Terry Pratchett - Дамы и Господа

— А мой папаша, мой папаша рассказывал, — заторопился внести свою лепту Ткач, — вел он однажды на продажу старую корову, а та вдруг возьми да приболей, да свались прямо посередь дороги. А дело было неподалеку от хижины этой славной женщины. Ну, корову он, конечно, поднять не сумел, потому и пошел за подмогой. Так вот, постучал он в дверь, а она открыла ему и говорит, тогда как он и слова не успел вымолвить: «Что, — говорит, — Ткач, корова заболела?» Вот так… А потом и говорит…

— Это что, ты о той пятнистой корове рассказываешь? — перебил его Возчик.

— Нет, пятнистая была у моего дяди, а у папаши была со сломанным рогом, — ответил Ткач. — Так вот…

— Пятнистая она была, готов поклясться! — помотал головой Возчик. — Помню, папаша мой все глядел на нее из-за нашей изгороди и приговаривал: экие, мол, красивые пятна на корове, сейчас таких пятен уже и не найдешь… У вас тогда еще поле старое было, возле Капустного колодца.

— Не было у нас там поля, — возразил Ткач. — У моего двоюродного брата было, а у нас нет. Так вот…

— Ты уверен?

— Так вот! — повторил Ткач. — Она и говорит: «Погоди, дам я тебе кое-что». Уходит на кухню, приносит две такие большие красные пилюли и…

— Да не, ваше это поле было! — настаивал на своем Возчик.

— …И протягивает ему одну из пилюль. «Вот, — говорит. — Подними своей старой корове хвост и засунь пилюлю туда, куда солнце не светит. Ровно через полминуты она вскочит да побежит так быстро, как в жизни не бегала». Ну, папаша поблагодарил ведьму, уже уходить собрался, но потом сообразил-таки спросить. «А зачем, — спрашивает, — вторая пилюля-то?» Она так хитро посмотрела на него и говорит: «Ну, тебе ведь захочется ее догнать, верно?»

— Рядом с Ломтем есть одна очень глубокая долина, — глубокомысленно изрек Возчик.

Все недоуменно воззрились на него.

— Ты это о чем? — спросил Ткач.

— Прям за горой, — продолжал Возчик, понимающе кивая. — Там всегда тень. Наверное, она эту долину имела в виду. Место, куда солнце не светит. Далековато, конечно, нести пилюлю, но ведьмы знают, что говорят.

Ткач весело подмигнул остальным.

— Послушай, она ж имела в виду то место… куда обезьяна засовывает орех.

Возчик покачал головой.

— В Ломте никаких обезьян нет, — уверенно сказал он. Но потом лицо его растянулось в улыбке. — О, я все понял! Это она так шутила!

— Ох уж эти писаки из Анка! Чес'слово, знают нас как облупленных. Передай-ка мне кувшин.

Джейсон снова огляделся. Беспокойство его усиливалось. В руках, привыкших к ежедневной работе с железом, возник какой-то неприятный зуд.

— Ребята, по-моему, нам пора по домам, — с трудом проговорил он.

— Какая красивая ночь, однако… — мечтательно сказал Пекарь, не двигаясь с места. — Смотри, как мерцают звезды.

— Хотя чуть похолодало, — возразил Джейсон.

— И пахнет снегом, — добавил Возчик.

— О да, — согласился Пекарь. — Вот именно. Снег в середине лета. Там, куда солнце не светит, всегда так…

— Слушай, заткнись, а? — поморщился Джейсон.

— Да что это с тобой?

— Да все! Нас не должно быть здесь! Неужели вы ничегошеньки не чувствуете?

— Сядь, — велел Ткач. — Успокойся, все в порядке. Лично я ничего не чувствую, кроме воздуха. И в кувшине еще немножко укипаловки осталось.

Пекарь откинулся на спину.

— Я вспомнил старую историю. Об этом самом месте, — возвестил он. — Однажды один человек охотился здесь и заснул.

В темноте забулькал кувшин.

— Ну и что? — поинтересовался Возчик. — Я, например, каждую ночь засыпаю. Что в этом особенного?

— Но этот человек, проснувшись и вернувшись домой, увидел, что жена его живет с другим, а дети знать не знают, кто он и как звать…

— Со мной такое почти каждый день случается, — мрачно заметил Ткач.

Пекарь принюхался.

— Слушайте, а ведь правда пахнет снегом. Чуете? Такой резкий запах…

Кровельщик прилег и положил голову на руку.

— А я вот что скажу… Если б точно знать, что моя старуха выйдет замуж за другого, а мои оболтусы наконец отвалят и перестанут обжирать мою кладовую, — честно говоря, я бы стрелой примчался сюда с одеялом. У кого кувшин?

