Лучший способ спрятаться (СИ) - Екатерина Майская

Наклонившись ко мне, он негромко сказал:

— Мой двоюродный брат, граф Вяземский-Рюмин. Очень любит ухаживать за девушками. Не женат.

— Ваше сиятельство, это вы сейчас за него беспокоитесь или за меня?

— А мне надо начать беспокоится?

— За меня — нет.

Улыбка. Молчание. Тем более, что молодой человек как раз практически приблизился к нам. Одетый по последней моде, спортивного телосложения, волосы темные, слегка вьющиеся. Синие глаза, видимо это у них семейное.

Эффектный мужской экземпляр. Вспомнилась Юлианна. Она бы такой экземпляр точно не упустила.

— Добрый вечер, братец. Не ожидал тебя увидеть на сегодняшнем мероприятии.

— Добрый вечер, Виктор. Зато твое появление вполне предсказуемо.

— Не представишь мне свою очаровательную спутницу?

— Ариадна, познакомьтесь, это мой двоюродный брат Виктор, граф Вяземский-Рюмин.

— Приятно познакомится, ваша светлость.

— Мне тоже очень приятно, Ариадна. Мой брат так редко появляется с девушками на официальных мероприятиях, что это привлекает повышенное внимание его родственников.

— Считаете, я не могу привлечь внимание сама по себе?

— Какая очаровательная леди, Ярослав! Вы правы, вы можете привлечь внимание и сами по себе. Разрешите вас пригласить на танец? Мой брат сейчас опять начнет решать рабочие вопросы, а я готов сделать все, чтобы такой милой девушке не было скучно.

— Ваша светлость?

В интонацию я попыталась вложить вопрос: лучше постоять рядом или не мешать? Виктор прав, мы здесь работаем, но вот всем остальным знать об этом необязательно. Будет странно, если девушка пришла на прием с одним кавалером, а первый танец танцует с другим. Да и время проводит тоже.

— Виктор, не торопись. Первый танец все равно — мой. А второй… Если леди согласна…

Так, мне дают карт-бланш. Стало даже интересно, покажет ли что-то мой дар. И не боится ли шеф, что я узнаю что-то семейное?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

***

Первый танец — не за горами.

— Ариадна?

Шеф протянул мне руку.

— С удовольствием, ваша светлость.

Ладони соединились. Дыхание перехватило. Пришло видение. По внутреннему измерителю неприятностей, видение — нейтральное. Поэтому отложила его просмотр на более поздний срок. У меня сейчас здесь танец! Первый!

Мы двинулись в центр зала. Ну не совсем в центр, а — нет. В центр. Шеф целенаправленно вел меня туда, где уже стояли хозяева вечера. Чем ближе к хозяевам — тем высокопоставленнее гости.

Кстати, я до этого совершенно не задумывалась насколько же родовитый у меня шеф.

И сейчас — не буду. Так спокойнее.

Нас в пансионе учили танцам. Правда в связи с отсутствием мальчиков тренировались мы все же друг с другом. Сейчас мне предстояло танцевать свой первый взрослый танец. С потрясающем партнером.

Во всяком случае, я прямо кожей чувствовала всеобщее внимание, которое он к себе притягивал. Я — так, довеском. Мужчины смотрели равнодушно или с легким любопытством, женщины же… Стоп, Милана же говорила, что граф Вяземский — один из самых завидных женихов в столице. Тем более, что свой холостяцкий статус он поддерживает уже достаточно долгое время. Несколько лет уж точно.

Просто раньше, когда на него женщины в таких количествах не заглядывались — мой мозг это не фиксировал. Ну, шеф, как шеф. Мужчина? Так большая часть начальников — мужчины. Красивый? Красивый. Ну, так я — то в него влюбляться не собираюсь! Мне достаточно того, что он справедливый, спокойный и требовательный начальник. Да, требовательный, а что? У всех свои недостатки.

Зато он мне жизнь спас, и, если сейчас надо изобразить его спутницу-однодневку — изображу. Моей репутации, после побега из пансиона и от опекуна, вообще все равно. Да и замуж я в ближайшие пару лет не собираюсь, а когда соберусь — про этот вечер уже точно все забудут.

Да и не любовницу же я здесь изображаю, а просто спутницу! Поэтому — выкидываем дурацкие мысли из головы и танцевать!

Музыка подхватила. Или шеф подхватил. Я как-то очень быстро перестала нервничать, что это мой первый взрослый танец. Особенно когда поняла, что музыкальная композиция — одна из моих любимых. Хотелось отключится полностью и просто плыть под музыку, и жесткий захват мужских рук не мешал и не стеснял.

Как же оказывается мое тело соскучилось по танцам! Все же просто физические нагрузки не компенсировали легкости, нежности и эйфории, которая захлестывает тебя, когда ты танцуешь.

Тело еще заканчивало последний поворот под музыку, а в мозг ворвалось видение, которое я пыталась отложить на более поздний просмотр. Расслабилась…

«Кабинет. Мужской. Без цветов на подоконниках, статуэток на полках и в шкафу. Но при этом возникает такое чувство высокой ценности. Я не специалист по мебели, но она, похоже, из шоссийского дуба. Судя по изумрудно-зеленым прожилкам на бежевой древесине, поверхность которой любовно залакирована так, чтобы была видна структура дерева.

Я стою за плечом у шефа, который держит бокал с вином. Второй бокал держит мужчина, чье изображение можно найти где угодно. А особенно на бумажных деньгах крупного номинала.

Так вот ты какой, император Павел IV…

А шеф с тобой спокойно вино пьет… Интересно…

— Вот теперь я готов выслушать ту очередную гадость, которую ты мне сейчас сообщишь, — император отпил из бокала, сел в одно из кресел, стоящих с трех сторон от небольшого туалетного столика и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.

— Ваше величество, обнаруженная террористическая ячейка на этот раз состоит из благополучных детей очень благополучных родителей. Почти все — с наследными титулами. Молодые люди настроены на то, что убийство государственных чиновников позволит им диктовать свою волю вам.

— Интересно, — император задумчиво помахал ножкой бокала, — интересно, но очень не вовремя…

— Большая часть из тех, с кем мы успели поработать — идеалисты. Они верят, что конкретно эти чиновники мешают империи процветать. Но так как, вы их не снимаете с постов, убийство они считают единственным способом вас заставить и донести до вас свое недовольство текущей ситуацией.

— То есть прийти и высказать — им храбрости не хватает, а убить человека, который возможно с твоим отцом по одним коридорам ходит — вполне, вполне… Ярослав Александрович, не мне тебе объяснять, что за спиной таких идеалистов обычно стоят циники. Прожжённые холодные циники, которые чего-то хотят: смены власти, в виде большей власти для себя, больше денег и опять таки — больше власти.

— Понимаю, ваше величество. У меня есть несколько ниточек.

— Каких?

— Некоторые ниточки выходят в ваше достаточно близкое окружение и в окружение наследника. Без доказательств я бы не хотел озвучивать полный список.

— Я знаю о твоей честности, неподкупности и очень светлой голове. Кого ты подозреваешь?

— Ваше