Томмазо (ЛП) - Памфилофф Мими Джин

— Ох, вау, — прохрипела я. — Я та-а-а-ак впечатлена. Ты можешь изобразить Вейдера. Кажется, он тоже умер одиноким. Если бы только у него было ожерелье из пальцев.

Хватка Таяса усилилась, и я почувствовала, что мои глаза вот-вот выскочат из орбит.

«Проклятье, Чар. Придумай что-нибудь! Задень сильнее его эго!»

В сумасшедшем шквале ужасающих мыслей о том, что это мои последние вздохи, разум устремился к одной-единственной теме, которая мучила каждого мужчину на планете, даже чертовски сексуального, которые, вероятно, на наш взгляд просто не могли поступать по-плохому.

— Знаю, — выдавила я, — что ты такой только потому… что… у тебя маленький член. Но уверена, что где-то есть милая девушка, которой понравится корнишон. Говорят, у Гитлера была та же проблема, но даже ему удалось найти женщину.

Он сильнее сжал магическую хватку, а затем мир вокруг исчез вместе с поступлением кислорода в мозг. Неясный туман окутал разум, и я почувствовала, что теряю сознание.

Внезапно я снова провалился в тёмную, грязную дыру. Закричав, я готовилась к удару об воду, чего не произошло. Когда я снова открыла глаза, оказалась не в холодном, тёмном, пахучем сеноте, а лежала в своей постели. О, Боже. О, Боже. Только не снова этот сон.

Я вернулась в свою комнату в ту ночь семь лет назад. Ночь, которую я тысячу раз переживала в кошмарах — Мааскаб касается меня и режет кожу. Его кровавые глаза светятся в темноте, парализуя страхом. И когда я кричу, он кривит окровавленные губы в ужасающей улыбке. Но потом что-то происходит, и я внезапно смотрю в окно, как моя мать забивает эту тварь до смерти. Я помню несколько мгновений так, будто они были вчера. Но я так и не вспомнила, что прогнало Мааскаб. Почему он не убил меня? Тогда, как и сейчас, это для меня слепое пятно.

Полностью осознавая, что я вот-вот снова переживу этот кошмар, вцепилась в простыни кулаками. Внезапно я увидела, как что-то движется в тёмном углу комнаты, огромное тело отражало свет будильника. Чёрт. Я не могу позволить ему сделать это снова. Не могу. Но прежде чем разум смог переварить или придумать выход, его лицо нависло над моим.

— Спаси меня, — пробормотал он, с глубоким булькающим звуком. — Пожалуйста… спаси… меня…

И что мне сделать? Понятия не имела, но увидела шанс и воспользовалась им. Потянулась за лампой и замахнулась в его голову, но та приземлилась прямо ему в ладонь. Как и во все другие разы, когда я переживала этот момент заново, его отчаяние превратилось в ярость. Он схватил меня за волосы и швырнул на пол. Я закричала, когда он вытащил из-за пояса большой нож и направил его на меня, будто собирался разрезать. Но так этого не сделал.

Нож остановился в сантиметрах от моего тела, и он радостно рассмеялся, наслаждаясь каждой унцией страха, который вызвал.

— Я буду наслаждаться, — сказал он низким, хриплым голосом, опускаясь на колени рядом со мной.

Затем я почувствовала его ледяные руки, когда он разрезал мою ночную рубашку, поцарапав мою кожу в процессе и пустив кровь. Его глаза загорелись садистской радостью, будто он питался моей болью и черпал из неё силы.

«Борись с ним, Чар! Сопротивляйся».

Но меня удерживала невидимая привязь.

Он положил руки на мою обнажённую грудь, и, зная, что произойдёт дальше, я снова попыталась отбиться, но смогла лишь издать очередной крик. Внезапно зажёгся свет, и я услышала женский голос, эхом разнёсшийся по комнате.

— Эй, мистер Скабби. Сейчас тётя Симил даст тебе ровно пять целых пять десятых секунд, чтобы убрать свои мерзкие лапы от этого человека, или я отрежу тебе член и скормлю его тебе.

Посмотрев на дверной проём, я увидела странно выглядящую рыжую девушку в розовой маске для подводного плавания вместо повязки на голове. Симил?

«Это была чёртова Симил?» — подумала я про себя, наблюдая за воспроизведением воспоминания, словно зритель в собственном адском кошмаре.

