Я стираю свою тень - 4 (СИ) - Панченко Сергей Анатольевич

— Да наделаете себе еще сколько угодно сыновей и дочерей, и ваша боль утихнет в любви к ним. Поймите, мы втроем могли бы создать костяк нового общества. Благодаря нашим улучшениям у нас было бы преимущество, позволяющее иметь непререкаемый авторитет среди поселенцев. Наши знания поставили бы новое общество над миром, и возможно история Земли пошла бы совсем по другому сценарию.

— Пошла бы по-другому, и мы не родились тогда. Временной парадокс, как в фильме «Назад в будущее». Раз и мы исчезли с фотографии, будто никогда и не было. Может быть, древние знали об этом больше и исключили возможность влиять на ход истории?

— Я почему-то уверена, что наши действия не изменят историю. Не могу представить, что такое возможно. Ведь это уже было, а новое будет происходить заново по другому пути.

Я вздохнул и погрузился в размышления. Душой совсем не хотелось принимать предложение Ольги. Не видел я себя среди древнего мира, более того, был уверен, что не смогу принять его со всеми вытекающими последствиями. Такое далекое прошлое, все равно, что другая планета. Депрессия и уныние были обеспечены мне до самой смерти. Только «здравомыслие» привыкшее полагаться на факты, пыталось нашептывать мне о разумности предложения Ольги. Но я не привык доверять голосу разума, потому что он привык полагаться на прошлый опыт, не имеющий в нашем случае никакой пользы.

— У вас же впереди много времени, не надо торопиться, — произнес я. — Вдруг вам на самом деле удастся что-то понять в технологиях древних, и тогда вы сможете сделать больше, чем сейчас.

— Каждый день здесь мне кажется бесконечным. Я уже не знаю, какое занятие себе придумать. Мои «терпелки» на исходе. Боюсь, могу сорваться на ком-нибудь и нечаянно забить насмерть. С такой репутацией мне точно не организовать исход с Луны. — Ольга снова посмотрела на меня. — Хотела увлечься тобою для разнообразия, но поняла, что вы с Айрис любите друг друга по-настоящему. К тому же у вас модификации. Да и не в моем ты вкусе. — Она усмехнулась.

— Ой, можно подумать, ты прям универсальная «открывашка» мужских сердец. Видела бы ты Айю, сразу бы поняла, кто создан пленять красотой.

— Робота? — удивилась Ольга.

— Ну, да, робота. Ее создатели знали всё о гармонии и красоте.

— Какой ужас, Гордей, пленяться искусственным созданием. Ты, видимо, переел синтетической пищи и перестал отличать натуральное от искусственного. — Ольга изобразила на лице гримасу брезгливости.

— Я говорил о ее форме, а не содержании. По наполнению с моей Айрис никто поспорить не сможет. К внешней красоте привыкаешь быстро, а от внутренней получаешь удовольствие всегда.

— Ты меня оскорбил, назвав уродливой внутренне?

— Знаешь, внутренняя красота, в отличие от внешней, пластична и ты сама себя можешь сделать какой захочешь. Ты помогла нам и стала красивее. — Тактично вышел я из положения.

Медицинское оборудование затихло. Крышка модуля отъехала к ногам Айрис. Я поднялся и нагнулся над супругой. Ее губы больше не были такими бледными. Взял теплую ладонь жены в руки. Она медленно открыла глаза, долго смотрела на меня, словно не могла вспомнить, потом тихо произнесла:

— Это было на самом деле?

— Что ты помнишь?

— Стрелу, попавшую мне в грудь.

— Да, было. Айя остановила кровотечение и вызвала тарелку. А Ольга разрешила использовать модуль. Спасибо им всем. Ты теперь пойдешь на поправку. Как ты себя чувствуешь? Что-нибудь болит?

— Нет. Очень хочется пить.

— Да, ей сейчас нужно много жидкости, чтобы восстановить объем крови. — Ольга направилась в противоположную часть кабинета.

— Гордей. — Айрис слабо улыбнулась. — Я была там.

— Где?

— На том свете.

— И как там?

— Здорово. Очень спокойно. Не надо бояться умирать.

— Отлично дорогая, но только не сейчас. Надо хорошенько пожить, чтобы умереть с радостью в глубокой старости.

— Мне там кое-что сказали, — прошептала супруга.

