Сергей Мусаниф - Первое правило стрелка

Да и божества славятся своими переменчивыми настроениями.

Как только взошло солнце, Джек предложил устроить небольшой привал и выпить кофе. Спустя десять минут весело трещал костер, кипела в котелке вода, а волшебник со стрелком наслаждались утренними сигаретами.

Гарри был благодарен стрелку за этот перекур. В последнее время он сильно уставал. Битва с зомби, разборки с сектантами и последовавший за ними марш-бросок окончательно вымотали молодого волшебника. Даже полученный ночью «левел ап» не слишком помог.

Стрелок же выглядел так, словно мог пройти еще столько же и выдержать пару дополнительных стычек как с зомби, так и с инквизитором Стефаном.

Гарри затушил окурок о траву и потянулся за кофе.

— А ты молодец, — сказал Джек. — Честно говоря, когда ты начал взывать к этому их ангелу, я думал, что ты попросту свихнулся. Я и предположить не мог, что ты способен разрулить ситуацию без стрельбы.

— Мелкие идолы слишком сильно зависят от верующих в них людей, — сказал Гарри, — и ровным счетом ничего не могут сделать тем людям, которые в них не верят. Так что это каменное чучело не могло представлять для нас прямой опасности. И избежать конфронтации было больше в его интересах, чем в наших. Скажи, а ты действительно был готов выйти и перестрелять всех сектантов? Всех до единого? До самого последнего человека?

— Разумеется, — сказал Джек. — Твое решение проблемы элегантно, бескровно и, может быть, является самым правильным решением. Но оно противоречит моим принципам и принципам моего ордена. Мы оставили за своей спиной пятьсот живых, уязвленных и озлобленных врагов. Конечно, маловероятно, что нас когда-нибудь снова занесет в эти края, но если занесет… Тогда твои переговоры нам еще аукнутся. У стрелков нет правила относительно козлов и последнего шанса. Козлы заслуживают только одного права — права на смерть.

— Милосердие чуждо вашим принципам, как я погляжу.

— Милосердие для женщин и детей. Мужчинам — воздаяние, — сказал Джек. — Ты думаешь, мы были первыми путниками, которых эти милые ребята собирались сжечь на костре? Ты статую хорошо рассмотрел? Вряд ли у нее в руке красовалась голова добровольца.

— Но ты застрелил их вождя. Разве этого недостаточно?

— Лет через пять они нападут на какой-нибудь мирный город, жители которого не разделяют их убеждений, и вряд ли эти симпатичные парни ограничатся убийством бургомистра. Тем убитым горожанам ты и будешь рассказывать о милосердии.

— И что ты предлагаешь сделать?

— Уже ничего.

— Хорошо, — сказал Гарри. — А то я уж начал опасаться, что ты предложишь нам вернуться.

— Куда это вы хотите вернуться? — громыхнул Бозел, спускаясь с небес и складывая крылья. В правой передней лапе дракон сжимал Любителя Рубок. — Маг, будь добр, верни мне человеческий облик. Не хочу привлекать внимание.

— Изволь, — сказал Гарри. Вернуть Бозелу облик человека было не слишком сложно, мозг дракона еще хранил предыдущую телесную матрицу. Гарри, даже не вставая, буркнул пару слов, и Бозел уменьшился до человеческих размеров.

— Отлично, — удовлетворенно сказал Бозел и присел к костру. Джек протянул ему кружку кофе. Стрелок ожидал дракона с минуты на минуту и вскипятил воды на троих. — Так куда вы собирались вернуться?

— К сектантам, — сказал Гарри.

— Зачем? — спросил Бозел.

— Полагаю, наш общий друг хотел их всех перебить.

— Зачем? — спросил Бозел.

— Чтобы они не убили путников, которые окажутся подготовленными к встрече с ними хуже нас.

— Зачем? — спросил Бозел.

— Что ты заладил одно и то же? — поинтересовался Гарри. В его душу начали закрадываться смутные подозрения, которые ему очень не нравились.

— Я спрашиваю, зачем возвращаться, — сказал Бозел. — Потому что возвращаться туда не имеет ровным счетом никакого смысла.

— Это еще почему? — спросил Гарри.

— Потому что я уже туда возвращался, — сказал Бозел. — Сегодня ночью, как только обнаружил, что мои запасы пламени полностью восстановились. Не мог же я нарушить слово и оставить вас там.

— И что ты сделал, когда нас там не обнаружил?

— А что может сделать дракон? — пожал плечами Бозел. — Не переживайте, пожалуйста. Ничего радикального я не сделал. Я их просто немножко… испепелил.

— Немножко? — переспросил Гарри.

— Дотла, — уточнил дракон. — В прах.