Джейсон сделал глоток укипаловки и сразу почувствовал себя значительно лучше. Видимо, едкая жидкость добралась-таки до нервов и растворила их напрочь.

Однако, собравшись с силами, он все же вынес на общий суд заманчивое предложение:

— Эй, ребят, у меня в кузнице охлаждается в корыте еще один кувшин. Ну, что скажете? Может, все пойдем туда? Ребят? Эй, ребят?

Но в ответ он услышал только храп.

— Эх, ребята…

Джейсон встал.

Звезды в небе закружились.

Джейсон мягко упал на спину. Кувшин вылетел из его рук и покатился по траве.

Звезды ярко мерцали, а ветер был холодным и пахнул снегом.

Король обедал в одиночестве, то есть, иными словами, он обедал на одном конце стола, а Маграт — на другом.

Однако им все же удалось встретиться у камина, чтобы выпить по бокалу вина.

В такие моменты они не знали, что сказать друг другу, поскольку еще не привыкли проводить время в обществе другого человека. Таким образом, разговоры их были весьма загадочными.

И касались в основном предстоящей свадьбы. Королевская свадьба отличается от свадьбы простолюдинов. Во-первых, у вас уже все есть. Традиционный список свадебных подарков, включающий полный комплект столовых приборов и столовый же сервиз на двенадцать персон, выглядит несколько неуместно, если у вас уже имеется замок с таким количеством полностью обставленных комнат, что многие пришлось закрыть, и в них даже, в строгом соответствии с теорией эволюции, развились особые виды пауков. Но вы не можете попросить гостей сложиться и подарить вам, скажем, Армию в Красно-Белых Мундирах, чтобы она подходила к обоям на кухне. Члены королевской семьи, когда женятся, получают либо мелкие подарки, типа замысловатых яиц с часовым механизмом, либо громоздкие, крупные предметы, типа герцогинь.

Во-вторых, есть еще список гостей. Даже на обычной свадьбе с ним возникают значительные сложности, и трудности эти связаны с престарелыми родственниками, которые истекают слюнями и потеют, братьями, которые становятся агрессивными после первой же рюмки, и разными людьми, которые не разговаривают с другими людьми из-за того, Что Те Сказали О Нашей Шэрон. Это что касается обычной свадьбы, а члены королевской семьи вынуждены иметь дело с целыми странами, которые становятся агрессивными после первой рюмки, с целыми королевствами, которые Разорвали Дипломатические Отношения с другой державой, после того как Кронпринц Сказал Это О Нашей Шэрон.

Тем не менее Веренсу удалось со всем этим разобраться, однако следовало еще учитывать проблему различных видов, населяющих Диск. Гномы и тролли, живущие в Ланкре, неплохо ладили друг с другом, поскольку не имели общих дел, но слишком большое их количество, собранное под одной крышей, особенно если спиртное течет рекой и особенно если оно течет в направлении гномов, могло привести к тому, что одни принялись бы Отрывать Руки другим опять-таки потому, что Их Предки Сказали О Нашей Шэрон.

Ну а в-третьих…

— Как та девушка, которую сюда принесли?

— Я велела Милли присматривать за ней. А что там делает эта парочка?

— Понятия не имею.

— Но ты же король.

Веренс смущенно поежился.

— А они — ведьмы. Что-то не хочется задавать им лишние вопросы.

— Почему?

— Они же могут ответить. И что мне тогда делать?

— О чем хотела поговорить с тобой матушка?

— Ну, ты знаешь… так… о всяком.

— Не о… сексе?

Лицо Веренса вытянулось — так обычно выглядит человек, который готовился к лобовой атаке, но вдруг узнал, что что-то мерзкое происходит за его спиной.

— Нет! Что ты… А почему ты спрашиваешь?

— Нянюшка пыталась дать мне материнский совет. Мне ничего не оставалось делать, кроме как прикинуться дурой. Подумать только, они относятся ко мне как к неопытной девчонке.

— О нет, ни о чем подобном мы не говорили.

Некоторое время они молча сидели рядом с огромным камином, оба красные от смущения.

— Э-э… а ты заказал эту книгу? — немного погодя спросила Маграт. — Ну, ту самую… с гравюрами?

— О да. Да, заказал.

— Ее уже должны были прислать.

— Почтовая карета приезжает раз в неделю. Завтра, наверное, будет. Мне самому надоело бегать наперегонки с Шоном, чтобы перехватить ее.

— Ты — король. Можешь приказать ему не бегать.

— Мне не хочется это делать. Он так остро все воспринимает.

Огромное полено, горящее в камине, хрустнуло и развалилось надвое.

— А разве можно заказать книги об… этом?

— Можно заказать книги о чем угодно.