Христо Поштаков - Меч, магия и челюсти

Оба поисковика почему-то застыли и растерялись. Рыцарь онемел, забыв про бесполезный меч, а маг, словно защищаясь, воздел над головой свою сумку с книгой заклинаний. Немая сцена затягивалась, поэтому первым молчание нарушил сытый виновник торжества.

— Чего уставились? — добродушно спросил дракон. — Ну, съел я лошадку, подумаешь, великое дело... Овечки вкуснее. Может, теперь хоть зиму перекантуюсь. — Однако, поняв, насколько шокирующим был для путников его поступок, Дзог немного смутился. — Только сцены здесь не устраивайте, пожалуйста! Библейский принцип: живите сами и, дайте жить другим. Всё равно она бы и месяца не протянула без помощи ветеринара!

Первым отрезвел Барди. Его речь в адрес дракона была недолгой, но эмоциональной:

— Как она тебе поперёк глотки не встала, каланча зубастая?! Я — рыцарь! И что теперь, из-за тебя на палочке верхом ездить должен? На какие шиши мне другого коня покупать, таракан ты с крылышками?! Сейчас как дам мечом... если вытащу... промеж глаз твоих бесстыжих, кобылкоед гадский!

После чего бедолага развернулся к приготовившемуся удрать Горо и обрушился на него:

— Ну спасибо, дед, удружил! И кто у нас здесь, получается, колдун после всего этого?! Что ты на него уставился, как врезавшаяся сова на дерево? Нас тут всех уже почти сожрали, а ты и пальцем о палец не ударил!

— Ошибочка вышла, — проронил маг, выходя из ступора. — Не ожидал-с...

Гургил тоже находился в некотором замешательстве, поняв, что желания драконов и людей (а уж тем более лошадей!) совпадают далеко не всегда.

Барди безутешно плакал. Маг, дракон и гургил помалкивали. Первый — оттого, что никак не вспоминались подходящие магические приёмы утешения рыцарей; второй — от неловкости и жалости к этому несдержанному парню; третий — от собственной природной немоты.

— Ну и что такого уж страшного случилось? — не выдержал Дзог, искренне стараясь поднять людям настроение. Его собственное было в полном порядке. — Сдалась вам эта старая кляча! Хочешь, я сам куплю тебе новую рыцарскую лошадь? Вот сойдусь после зимы с той классной драконихой Гейлой, что проживает в комфортабельной пещере за соседними горами, женюсь и куплю! Золота у неё немерено, можем купить сразу и коня, и лошадь, и жеребёнка, и даже прививки им всем оплатить, чтоб чумкой не заболели... Вот только не надо так на меня смотреть, не все драконы бессовестные! Я уже два раза извинился, сколько можно реветь, а?

Деловитый маг поспешно воспользовался готовностью дракона к уступкам:

— Отличная идея! Я своими чародейными силами организую тебе приворотный сеанс, мой милый хвостатый великан, чтобы ты смог получить самую лучшую дракониху. Причём было бы неплохо, если попутно тебе удастся прикончить кого-нибудь из соперников. Знаешь, обычно дамы любят, когда мужики из-за них дерутся.

— А смысл? — недоумённо скривился дракон. — Если я её и так обольщу, с приворотным-то сеансом!

— Ну, у нас тоже есть свой интерес. Ма-а-аленький, но есть! В общем, ситуация следующая...

И Горо торжественно поведал дракону о проблемах Барди, гордо молчавшего в сторонке. Выслушав мага до конца и всё ещё чувствуя некоторую вину (можно подумать, они не за его головой приехали?!), доверчивый Дзог принял условия компании. Теперь, придя к взаимным договорённостям, дракон и рыцарь дружно уставились на старого Горо. Колдун демонстративно уткнулся носом в жёлтую книгу — доказывать свою волшебную состоятельность...

Лёгкое порхание гургила терялось в шелесте кожаных страниц, собравших всю мудрость древних магов. Не без помощи этого доброго существа искомое заклинание скоро обнаружилось. При чтении горе-профессионал без напряга исковеркал два ключевых слова, а его невидимый помощник заигрался с ветром. Как и следовало ожидать, слова вдохнули в магию иной смысл и предопределили соответствующий результат — через пару мгновений образовалась нежданная пространственно-временная оболочка и, лениво зевнув, проглотила всю троицу...

— Сеанс окончен, или я тороплю события? — раздался неуверенный голос Дзога. — Но... по-моему, это не её пещера, не её запах, и вообще, я здесь впервые. Может, к заклинанию добавить чего? Ну там, мне под хвост свистнуть, или на голову встать, или хоть плюнуть куда-нибудь, а?!

