Лорд моей мечты (СИ) - Силаева Ольга

На мгновение мне сделалось её жаль. Возможно, я и впрямь перегнула палку. Эта ложь про то, что тётя стала причиной дуэли… слишком уж сильный удар ниже пояса.

Но сейчас я защищала себя и мужа. Семью. А тётя моей семьёй больше не была.

В следующую секунду тётя Фрина выпрямилась. И улыбнулась.

– Это неслыханные выдумки, которым никто не поверит, – ласково произнесла тётя, делая шаг ко мне. – Особенно в твоём состоянии. Все знают, насколько ты расстроена.

Я пожала плечами:

– Ты готова рискнуть?

– Тебе никто не поверит, – повторила тётя твёрже. – И я бы на твоём месте сильно подумала, прежде чем отталкивать меня. Лайен погиб, у тебя больше нет отца, но у тебя всё ещё есть семья.

Я устало вздохнула:

– Правда? Сдаётся мне, её уже нет.

– А твоя мать? – голос тёти вдруг зазвенел. – Ты о ней забыла?

Вот тут я открыла рот:

– Что-о?

– Твоя мать жива, Лиззи, и она уехала в Аккару. Теперь, когда у меня есть связи, я могу помочь тебе её найти. Ты ведь этого хочешь?

Я смотрела на тётю, окончательно опешив.

– Что это вообще за семейная атака по всем фронтам? – только и сказала я.

Тётя глубоко вздохнула:

– Милая, ты же понимаешь, что Майя не остановится. Она спит и видит, как бы заполучить твоего мужа. Я предлагаю тебе свободу и даже встречу с матерью. Более того, милая, ты получишь отступное и станешь очень богатой.

Очень богатой? Интересно, не за счёт ли лорда Танниса будет эта пирушка? И не захочет ли тётя поживиться за компанию? Впрочем, глупый вопрос. К гадалке не ходи, набьёт карманы ожерельями и ещё и хлебцев из буфета стащит – просто потому, что можно. Ещё и сыра с белой плесенью захватит.

Ну нет. Чёрт с ними, с ожерельями, но за сыр я буду драться до последнего.

– А если ты будешь упрямиться, – с нажимом сказала тётя, – и продолжать свои глупые нападки и обвинения… Хмаль не остановится ни перед чем, чтобы отомстить за своё унижение. Рядом с Тео тебе оставаться не стоит, иначе ты снова пострадаешь, – она понизила голос, – или на тебя нападут. Сама понимаешь, с какими целями. Тебе мало было трагедии с пыльцой? Хочешь, чтобы на тебе разорвали одежду где-нибудь в тёмном переулке и бросили на землю или и того хуже?

В её взгляде была невысказанная угроза. «Тебя просто убьют», – говорили её глаза. Да какого чёрта эта Майя так лезет к моему мужу? Её отцу настолько нужны деньги?

Впрочем, опять глупый вопрос. Кто же упустит сделку века? И кто же откажется отомстить девчонке, из-за которой эта сделка срывается?

А тётя играет на их стороне. В этом я не сомневалась ни секунды.

Меня вдруг охватила злость. В пансионе я никогда не была пай-девочкой, но и не лезла в склоки ни с мадам, ни тем более с юными аристократками. Пары драк хватило, чтобы никто ко мне не приставал.

Я не дралась давным-давно. Кажется, пора вспомнить этот урок.

– Ты меня не поняла, – произнесла я чётко и раздельно, глядя на тётю сквозь непрозрачную вуалетку. – Моя угроза рассказать всем, что я подозреваю тебя во всех смертных грехах, – не пустые слова. Это то, что я скажу прямо сейчас, вернувшись в общий зал, и это минимум того, что я сделаю. У меня нет никаких доказательств, это так. Но через пять минут тебе будет запрещён вход и въезд в правительственный квартал, а через час в столице будут знать, что я отказала тебе от дома, что я виню тебя за то, что ты оставила меня без гроша, и считаю, что ты была причиной смерти отца. И в этот раз убить лорда Танниса на дуэли не удастся, знаешь ли: ведь все будут знать, что ты уже погубила собственного брата ради мести.

Глаза тёти расширились. Её лицо исказилось.

Кажется, она наконец-то поняла, что я не шучу.

– Ты… – выдохнула она. – Этому никто не поверит! Этого не было!