Я, признаться, даже испугался за ее психическое здоровье. Сколько раз сам бывал в шаге от смерти, но никаких откровений свыше со мной не случалось.

— Что?

— Что ромб тоже хорошая фигура, — неожиданно произнесла она.

Мои подозрения только усугубились.

— Замечательно. Я попрошу Маркиза сделать тебе кулончик в виде ромба.

— Ты меня не понял…

Подошла Ольга со стаканом воды и Айрис замолчала, словно не хотела, чтобы она слышала ее. Я помог Айрис подержать бокал, чтобы она выпила воду. Ее руки от слабости двигались неловко и были еще слабы. Она допила до дна и выдохнула.

— Еще немного спиртика для механизмов и было бы совсем прекрасно, — заявила она.

Ольга усмехнулась, но отправилась за ним.

— Ромб это тоже портал, — шепнула Айрис. — Но его непросто увидеть. Он работает в обе стороны и требует активации.

— Каким способом? — Я пригнулся к жене вплотную.

— Без понятия. Этого мне не сказали.

Я не знал, как отнестись к ее откровениям, как к бреду или серьёзной информации, но делал вид, что верю всему, что она говорит.

— Будем пытаться найти ромб. Барельефы нам в помощь.

— Да. — Глаза Айрис загорелись. Еще бы, новая зубодробительная загадка. — Сейчас заправлю бак и вперед.

— Рано. Ты сама еще похожа на смерть. Надо пройти как минимум две процедуры восстановления.

— Ладно, разрешу тебе проявить заботу. — Она нежно поводила ладонью поверх моей кисти и едва заметно улыбнулась. — Что, испугался?

— Испугался? Да я уже хотел мальчишку камнем прибить и себе вены вскрыть, если бы ты умерла, и у робота не получилось бы вызвать помощь. Давай договоримся на будущее — никаких геройских поступков. Ты мать и жена, у тебя уже должно сформироваться чувство ответственности за нас. А ты до сих пор забавляешься со смертью, как с игрой какой-то. — Меня можно было понять, я многое пережил, и теперь пережитое требовалось излить наружу, чтобы не стать психом.

— Лучше бы я еще полежала в коме. — Айрис закрыла глаза. — Там было так спокойно.

Ольга подошла с мензуркой, наполовину наполненной крепким алкоголем. Я взял ее и поводил под носом супруги. Она открыла глаза и взяла емкость в руки.

— За то, что никто не умер, — произнесла тост и выпила махом половину.

Зажмурилась на несколько секунд, потом открыла глаза и выдохнула спиртовыми парами.

— Ольга, а ты знала про этот портал? — спросила у нее Айрис более бодрым голосом.

— Нет. Мы уже обсудили с Гордеем ситуацию. Если тебе будет интересно, он расскажет мое мнение о нем. Ладно, мне пора писать отчет начальству. Побудьте тут пока. Здесь есть всё, что нужно. В шкафах найдете еду и напитки, там туалет, там развлекательный модуль для нейроинтерфейса. Не выходите отсюда, пока я не разрешу. И помните, я буду знать всё, о чем вы говорите. Поэтому, просто наслаждайтесь отдыхом.

— Спасибо тебе за помощь, — поблагодарила ее Айрис.

— Поправляйся, — ответила Ольга, не обернувшись, и растворилась в невидимом портале.

— Она хороший человек, — произнесла вслед ей Айрис и, приложив палец за мое ухо, добавила. — Только завидует нам. Ведет себя как типичная одинокая женщина.

— Ее выбор, — произнес я не таясь. — Хочешь узнать, о чем мы говорили?

— Еще бы. — Айрис приподнялась, чтобы послушать меня.

— Тебе еще рано напрягаться. Ложись и слушай.

Она с большим облегчением уронила голову на мягкий выступ стола. Я рассказал суть нашего разговора с боссом лунной базы в свете открывшихся знаний о новых порталах на Землю. Про ее план устроить исход всего личного состава с лунной базы с целью создания продвинутого общества, гарантирующего новую историческую реальность. Айрис выслушала меня, но ответила не сразу.

— Тебе нехорошо? — обеспокоился я ее молчанием.

— Нет, мне нормально. Я просто мысленно представила, каково будет нам, если вы останемся в этом времени.

— И?

— Нам будет тяжело на первых порах смириться, но придется. Никаса воспитают дед с бабкой, и на всю жизнь у него останется осадок, что его родители были не очень путевыми людьми.