Сергей Мусаниф - Возвращение чародея

– Убеди меня, красавчик.

– Я тебя поцелую.

– Куда?

– Куда скажешь.

– Заманчивое предложение.

– Оно действительно только две минуты. Думай быстрее.

– Шантажист, – заявила я. – Слушай, а если серьезно… ты хорошо рассмотрел местных красавиц? Я по сравнению с ними замухрышка.

– Что за бред? – Он отложил трубку и лег на пол рядом со мной. – Ты – самая прекрасная из женщин.

– Наверное, ты всем девушкам это говоришь, красавчик.

– Ага, так и говорю, – согласился он. – Подхожу эдак невзначай и говорю «Карин – самая прекрасная женщина на свете».

– Врун.

– Ладно, не говорю. Зато я очень выразительно молчу.

– Не лежи на полу – простудишься.

– А ты?

– А я привыкла. Я закаленная.

– Я встану отсюда только вместе с тобой.

– Вот я и говорю – шантажист. Что ты думаешь о Доране?

– Он очень умный, – сказал Ринальдо. После того как Доран был чуть ли не насильно выпровожен из королевского кабинета, мы втроем проговорили еще часа два. Точнее, говорили в основном Ринальдо и Исидро, я больше слушала. – Возможно, даже слишком. Он может быть опасен.

– По-моему, он искренне рад твоему появлению.

– Это и настораживает.

ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ,

в которой главный герой встречается с мастером над оружием и выслушивает старые сказки, после чего ему предъявляют обвинение в наивности

Во время позднего завтрака снова приперся Доран и без приглашения уселся за стол. Он был наглым малым, но почему-то мне нравился, вопреки любым доводам разума. Парень старше меня на семьдесят лет, но по понятиям эльфов мы являемся ровесниками – нам не стукнуло и ста лет. Доран и вел себя как мой ровесник, иногда даже как надоедливый младший брат. Но при этом он все время улыбался, и долго злиться на него я не мог.

– А вы не такие уж ранние пташки, ваши величества, – заметил Доран и налил себе кофе. Завтрак нам сервировали на террасе, с которой открывался прекрасный вид на Остров Владык вообще и окружающий дворец сад в частности. Я намеренно разогнал всех слуг, потому что это была последняя возможность побыть с Карин наедине, прежде чем меня до самого вечера поглотят государственные дела. Вмешавшись в трапезу, Доран испортил наш тет-а-тет, но, как я говорил выше…

– Что-то случилось или тебя в другом месте просто не кормят? – спросил я.

– Лорд Аларик вернулся, – сказал Доран. – Мне говорили, ты хотел его видеть.

– Кто говорил?

– Папаша.

– И где он?

– Папаша – на своем рабочем месте, где же еще.

– Где Озрик, я догадываюсь. А где лорд Аларик?

– Ждет аудиенции и слоняется по коридорам, – сказал Доран. – Если тебя интересует мое мнение, гнусный он тип.

– В каком плане?

– Прямой, как палка, и простой, как гвоздь. Что на уме, что на языке – все едино. Не люблю я таких парней, слишком они скучные.

– Зато ты веселый. За себя и за того парня.

– Это ты поднял мне настроение, кузен, – сказал Доран. – Ты – как луч света в нашем темном царстве. Свежий ветер, так сказать. Новое течение, цунами, сметающее прогнившие постройки старых порядков…

– Хватит, я уже уловил суть, – сказал я. – Чем ты вообще занимаешься во дворце?

– Хожу всюду, пристаю ко всем со своими разговорами, – сказал Доран. – Сую свой длинный нос в разные дела… Всего понемножку.

– Тогда пойди и для разнообразия займись чем-нибудь полезным.

– Например? – оживился Доран.

– Ты умный, сам придумаешь.

– Я дурак, – сказал Доран. – Придумай лучше ты.

– Кто чистит королевские туалеты? – поинтересовалась Карин.

– Ой, – сказал Доран. – Знаете, я как раз вспомнил про одно очень важное дело, так что я уже ухожу. До свидания, ваши величества. Желаю вам обоим хорошо провести день.

– Клоун, – фыркнула Карин, когда он ушел.

– Никогда не доверял человеку с толстым слоем грима на лице, – сказал я. – Клоуны опасны. Они смешат тебя, но ты никогда не знаешь, о чем они думают на самом деле.

– Узнаю речи Мигеля, красавчик.

– Он взялся за мое обучение чуть ли не с трехлетнего возраста, – вздохнул я. – Двадцать чертовски долгих лет… Удивительно, что я вообще не сошел с ума.

– Ты прекрасно держишься, красавчик.

