Мой злодей (СИ) - Власова Мария Игоревна

Мы подъехали к столу, я уже потянулась к тарелке, когда заметила, что Вероника стоит с таким видом, как будто сейчас заплачет.

– Сью говорила обо мне гадости? – спросила она прямо в лоб. Зависла, думая стоит ли ей говорить всю ту мерзость, что порой выливала мне в уши кузина.

– Ника, если Сью позволяла другим девочкам говорить о тебе гадости, то это означает, что она их слова одобряет. Настоящая подруга никогда не позволит плохо отзываться о своих друзьях.

Девушка шмыгнула носом, и я уже подумала, что сейчас заплачет, когда она взяла себя в руки.

– Ника? – заинтересованно спросила она.

– Ника, сокращение от Вероники, – улыбнулась ей, жалея, что нет салфеток, чтобы дать ей. – Знаешь что, Ник, а давай я тебе расскажу о нескольких способах потерять лишний вес? Немного похудеешь и уделаешь этих тощих куриц! – принялась подбадривать ее, попутно подсовывая ей тарелку с эклерами. Наесться до отвала перед диетой – это святое. Она лишь закивала в ответ.

Вечер пошёл на подъем, Вероника оказалась совсем неглупой и живо заинтересовалась диетами и тренировками, чтобы похудеть. Никогда не думала, что мой опыт в вечном похудении к лету окажется таким полезным. Но хорошо не могло продолжаться долго, ибо в какой-то момент надо мной нависла мужская фигура.

– Леди Рианна, а что это вы делаете? – спросил мой любезный доктор, когда я уже через силу, но впихнула в себя ещё один кусочек курицы. Интересно, а с собой забрать еду можно? Вон сколько ещё стоит, я бы себе на завтрак немного набрала, вот те два больших подноса подойдут, например.

– И вам здравствуйте, доктор Корте, – улыбнулась ему против желания и потянулась за ещё одним крылышком, чисто чтобы побесить доктора, не уверена, что в меня влезет ещё хоть что-то.

Вероника, увидев доктора, икнула и чуть не подавилась куриной ножкой. Пробормотав о том, что ей надо отойти, смылась, оставив меня наедине с этим костоломом. Подруги они, похоже, везде такие.

– Вы нарушили свою диету, – хмуро принялся отчитывать меня доктор. Знал бы он, сколько уже раз я ее нарушала, а сколько ещё буду нарушать…

– Диета не приговор, а этот прием не ваш кабинет, чтобы вы меня отчитывали, – холодно обратилась к нему, все же отложив крылышко подальше.

Мужчина переменился в лице, сначала побледнев, а потом его лицо побагровело. Тем не менее, он смог сдержаться.

– Ты так только вредишь себе, – сказал он совсем другим голосом, словно ему не наплевать на меня.

– Единственный кто вредит мне – это вы, – ответила с пренебрежением и криво улыбнулась. В процессе насыщения мне под руку попались парочка фужеров шампанского, так что желание поставить доктора на место так и кипело.

– Зачем ты так? – произнес вдруг Стефан, вновь изменив интонацию и глядя в сторону. – Ты же знаешь, я старался, как мог. То, что ты с собой делаешь, губит тебя и твоё здоровье.

Мать моя женщина, я уже пьяна, или он действительно переживает? Склонила голову набок, изучающе глядя на него. Мы встретились взглядами, и он сразу опустил глаза и посмотрел на меня очень серьёзно.

– Я поговорю с вашим отцом, чтобы он ужесточил присмотр за вами, – решил меня напугать.

– Заодно расскажите ему о моем признании, – сказала, с улыбкой наблюдая за тем, как все его спокойствие тут же улетучивается. – И подыскивайте себе других пациентов, а лучше вообще оставьте медицинскую практику. Лечить людей – это явно не ваше.

– Рианна! – зло процедил он и, пожалуй, сказал бы больше, если бы не появилась Сью.

– О, Стефан! Вот вы где! – выкрикнула она радостно, сразу беря его под руку. – Рин, и ты здесь.

А где мне ещё быть, я тут уже час живот себе набиваю!

– Леди Сюзанна, рад вас видеть, – он склонился и поцеловал ей руку, как требует этикет, а Сью шикарно сыграла заинтересованность и легкий румянец на щеках изобразила. Какая актриса больших и малых театров пропадает.

– Стефан, я целый вечер мечтаю с вами потанцевать, – она томно вздохнула. – Ваши поклонницы обступили вас со всех сторон, еле к вам пробилась.