Улыбчивой маски больше не было. На меня плеснуло яростью и страхом. Настоящим, без дураков, животным страхом – и я почувствовала, как мои ноги прирастают к земле. Потому что по лицу тёти я без сомнений, совершенно однозначно поняла, что ударила в точку. Что она притворялась до последнего, но не выдержала перед угрозой разоблачения.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Это было немыслимо. Невозможно. Но глаза тёти и все мои инстинкты кричали, что это так. Она наконец сбросила личину, а я… я перестала быть так чудовищно слепа.

Из-за неё отец был убит. А я не верила. Все эти годы – не верила.

– Тебе никогда этого не доказать! – прошипела тётя. – Моё слово против твоего, девчонка. Попробуешь сказать что-нибудь – я тут же выставлю тебя сумасшедшей. А Тео никогда не осмелится выступить публично, чтобы подтвердить твои слова.

– Ну почему же это не осмелится? – раздался спокойный голос.

Я обернулась.

Лорд Таннис сидел в своём кресле, безупречный и элегантный, как всегда. И с лёгкой иронией смотрел в лицо тёте.

Их первая встреча после того, как она послала его на смерть. Его – и отца.

– Так это правда? – поинтересовался он. – Да, пожалуй, правда. Кто ещё мог заставить Лайена прийти в такую ярость? Только его единственная сестра. Он и впрямь не стал бы драться со мной до смерти из-за кого-то другого.

– Ох, чёрт… – прошептала я.

Только сейчас я по-настоящему поняла, глядя на него: если бы не тётя, если бы не её желчное и страшное желание отомстить, отец был бы жив, а мой муж стоял на своих ногах! Она убила отца, она вышвырнула меня из дома, так что муж был вынужден оплачивать моё обучение, она!..

Я сжала кулаки и шагнула вперёд.

Но тётя лишь рассмеялась:

– Тео! Так вот как ты выглядел все эти шесть лет! Майя говорила мне, но я мечтала убедиться сама. Беспомощный, беспомощный калека… но всё ещё красивый. Годы тебе идут. Как жаль, что ты не можешь встать, чтобы поцеловать мне руку.

– Или дать пинка под зад, – согласился лорд. – Крайне неджентльменское поведение, впрочем.

Он пристально смотрел на тётю, а тётя Фрина не отрывала взгляда от него. В её голосе была весёлость, но наигранная: она глядела на него с какой-то потерянной жадностью.

Мне вдруг стало весело – дурацкой, истерической весёлостью.

– Слушайте, ну это кошмар какой-то! – выдохнула я, глядя на лорда. – Хватит семейных воссоединений со злодеями, никаких больше тёть, бабушек и троюродных сестёр! Мне это чертовски надоело!

Губы тёти Фрины искривились в горькой усмешке:

– Ты такая же, как он, да? Тебе плевать на мои чувства, плевать на то, через что я прошла, плевать на свою семью. – Она бросила на меня уничтожающий взгляд. – Он бросит и тебя. Думаешь, я не знаю, что у тебя под вуалью? Да ему противно глядеть на твоё лицо! Ты ему не нужна, как и я. Ты никогда не будешь ему нужна!

Я с сожалением посмотрела на тётю.

– Когда я вернулась в столицу, мы с тобой могли бы начать всё сначала, – сказала я негромко. – Действительно могли бы.

Я улыбнулась и шагнула к мужу, встав рядом с его креслом:

– Но как хорошо, что мы этого не сделали.

Я бросила взгляд на мужа. Пожалуй, пора завершать эту сцену.

– Реми! – громко позвала я.

Реми немедленно появился на галерее.

– Проводите госпожу Чилтон и убедитесь, что она покинула квартал и не появлялась здесь снова, – чётко произнёс мой муж. – Надеюсь, она не воспользовалась случаем, чтобы заглянуть в наши документы?

Что-то похожее на триумф промелькнуло в глазах тёти. Но Реми лишь покачал головой, подошёл к тёте и очень настойчиво взял её за локоть.

– Идите, – решительно сказала я. – И лучше не останавливайтесь, чтобы выпить чаю. Я ведь права и в этом, да? Признайся, именно ты рассказала Майе? Ты знала, что у меня аллергия на ванильную пыльцу, знала, потому что эта аллергия была у мамы. Больше рассказать ей было некому.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тётя не произнесла ни слова. Но её губы чуть дрогнули.

И это было признанием.

Реми повёл её вон из галереи. Створки дверей захлопнулись за ними.

В следующий момент лорд Таннис улыбнулся мне.

– Знаете, – произнёс он, вдруг приподнимаясь, – я вдруг почувствовал себя гораздо лучше.