Гавейна я отправил отдыхать. Все равно здесь от него не было никакого толка – любой эльф зарубит его с первого удара. Для защиты мне вполне хватит одного Гарланда. Скорее, даже не для защиты, а для создания соответствующего антуража, ибо пока нападать на меня никто не собирался, и окружающие в один голос говорили о том, что мне ничего не угрожает. Непонятно, почему я так беспокоился перед отплытием?

На разговор с лордом Алариком я распорядился позвать и своего наставника в магических делах, а Карин попросил остаться в спальне или погулять по саду. Не то чтобы у меня могли быть от нее какое-то секреты просто… Мне показалось, что так будет правильно.

Мастер над оружием Зеленых Островов ворвался в кабинет стремительно, как брошенное опытной рукой копье. Он замер на пороге и, согласно традициям, преклонил одно колено, ожидая, пока я позволю ему встать.

Я думал, он будет похож на Мигеля, но ошибся. На его лице не было ни единого шрама. Мастер меча был высок, статен, длинноволос, в наличии имелись обе руки… На поясе лорда висел короткий кинжал.

– Я ждал этой встречи, – сказал я, разрешив ему подняться на ноги, но не предлагая сесть в кресло.

– Готов служить вам, ваше величество.

– Говорите мне «сир», – в который раз попросил я. – Что касается вашей службы… Не так давно вы направили ко мне Пятнистых Лиан. – Присутствующий при разговоре Гарланд всегда обижается, когда я называю его соратников «убийцами», хотя это их основное занятие. Наверное, так может обидеться художник, которого назвали рисовальщиком.

– Да, сир. Направил.

– Не хотите объясниться? – поинтересовался я.

– Я приношу свои глубочайшие извинения за эту ошибку, – сказал лорд Аларик. – Мы не знали, что речь идет о нашем короле.

– Позвольте полюбопытствовать, о ком же шла речь? Наверное, об очень значительном парне, если вы решили отправить за его головой полноценную девятку.

– Могу ли я сначала спросить, где мои солдаты?

– Вот, – показал я на Гарланда. – Его заслуга, что ваша ошибка не стала для меня фатальной.

– А остальные? – спросил мастер над оружием.

– Я убил остальных, сэр, – сказал Гарланд. – Они мне не поверили.

– Вы набираете в элитные отряды идиотов, лорд Аларик? – поинтересовался я. – Они видят перед собой своего короля, но оказываются не способными поверить собственным глазам.

– Я… не могу этого знать, сир.

– Плохо, – сказал я. – Плохо, что вы не можете этого знать. В любом случае, Гарланда я у вас забираю, отныне он служит моим личным телохранителем.

– Хороший выбор, сир.

– Спасибо, – язвительно сказал я. – Итак, что по поводу вашей ошибки?

– Все эти годы мы продолжали искать Повелителя Молний, сир, – сказал лорд Аларик. – Видите ли, мы искали меч, а не его законного владельца, считая таковым принца Озрика… Мы не знали о вашем существовании и исходили из предположения, что меч был похищен. Один из наших источников информации в Вестланде сообщил, что чародей, называющий себя Рико, является нынешним обладателем Повелителя Молний, и я отправил солдат, чтобы вернуть символ власти на острова.

– А вам не приходило в голову, каким образом чародей, называющий себя Рико, способен контролировать артефакт, дающийся в руки только наследнику рода Финдабаиров?

– Приходило, сир. Тот же источник показал, что Рико… то есть вы, владеете Перчаткой Контроля.

– И вы поверили?

– Мы отчаялись в поисках, сир, и готовы были поверить во что угодно.

– Перчатка Контроля – это сказка для очень маленьких эльфийских детей, – сказал я. – Придет злой дядя, убьет нашего короля и украдет его меч.

– Это не совсем так, – сказал Исидро. – Каждая сказка основывается на реальных фактах, но за давностью лет многие склонны забывать об их реальности.

– Да ну? – удивился я. – Перчатка Контроля – это не миф?

– Существует легенда, согласно которой Повелитель Молний является одним из пятнадцати волшебных мечей, каждый из которых имеет свои особые свойства и не может передаваться из рук в руки, сам выбирая себе владельца, – сказал Исидро. – Имена всех мечей неизвестны, но среди них есть такие, как Владыка Бурь, Клинок Времени, Призрак Ночи, Валькирия и Дарящий Погибель. Эти мечи были разбросаны по разным мирам нашей Вселенной, и у каждого из них своя судьба и свое предназначение. Только могущественный чародей, владеющий Перчаткой Контроля, созданной одновременно с мечами и позволяющей владеть любым из них, сможет собрать все мечи воедино. Это следует сделать в особом месте, и тогда пятнадцать клинков сольются в один, наделяя чародея невиданным доселе могуществом.