Дмитрий Беразинский - Приключения в мире «Готики»

Я подумал.

— Вполне возможно. Вот только не имею ни малейшего представления, откуда мне начать мои поиски.

— Возьми вот эту карту. На ней отмечено место, где находился магический Юнитор. Думаю, что искать следует там.

— Я разыщу его, где бы он ни был! — после этих моих слов в воздухе повисло ожидание. Юберион вновь вернулся к своим мыслям, и над ним зашевелилось опахало. Видно, Просвещенному было жарко от размышлений.

Выйдя их Храма, я вытащил карту и уперся взглядом в предполагаемый маршрут. Так! Если верить местному Министерству геодезии и картографии, то лежбище магического Юнитора располагалось прямо над моей головой. Подняв вышеуказанный орган, я скептически поджал губы. Прямо передо мной располагалась почти отвесная скала, которую впору штурмовать скалолазам, а где-то там высоко росли деревья. Метров семьдесят высотою… однозначно, придется идти в обход.

Снова укуренные Стражи наблюдали мою удаляющуюся спину, а я экономичным легким шагом отправлялся за поисками новых приключений на собственную задницу. Зверюшки откуда-то повылезали… совсем потеряли страх! Вытащив свой новый меч, я опробовал его в деле, отправив к праотцам троих крысокротов, ящера, двух шершней и падальщика. Хорошее оружие! С первого удара мне удалось отрубить ящеру хвост. По всей видимости, ящер ничего не знал о регенерации, поэтому расставания с собственным хвостом не вынес и издох в безмерном удивлении.

Вот и лес, где на опушке в небольшом углублении дрыхнет мракорис. Самого зверя мне не видно, но храп его способен свести с ума более чувствительную личность, чем ваш покорный слуга. Мне тоже не доставляет удовольствие слушать это локомобильное пыхтение, поэтому я оставляю опушку леса далеко слева, жмусь к скале и иду точно по нарисованному маршруту. Юберион обещал, что крупных зверей здесь не водится. Это уже хорошо. Зато издалека видно, что солнечную полянку, расположенную прямо на моем пути, облюбовала эскадрилья падальщиков и мирно пасется, пощипывая травку.

Прошли те времена, когда я задумывался о том, как бороться против этих трупоедов и выманивал их из стаи поодиночке. Точно могучий вихрь пронесся по полянке, срубая глупым птахам головы и отрубая ноги. Едва прошло половина минуты, а птички уже закончились. Вернее, скончались. Пусть гринписовцы назовут меня проклятым убийцей — мне нужно было пройти через это место. Были бы эти пернатые поумнее — убрались бы с моей дороги. Как там говаривал покойный Горец? «Выживет только один!» Так я и выжил — какие проблемы?

Полянка мне настолько понравилась, что я немного побродил по ней, собирая ягоды, грибы и целебные травы. Они росли здесь в изобилии, а падальщики их игнорировали. Что же вы хотите от птичек, чей разум недалеко ушел от куриного? Я закончил «сбор урожая» и отправился дальше — где виднелась узкая полоска неба, и ветер доносил до меня горьковатый запах моря. Вскоре на моем пути выросло некое сооружение, предназначение которого для меня так и осталось загадкой. Небольшой (метра полтора в диаметре) каменный круг с постаментом. Хотя чего тут гадать? Вот на этом постаменте что-то лежало, вполне возможно, что и пресловутый магический Юнитор. Нынче же он одинокий и пустой, ибо сразу за ним стоит юноша в робе Послушника и злобно смотрит на меня. По всей вероятности, это и есть Нирас.

— Чего тебе здесь нужно? — спросил он меня недружелюбно.

— Я ищу Юнитор. Он должен быть где-то здесь.

— Ты опоздал. Юнитор нашел я. И знаешь что? — Нирас злобно засмеялся, — я решил оставить его себе.

Мне оставалось лишь глупо улыбаться и глядеть на него. Слева на поясе у него болтался «Стальной язык» — грозное оружие в руках умелого бойца. Интересно, Нирас — умелый боец или обычный придурок? Подозреваю, что придурок. Он же, не догадываясь о моих мыслях, продолжал разглагольствовать дальше:

— Мне было видение, в котором Спящий мне сказал оставить этот Юнитор у себя! Ты понял?

— Не бери меня на «понял», понял? — огрызнулся я.

— Тогда умри! — заорал Послушник и, вытащив оружие, бросился на меня.

Маленький кровожадный засранец… даже у обычного придурка и то получилось бы лучше. Чего ж вы хотите от организма, одурманенного болотником и питающегося ежедневными рисовыми кашами? В два счета я выбил у него из рук «Стальной язык» и мощным ударом сбил на землю. Затем в приступе злости принялся пинать злосчастного Нираса ногами, с каждым ударом приговаривая:

— Это тебе от Юбериона, это тебе от Спящего, это тебе от повара Снафа из Старого Лагеря, а это лично от меня!