Стрелок довольно ухмыльнулся и откинулся на спину. У него сразу стало легче на душе.

У Гарри же, напротив, на душе стало гораздо муторнее. Чего ради, спрашивается, он корячился, строил из себя дурака, вызывал этого Джебраила и о чем-то с ним договаривался? Он думал, что спасает ситуацию, а вышло наоборот. Их спокойно отпустили, а чуть позже на ничего не ожидающих сектантов с небес обрушилась огненная смерть.

Разум человека устроен таким образом, что может найти оправдание любым поступкам и событиям.

На рассудочном уровне Гарри понимал, что мир жесток, сектанты сами выбрали свой путь и рано или поздно на этом пути должны им были встретиться такие вот неприятности. Он понимал, что сектанты вели себя агрессивно, что убили бы троих путников, представься им такая возможность, а потом убили бы еще много людей, повинных только в том, что не разделяли из религиозных убеждений.

Но на эмоциональном уровне оправдать смерть пяти сотен человек было гораздо сложнее, и Гарри чувствовал себя соучастником массового убийства. Интересно, что ни Джек Смит, ни учинивший расправу Бозел никаких угрызений совести не испытывали.

С драконом-то все понятно, но откуда у стрелка такая же нечеловеческая система мышления?

Наверное, подобное безразличие объясняется большим жизненным опытом и появляется с годами, решил Гарри. Старикан Горлогориус на его месте тоже не колебался бы ни секунды. Отношение старого волшебника к радикальным течениям в магии и вне ее были хорошо известны и за пределами Верховного Совета.

Стрелок собирал кухонные принадлежности в саквояж, волшебник по-пионерски тушил костер, а Бозел обозревал окрестности, когда Негоро выпал из соседних кустов с воплями и проклятиями.

— Привет всей честной компании, — сказал он, вытаскивая колючки из одежды. — Чего вы на меня так вылупились?

— Негориус, — сказал Гарри. — Вот уж неожиданная встреча!

— Так это он? — спросил Бозел, кладя руку на меч. — Задачка решается куда проще, чем мы ожидали.

— Поосторожнее с выводами, — сказал стрелок. — Если это Негориус, то зачем он сюда пришел? Сам? Без оружия?

— Очень правильная мысль, — похвалил его Негоро. — Пусть ваш волшебник проверит мою ауру, и ему сразу станет понятно, кто я такой.

— Ты прав, Джек, — сказал Гарри, завершая процедуру сканирования. — Это не Негориус. Это его дубль.

— Может, все-таки убить его? — поинтересовался Бозел. — Для практики, так сказать. Или нельзя?

— В принципе можно, — сказал Гарри. — Только никакого смысла в этом нет.

— Может, стоит сначала узнать, зачем он пришел? — предложил Джек.

— Наверняка с какими-нибудь гнусными целями, — сказал Бозел. — Давайте я его все-таки грохну.

— Я смотрю, ты больше герой, чем дракон, — сказал Негоро. — Это Любитель Рубок? Можно посмотреть?

— Сейчас я тебе покажу…

— Нет, это решительно невозможно, — сказал Джек. — Пришел человек, ну, пусть не совсем человек… Пришел дубль, хочет что-то сказать, а его никто не слушает. Джентльмены, неужели вам не интересно узнать хотя бы, как он нас нашел? Для начала?

— А ведь верно, — сказал Гарри. — Как ты нас нашел?

— Я следил за всеми вашими перемещениями, — сказал Негоро. — Докладывать о ваших действиях моему создателю вменялось в мои служебные обязанности.

— Стукачок, — констатировал Бозел. — Надо его убить все-таки.

— Негориус знает, что мы идем? — спросил Гарри.

— Конечно. Он знает, сколько вас, знает по именам, знает, что вы из себя представляете, — сказал Негоро. — Вы же не думали, что он дурак?

— Не думали, — сказал Гарри. — Это было бы слишком легко. Что он еще знает?

— О носителе меча и его новообретенных талантах бретера, и о том, что вашими стараниями в мире осталось только трое повелителей зомби.

— И зачем ты сюда пришел?

— Негориус меня послал.

— Я ж говорю, стукачок, — сказал Бозел. — Давайте я его зарежу, а?

— Помолчи, — сказал ему Гарри. — С какой целью Негориус тебя сюда послал?

— Всех вас убить, — сказал Негоро.

— Я ж говорю…

— Тихо, — сказал Гарри. — Бозел, ты знаешь, что у меня с трансфигурацией все нормально. Хочешь провести остальную часть похода в виде лягушки? Я верну тебе человеческий облик только перед схваткой с Негориусом. Но сначала ты на него хорошенько поквакаешь.