Поклонницы? Это какие? Я даже с интересом принялась оглядываться по сторонам, но никого не увидела.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Леди? Вы уверены? – спросил он со странной интонацией.

– О, да, я уверена, – ещё раз томно вздохнула Сью и буквально потащила его на площадку для танцев за руку.

– Мы с вами ещё поговорим, – всего лишь бросил мне доктор, вставая рядом с кузиной.

Сью, похоже, решила играть по-крупному, клеить моего бывшего – так даже не всякий враг поступит, а тут кузина. Что же мне в таком случае предпринять? Нельзя же давать ей преимущество над собой. Уведу у нее парочку подруг и подело́м, пускай забирает себе этого Стефана. Хотя, а не жирно ей? Тогда злодей тоже мой! Легок на помине, как только о нем думаю – сразу появляется.

Молча встал в метре от меня и так же наблюдает за танцем, как и я. Красиво танцуют и музыка такая красивая. Вот бы я сплясала, если бы ноги ходили и Верку Сердючку включили.

– Завидуете? – спросил он.

– Завидую, – подтвердила без запинки и, подперев рукой подбородок, посмотрела на Сью и Стефана. – Как глупо ценить что-то, только после того как потерял, но люди, похоже, не умеют по-другому.

Сюзанна прокружилась со Стефаном всего в нескольких метрах от нас, при этом как-то наигранно смеясь и специально не смотря даже в нашу сторону. Мне уже за нее стыдно как-то. Такая красивая, а такая глупая.

– Значит, вы влюблены в доктора Корте? – задал вопрос Анри, отпивая из бокала шампанское.

– Что? – этот вопрос вызвал у меня недоуменный смех. – Нет, теперь уж точно нет. И я говорила не о нем, а о них.

Выразительно махнула рукой на свои ноги и вздохнула.

– Люди не понимают, как же это здорово – просто передвигаться самостоятельно, ходить и тем более танцевать, – с грустью посмотрела на танцующие пары. – Хотелось бы и мне тоже потанцевать.

Анри допил напиток, я понадеялась, что он уйдет и не привлечёт ещё больший гнев моей кузины, но похоже зря. Граф поставил бокал на стол, а затем, склонившись передо мной в непринуждённом поклоне, протянул мне руку, так словно…

– Потанцуете со мной, леди Рианна?

Глава 17. Фривольное па

Романтика и романтические подарки в моем понимании всегда представлялись своеобразными. Пока все девочки мечтали о подарке от любимого в виде машины или новой версии гаджета с огрызком, я мечтала совсем о другом. В подростковом возрасте, я как-то смотрела сериал о студентах, название совсем стёрлось из моей памяти, но один момент врезался в нее намертво. Парень решил вручить девушке подарок, чтобы признаться в своих чувствах. Он мог собрать все, что у него было и подарить кольцо, что, согласитесь, для признания в любви выглядит странно. Это, конечно, выглядит романтично: и в любви признался, и замуж позвал – два в одном. Но правда в том, что для начала отношений кольцо – странный и сильно обязывающий подарок. Кому такое надо о того, кого и не знаешь толком? А вдруг он целуется не очень, или она храпит? Нужно думать, прежде чем дарить что-то настолько серьёзное.

Дальше выбор у нашего студента был невелик, ибо все знают, что финансы студентов поют романсы. Он мог подарить ей цветы или что там ещё, по мнению парней, девочки любят? Но подарил коробку. Я помню ощущения, которые возникли у меня при просмотре этого фрагмента, как девушка открыла коробку, и оттуда вылетели живые бабочки, самые настоящие. Что для меня, что для нее этот подарок был настоящим волшебством. Его, конечно, не наденешь на палец и подружкам не покажешь, но те ощущения настоящего волшебства – бесценны.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Хотела бы я, чтобы и мне когда-нибудь кто-то подарил что-то подобное, подарил волшебство и сказку. Пусть я не смогу поставить такой подарок в рамку или носить в сумочке, но воспоминания о нем куда дороже подаренных цветов, что быстро завянут, телефона, который я разобью и кольца, что не приму. Однако никто мне такого волшебства не дарил, до этого момента. Это для меня, жительницы реального мира, проскакавшей козочкой на своих двоих всю жизнь, танец – это обыденность. Для Рианны он был бы больше, чем волшебством – неисполненной мечтой, и не только ее, но и отца. Даже не верится, что эту мечту, пускай и не в точности, исполнит кто-то вроде него.