Ребра его трещали, голова болталась, как хрен в банке, однако он себя пересилил и на последнем издыхании спросил:

— А причем… причем здесь повар?

— После того, как я с тобой покончу, побежишь к нему на откорм. В Болотном Лагере тебе делать больше нечего — свои же прибьют. А ну, отдавай Юнитор!

— Сейчас! — Нирас полез в висевший справа на поясе мешочек и достал мне некий продолговатый предмет, шестигранный по форме. Он отливал какой-то неестественной лазурью.

— Это точно Юнитор? — строго спросил я.

— Ты, что… магических камней никогда не видел? — изумленно харкая кровью, произнес Послушник, — как же тебя послали на поиски его?

— Тем не менее, я его нашел! — я любовно завернул Юнитор в тряпочку и спрятал его в рюкзак.

Нирас валялся на траве и продолжал харкать кровью. После недели пробежек по колонии ноги мои стали, как у лошади. Так и до греха недалеко. Спросил его:

— Тебя добить или… жить хочешь?

— Жить! — прохрипел он.

— А смысл? — пожал плечами я.

Тем не менее, мне стало жалко этого придурка. Послали балбеса на поиски магического артефакта, а он взял и сломался. Я оставил ему пару стеблей лечебной травы, пожелал скорейшего выздоровления и двинул в обратный путь. Сначала, правда, побродил по краю скалы, в надежде отыскать безопасное место для спуска, но ничего толкового так и не придумал. Как говорится, пять километров для коня не круг, а бегать уже вошло у меня в привычку.

Уже почти смеркалось, когда я вернулся в Болотный Лагерь. Безумно хотелось жрать, но я заставлял себя не думать о еде, пока не отдам Юнитор Юбериону. Стражи в Храме посмотрели на меня, как на родного. На их памяти ни одна живая душа не забредала к Просвещенному Юбериону два раза за день — я стремительно набирал политический вес. Скоро начнут отдавать честь, Иродово семя!

В Храме было все так же холодно, как и днем — слабые лучи солнца не в состоянии нагреть столь массивное сооружение. Юберион сидел в той же позе, в которой я его оставил, а девушка с опахалом преданно трудилась на благо Братства. Лучше бы она минет Просвещенному сделала, что ли… вот бы он удивился! Напрямую со Спящим общаться бы стал.

— Учитель Юберион, — громко произнес я, — у меня для вас две новости. Одна хорошая, а другая — не очень хорошая. С которой начинать?

— С печальной, юноша, с печальной, — улыбнулся Просвещенный. Улыбка на его лице выглядела, по меньшей мере, странно. Точно сфинкс ожил.

— Послушник Нирас сошел с ума. Он сказал, что ему было видение от Спящего, в котором он приказал ему оставить Юнитор себе.

— Разум Послушника не в силах вынести воли Спящего! — тоном опытного психиатра сказал Юберион, — только мы, Гуру, десятилетиями тренировавшие свой мозг, можем напрямую общаться с божеством. Что же ты предпринял?

— Пересчитал ему ребра! — скромно признался я, — и отобрал артефакт. Вот он.

— Отлично, юноша, отлично! — воскликнул Просвещенный, — отнеси его Кор Галому. Он знает, что с ним делать.

Я оторопело глянул на него.

— А разве я не заслужил награды?

Он спохватился и сконфуженно глянул на меня.

— Ты прав. В знак своей доброй воли я дарю тебе вот этот амулет. Он защищает от огня. Носи его с честью!

Я вышел наружу в смятении. Не понял, меня что — спутали с пожарной службой? Нахрена мне амулет, защищающий от огня? Разве что сменять его на что-нибудь более подходящее… да, благодарность Юбериона не ведает границ! Вперед, Марвин! Вперед — к Кор Галому! От одного мудака к другому!

Снова милая картина: Идол Тион задумчиво шевелит губами, а Послушники, что раньше стояли, уперев десницы в поясницы, нынче сменили фривольные позы и покоятся на коленях со склоненными головами. Тион молчит, лишь рассеянное лицо его светится в наступивших сумерках каким-то загадочным неземным светом. Что толкового может сказать этот лунатик стоящим на коленях? Или им нужно, чтобы он не говорил, а всего лишь присутствовал? Снова загадки…

Кор Галом встретил меня, как старого знакомого. То есть, стоял, повернувшись задницей, и не изволил замечать. Ну, совершенно не изволил! А если бы вместо меня взвод педрил зарвался бы? Ох, погубит когда-нибудь Кор Галома его высокомерие! Что же, обратимся к нему так, как он того заслуживает!