Ответа не последовало. Похоже, Горо и Барди растерялись не меньше, а может, и куда больше сентиментального звероящера. Они постепенно поняли, что окружены высокими строениями, в пространстве между которыми рассыпались некие металлические конструкции. Вокруг глубокая ночь, и тем не менее со всех сторон льётся яркий свет, явно не природного происхождения. Под ногами расстилалось нечто вроде искусственного камня. Движения в новой обстановке не наблюдалось.

— Не замок, не костёл, не ферма... Мир ли это божий или дьявольское наваждение? — В поисках ответа рыцарь строго посмотрел на глубокомысленное лицо мага.

— На любовный приворот в любом случае не похоже, — неспешно пробормотал автор пространственно-временного перемещения. — Ладно, разберёмся... Главное, не дёргайся, юноша, будь мужчиной! Вон, бери пример с дракона — этому чешуйчатокрылому везде хорошо, ему всё по барабану!

— А что, здесь, по крайней мере, тепло, — пустив из ноздрей струйку пара, констатировал Дзог. Видимо, для драконов место пребывания большого значения не имело, иное дело — заморозки или эхо пустого желудка. — Может, нам пока вздремнуть? Куда мы попрёмся посреди ночи: края незнакомые, спросить тоже некого... Отложим ворожбу до утра?

Дракон сладко зевнул, рыцарь и маг автоматически зевнули тоже. И вправду, путешествовать лучше при дневном освещении, ночью наш знаток магии заклинания произносить боялся. А Барди в результате перемещения вообще соображал в полтора раза медленнее. Поэтому предложение Дзога нашло единогласную молчаливую поддержку. Два человека бессовестно уснули, привалившись спинами к тёплому боку звероящера...

Отважные путешественники в «непонятно куда» честно храпели до самого утра. Встали тоже дружно, ибо всё вокруг двигалось и жужжало так, что спать уже было небезопасно. Солнечный свет озарил огромные здания из стекла и железа, туда-сюда спешили толпы прохожих в странной одежде, повсюду раскатывали огромные крытые телеги, изрыгающие дым. Внутри, за стёклами, сидели люди, удивлённо пялящиеся на дракона...

— Сильнейшая магия! — поражённо закричал Горо, подпрыгивая в испуганно-восторженном состоянии. — Целая страна могущественнейших магов! Они строят хрустальные замки и подчиняют себе движущееся железо, они...

— Не стой у них на пути! — Барди поспешно оттащил старика за руку. — Повозки раздавят тебя, как яичную скорлупу, и вряд ли извинятся!

— Дым пускают, круглыми глазами светят, но в остальном на драконьих самок не похожи, — в свою очередь высказался Дзог. — Никогда таких не видел. Может, их надо ловить и есть?

Суета нарастала. Их постепенно окружали люди, но с глупыми вопросами пока никто не приставал. Крики, смешение чужих и знакомых языков, какие-то воины в странных доспехах со звёздно-полосатым гербом, древние колесницы, управляемые женщинами в мужских брюках. Удивляться можно было до бесконечности, у дракона даже впервые за всю жизнь случилось недержание дыма. Поэтому неудивительно, что пеструю компанию заметили...

К ним быстренько подошли двое — толстый тип в белом и тонкий субъект в голубом. Первый был зол и резок, держался начальственно, а второй семенил на шаг сзади и отличался явной задёрганностью.

— Откуда эти статисты, Ланский? В графике их нет, к тематике съёмок они не подходят. Ты директор или кто? Почему они мотаются у нас по площадке как у себя дома?! Чтобы мешать мне работать?

— Понятия не имею, господин Мандельштейн. Чтоб мне лопнуть, если я знаю, откуда они. Голливуд такой огромный, наверное, перепутали что-то. Вы же знаете, как бывает: снимают-снимают кино, выпускают в прокат, собирают залы, а потом выясняется, что фамилии указаны одни, а вместо них работали совсем другие актёры. И есть маленькая поправочка — я режиссёр, а не директор! Хотя кого это интересует...

— А я — продюсер вашего дерьмового фильма, и если мне... — Мандельштейн плюнул, отвернулся от Ланского и заговорил с пришельцами: — Эй, вы из какой съёмочной группы?!

Отдадим должное гургилу — не знающему усталости благодетелю. Он снова предоставил свою неоценимую помощь, хотя его никто и не просил. За долю секунды ландрийцам открылся смысл английского языка, а кроме этого — значение таких понятий, как «фабрика грёз», «Лос-Анджелес», «Калифорния» и «Голливуд». Итак, перед гостями раскрывался новый мир, к которому надо было приспособиться, чтобы выжить, и выжить, чтобы покорить! Гургил радовался своим деяниям, не думая о последствиях, а толстый мистер «гневный взгляд» требовал объяснений.

— Мы не знаем, как попали сюда, господин, — чистосердечно признался Дзог, отвечая за всех. — Не местные мы. Жениться хотели — не повезло, что-то накрылось с приворотом...