— Одна крошечная маленькая богиня меня не пугает, — сказал он, поднимаясь.

Симил хихикнула в потолок.

— Во-первых, — она подняла указательный палец, — я буду пугать, потому что со мной ты столкнёшься, когда твоё время на этой сумасшедшей планете закончится. И я позабочусь о том, чтобы ты отправился в какое-нибудь особенное место, например, на вечное клоунское родео с анальными пробками. Во-вторых. — Она подняла второй палец. — Этот момент наступит намного раньше, чем думаешь, но я знаю, как люди ненавидят спойлеры, поэтому просто говорю это и думай, как хочешь. И, в-третьих, — она подняла третий палец, — твои пять целых, пять десятых секунд истекли. — Что-то — или кто-то в белом бросилось на Мааскаб, и он пролетел через всю комнату, с громким стуком ударившись о стену! — Ой! И, в-четвертых, я никогда не прихожу одна. — Симил подняла руки, чтобы изобразить международный символ тачдаун.

— Тебе лучше бежать, ублюдок, — сказала высокая статная блондинка, одетая в белое мини-платье в стиле 60-х. — Хоть я и Богиня Забвения, у меня есть около двадцати других удивительных способностей, и одна из них включает в себя телепатически удалять мужские половые органы.

Мааскаб поднялся и выскочил за дверь.

— Вот именно! — Симил упёрла руки в бёдра. — Захвати свою потрёпанную мошонку! — Затем она удовлетворенно вздохнула и посмотрела на блондинку. — Отлично, давай всё исправим. — Симил указала на меня.

— А как насчет Скаба? — спросила блондинка.

Всё ещё указывая на меня, Симил пожала плечами, а затем радостно улыбнулась.

— О, мать этого человека подумала, что в доме грабитель, и в настоящее время выбивает из него дерьмо клюшкой для гольфа, только… — Снаружи донёсся крик моей матери. — Вот! — весело сказала Симил. — Только что она поняла, что это не грабитель.

— Мама! — Я вскочила на ноги и подбежала к окну, придерживая руками перед сорочки.

Симил загородила мне путь.

— Э-э-э-э… ты не захочешь этого видеть. Но не волнуйся, милая Шарлотта. Я позвала старого доброго Чака на подмогу. И, конечно же, Минки всегда в режиме ожидания. С твоей мамой всё будет просто великолепно!

— Кто ты такая? — спросила я. Конечно, теперь, оглядываясь на это воспоминание, я знала, что это Симил, Богиня Подземного мира. Но в ту ночь я думала, что она просто какая-то сумасшедшая Барби в сапогах танцовщицы, которая пришла спасти меня.

Симил ответила:

— Не имеет значения, кто я, потому что моя сестра заставит тебя забыть, что ты вообще видела нас, пока не наступит подходящий момент.

— Почему? И что это была за штука? Почему он напал на меня?

Затем Симил бросила на меня такой жёсткий и холодный взгляд, что я отпрянула.

— Потому что мир — запутанное место, Шарлотта. И у каждого своя роль, которую мы должны сыграть для протокола, этот момент не твой тачдаун.

Что, чёрт возьми, это значит?

Она продолжила:

— Когда придёт время, ты всё вспомнишь и сделаешь что-то очень важное. Таяс похож на Эль Чапо, отлично умеет увиливать и редко показывает своё лицо, но тебе покажет. А потом, — она хлопнула в ладоши, — бум!

— Но я…

— Просто помни, у каждого есть слабость. Даже у Бананазада. Иди, Шарлотта!

Она махнула маленькой ручкой в воздухе.

— Что за?..

Женщина в белом шагнула вперёд и схватила меня за плечи.

— Ладно, милая, расслабься. Я дам тебе лёгкую дозу, так что это не будет постоянным.

Моргнув, я обнаружила, что просыпаюсь в мерзкой клетке, лежу на грязной земле джунглей, горло саднит, а трахея болит.

— О, хорошо. Ты очнулась.

Подняв глаза, я увидела, что Таяс всё ещё стоит там, протягивая когтистую руку. О, боги. Что это было? Все эти годы я верила, что монстр совершил немыслимое и что никого не было рядом, чтобы помочь, тогда как, на самом деле, меня заставили забыть. Я не могла понять почему, кроме того, что Симил хотела, чтобы я попала сюда и сейчас. Чтобы сделать именно это.