Владимир Пучков - Чертовский переполох

– Мы отомстим! – сказал он, сжимая маленькие злые кулачки. – Мы станем невидимками и отомстим!

23

Богатый хохломабадский базар остался позади. Остались позади веселые крики торгашей, возмущенные протесты обманутых покупателей, богатые палатки и шатры, тягучая, словно клей, восточная музыка, от которой сводило скулы.

Пока богатыри добирались до места, предприимчивые торговцы ухитрились впарить им поношенный халат, чувяки детского размера, медный таз и железную кочергу.

Сопровождаемые любопытными взглядами, богатыри выбрались на пустырь и остановились возле глиняной стены. Это было то самое место, которое описал и начертил на песке незабвенный ПиТарас, прежде чем Илья пинком отправил его домой. Здесь народу не было, ибо горожане были не только любопытны, но и благоразумны. Друзья свалили купленный хлам на землю и огляделись.

– Если есть стена, есть и тот, кто за ней прячется! – сказал Яромир, подходя к глинобитному сооружению высотой в два человеческих роста. По самому верху стены медленно ползало что-то длинное, как удав, и колючее, как ежик. Перелезть через нее нечего было и думать. Яромир остановил случайного прохожего, по виду карманника.

– Эй, любезный!

– Что? – осклабился прохожий, всем своим существом выражая готовность к диалогу. Его правая рука незаметно скользнула к богатырю в карман. Правда, Яромир, озабоченный другими проблемами, этого не заметил.

– Скажи-ка, приятель, что это за стена? Что там, за ней?

– А вы нездешние? – обрадовался прохожий, вытаскивая руку из кармана Яромира и пересыпая украденные монеты к себе. – Вы, значит, наши гости? Мы, хохломабадцы, самый гостеприимный народ в мире!

– Ты прав, братишка, – сказал Муромец, – мы действительно приезжие. Ты уж нам объясни, что к чему.

– Сейчас объясню! – охотно согласился прохожий, подходя поближе к Илье и запуская руку в карман к нему.

– Это стена шайтана!

– А что за ней?

Незнакомец, успевший обшарить все карманы Муромца, оглянулся и шепотом пояснил:

– За ней параллельный мир!

– Что это за хрень?! – несказанно удивился Добрыня.

– Сейчас объясню! – сказал прохожий, подскакивая к Добрыне. – Вот видишь, у нас тут все перпендикулярно, понял? Мы стоим на ногах, и все в ажуре. А если попадете за стену, там для вас все будет параллельно. Короче, протянете ноги и будете лежать, ясно?

– Вот теперь ясно! – закивали богатыри, пораженные необыкновенным умом незнакомца. – А как туда попасть?

– Без проблем! – ухмыльнулся прохожий, прижимаясь к Поповичу. – Тут недалеко есть дверь. Маленькая железная дверь в стене. Постучите и огребете!

– А чего огребем-то? – не понял Яромир, но пришельца уже и след простыл.

– Есть же такие умные люди! – вздохнул Илья.

– И вдобавок ловкие! – заметил Попович. – Пока мы с ним разговаривали, он нас обчистил. Последние деньги выгреб, сволочь!

Богатыри дружно полезли в карманы. Карманы были удручающе пусты.

– Что будем делать? – озадачился Добрыня.

– Следовать нашему железному принципу, – бодро сказал Яромир. – Думать вредно! Надо мыслить и считать!

– Ну считать-то больше нечего, – напомнил ему Попович. – Денежки наши тю-тю!

– Значит, будем мыслить! – отрезал Яромир. – Где тут железная дверь? Вон она! Ну и пошли. Устроим шайтанам хохломабадскую ночь, а то последнее время кулаки что-то чешутся.

– Но сначала будем вести себя как шпионы! – напомнил Илья Муромец и разлохматил парик. – Все должно быть тихо и незаметно… Вот сейчас вызовем Джафара и потолкуем с ним по-свойски…

– Ну так зови! Надоело, честное слово! Домой хочется!

Стараясь не шуметь, Илья подошел к маленькой железной двери, оглянулся на друзей и принялся дубасить по ней кулаком что есть силы.

– Джафар! А ну открывай, старая сволочь, пока рога не отшиб! Открывай, кому говорят, гнида позорная! Мы это, лодимерские демоны! Принесли письмо для вашего пахана!..

Богатыри невольно схватились за уши.

– И это ты называешь потихоньку?! Как же тогда громко?

– А вот так! – Илья нанес такой удар, что дверь сорвалась с петель и притаившегося за ней вольноотпущенного черта Джафара расплющило в лепешку.

Богатыри вошли сквозь в образовавшийся проход и остановились в нерешительности. Перед ними была еще одна стена и еще одна железная дверь.

– Опять двадцать пять! – разозлился Яромир. – Они что, издеваются? Одна дверь, другая… Отгородились от людей, куда только халиф смотрит! Развели параллельные миры, возле которых грабители отпиваются!

