсации. Все-таки находиться в окаменевшем виде было крайне неприятно.

– Я рад, что ты рад, – улыбнулся в ответ Роуль и выпустил длинный и тонкий коготь. – Но я бы предпочел есть торт, а не раскланиваться во взаимных комплиментах.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Роуль аккуратно отрезал приличный кусок торта и положил его на тарелочку, которую поставил перед Луной.

– Барышня, в качестве комплимента за самообладание в процессе обучения нерадивого ученика, вам полагается презент…

– А вон те помадки…

– Вот если бы вы еще заставили брата готовить торты побольше, то вам бы досталась и помадка, – кивнул упырь и пододвинул торт без одного кусочка к себе. – Но так как все остальное выполнил я, то считаю подобное разделение торта справедливым.

– Я… а как же… – не верящими глазами произнес Хойсо. – Я…

– А тебя я позвал, чтобы ты, мой великолепный друг, смог осознать свое пагубное воздействие на моего ученика…

– Ты! Ты! – начал хватать ртом воздух старый друг. – Я для тебя… а ты!

Тут терпение черта кончилось, и он закричал, указывая пальцем на своего друга.

– Я вел для тебя расчеты! Мы разработали подход, благодаря которому мы научились тормозить время, а ты вообще обратил меня в камень! И после всего этого ты зажал мне какой-то кусок торта?!!

– Ой, давай без этого, – сморщился упырь и осмотрел оставшийся торт. – Вклад в эту технику по большей части мой.

– Что-о-о-о-о?!!

– Признайся, ты никогда бы вообще не додумался до того, чтобы останавливать время, – произнес упырь и отрезал от торта крупный кусок. – Ты молодец и отлично все просчитал, но сам принцип и идея – моя заслуга.

– Ты надменный, самодовольный нарцисс! – заявил Хойсо.

– А ты зануда, – показал ему язык упырь и закинул в рот кусок торта целиком. – А ефе ты вуткий сноб. Помниф, фто ты мне тогда фкавал на мою идею тормозить время?

– То, что ты спятил, – буркнул черт, сложив руки на груди.

– Вот и выходит, что не было бы моей идеи, и ты бы никогда до такого не додумался.

– Это так и осталось бы очередной безумной идеей, если бы я не сделал расчетов! – возмутился старый друг.

– Ну, знаешь, – покачал головой Роуль, отрезая очередной кусок. – Посчитать мог и я. Пусть дольше, пусть с ошибками, но это не те расчеты, которые были за гранью возможного.

– Ах вот как ты заговорил, – с прищуром произнес Хойсо.

– Да, я мог фпрфится фам! – заявил упырь, засунув в рот целый кусок торта. Он прожевал его и продолжил: – Ты существо цифр и формул, но никак не идей! Именно поэтому ты просчитал, что у ребенок Тук проявится дар еще до рождения, а я этого не считал.

– Причем тут ребенок Тук?

– При том, что я следил за ее ребенком. Он уже испускает слабый поток нейтральной силы.

– Как поток, – хлопнул глазами черт. – Почему нейтральной?

– Может, потому что… он в утробе матери? – развел руками Роуль. – А может, у нее родится самый сильный и могучий маг стихии… никакой?

– Что за чушь, – фыркнул Хойсо. – Такого не может быть! Если он…

– Ты ведь помнишь свои слова, когда я пришел к тебе с предложением остановить время? – деловым тоном произнес упырь, изобразив на лице снобское выражение.

– Допустим… это возможно. Только тогда получается, что… – старый друг облизнул губы и опустил взгляд на торт.

Многие бы подумали, что он отвлекает упыря и пытается усмирить его внимание, чтобы кинуться к торту, но, к сожалению, Хойсо был жутким фанатом. Фанатом расчетов, формул, выверенных и сложных ходов для достижения своей цели. Именно поэтому перед глазами темной сущности мелькали формулы и цифры. Он погрузился в пучину размышлений, расчетов и аксиом, не имеющих никакого отношения к торту.

– Мне нужно посчитать, – безэмоциональным голосом произнес черт и в два шага ушел в тень, оставив на кухне у Руса Луну и Роуля.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

БУДУ-ДУМ!

– М-м-м-м? – вскинул брови учитель. – А я думал, они сдулись.

– Простите, а долго они еще будут нас штурмовать?

– Пока не возьмут, – пожал плечами упырь. – Или пока их не спалит твой брат.

– Мой брат очень сильный, – авторитетно заявила Луна.