Тут он перевел взгляд на лежащую в пыли выбитую дверь, из-под которой выпростались лапы дедушки Джафара и его неописуемый хвост.

– Братцы, глянь, а дверь-то и впрямь волшебная! С лапами и хвостом!

В этот момент дедушка Джафар стал понемногу приходить в себя и жалобно запищал.

Илья повел ноздрями, словно пытаясь учуять запах серы.

– Злые дела здесь творятся! – убежденно сказал он. – Последнее дело, когда у дверей вырастают лапы и хвост! И, смотри, шевелится, гадина недобитая! – Тут он топнул по двери сапогом, как по вредному насекомому. Вольноотпущенный черт Джафар коротко вякнул, сплющиваясь до толщины газетного листа.

– Она еще и пищит! – Илья отшвырнул дверь ногой, и только тут обнаружил искомого черта. Обнаружил, но, естественно, не узнал.

– Какой милый коврик! – восхитился Илья, немедленно вытирая об него ноги. – Возьму его с собой, привезу домой, постелю перед входом. Вишь, какой ребристый, любую грязь отчистит.

– Я не ко-оврик! – прохрипел Джафар, но никто его не услышал. Илья Муромец сложил коврик, как газету, и сунул его в карман. Дедушка Джафар, доведенный до отчаяния, попытался пошевелиться в кармане, но Илья похлопал по нему рукой и Джафар ненадолго успокоился.

– А вот эту дверь выбиваю я! – сказал Добрыня, подходя к следующей стене и от души врезая ногой по дверному полотну. Но в этот самый момент дверь отворилась, в нее просунулась непередаваемо отвратительная морда, и сапог богатыря впечатался аккурат в сопливый пятачок монстра.

Богатыри даже не успели толком разглядеть, кто это был. От удара чудовище улетело в неизвестном направлении. Только отдаленный грохот свидетельствовал о том, что улетело оно сравнительно недалеко.

И тут же в дверной проем просунулась следующая физиономия. Она была такой здоровенной, что еле-еле пролезла в дверь. Обнажив клыки, с которых капала желтоватая слюна, чудовище неприветливо осведомилось:

– Вы кто такие, урки? Чего ломитесь? Вина сегодня не будет, кумар тоже закончился. Канайте отсела, а то ща как отоварю…

Чтобы слова, так сказать, не разошлись с делом, чудище попыталось выбраться наружу, но в этот момент Яромир схватил сорванную с петель дверь и вбил ее между стеной и мордой демона, напрочь заклинивая его в дверном проеме.

Чудище злобно зашипело, безуспешно рванулось назад, потом вперёд, потом снова назад. Башка застряла прочно. Монстр тоже это понял и выжидательно уставился на друзей.

– Мужики, вы че, в натуре, совсем, что ли? А ну отпусти! Слышь, пахан узнает, он вас с костями съест!

Теперь Яромир внимательнее разглядел попавшее в ловушку чудище. По всей видимости, это был горный великан. Морда вся волосатая, нос как у свиньи, пятачком, козлиная борода, узенький лоб и длинные спутанные вихры на макушке.

– Слышь, дядя, – он подошел к чудищу поближе. – Вот скажи, почему ты такой уродливый?

– Я красивый! – возмутился великан. – Я очень хорошенький, я просто прелесть!

Богатыри так и покатились со смеху.

– Сейчас мы из тебя сделаем прелесть! – пообещал Илья, вынимая из ножен меч.

– Не надо! – затрепетал горный великан. – Я не буду! Я… я исправлюсь!

– Чего ты боишься? – Илья усмехнулся. – Убивать тебя никто не собирается. Сейчас мы тебя окультурим, верно, братцы? А то смотреть противно!

Двумя точными ударами Илья срубил ему вихры и принялся брить, приговаривая:

– Вот теперь ты у нас будешь как новенький… Ну вот, совсем другое дело! – Он сделал шаг назад, чтобы полюбоваться на свою работу.

– Клыки мешают! – пришел он к выводу. – И нос какой-то некрасивый. Яромирка, дай ему по носу, чтобы получился с горбинкой. Вот так! И клыки…

Через секунду выбитые клыки упали в пыль. Преображенный великан завыл, залился слезами. Как ни странно, в таком виде он стал еще поганей, чем был до этого.

– Какая гадость! – сплюнул Яромир, освобождая чудище. – Пошел прочь, дурак!

Освобожденный великан, продолжая заливаться слезами, вылез из проема и тут же куда-то убежал, громко стеная и призывая на помощь Гуссейна Гуслию.

Друзья прошли в дверь и остановились в нерешительности. Перед ними было огромное поле, у горизонта переходящее в пустыню. Справа громоздились скалы. Как раз туда и рванул опозоренный горный великан.

– Ну и куда мы попали? – удивился Илья. – Я-то думал, здесь – ого! А здесь ни хрена!