Вадим Громов - Избранная поневоле, или - попасть в Мурло

  - Я только не понимаю, как они тебя нашли! - Сосед вдруг убрал руки, и схватился за остатки седой шевелюры. - Мы подчистили все концы, мы поставили мощную блокировку, мы угробили кучу времени на ложные следы... Как?!!!

  Он неожиданно замер, не то вслушиваясь, не то принюхиваясь к чему-то в стороне Таниной комнаты. Потом направился туда, почему-то ступая на цыпочках, будто боясь спугнуть нечто непонятное хозяйке жилища. Татьяна ошеломлённо следила за ним, не торопясь идти следом.

  - А-а-а-а! - Страдальческий крик Игната Альбертовича достиг ушей Татьяны, спустя всего десяток секунд. - Кастайрег гурб! Тракош шитодан! Савиточатто!

  Татьяна почесала макушку, и решительно направилась в комнату, решив немедленно прекратить этот театр абсурда. Обладатель классических окуляров стоял в метре от компьютерного стола, трагически вытянув руки в сторону ноутбука. На мониторе которого красовался открытый "Ворд", с куском начатого неделю назад романа в стиле фэнтези. Первая проба пера (точнее - клавиатуры), Татьяны. И что в этом можно увидеть невероятного?

  - Мингус лайбб... - Практически простонал сосед, закрывая руками лицо. - Как же всё просто! Несознательный ассоциативный выброс скрытого эго... Реальность, воплотившаяся в фантазиях. Фантазии, бывшие реальностью! Салмирон тунн!

  - Это... Расшифровать можно? - Татьяна решила отложить демонстрацию владения техникой айкидо на впавшем в полный душевный раздрай, Игнате Альбертовиче. - Причём всё.

  - Вот! - Сосед ткнул пальцем в монитор. - Вот, как они нашли тебя! Читай!

   - В тесноватой таверне вдруг стало очень много вейлгов, не меньше трёх десятков долговязых фигур: в руках каждой тускло блестела сталь... - Почему-то запинаясь, прочитала Таня. - Триумг прянул спиной к бревенчатой стене, извлекая парные топоры, успев перед этим метнуть в гущу врагов два отравленных дротика. Два крика боли, быстро перешедшие в затихающие стоны - подтвердили его репутацию непревзойдённого метателя. Губы машинально зашептали защитное заклинание, но Триумг боялся, что "Слепота василиска" уже находится под плотным магическим колпаком, и его умение - будет бессильно. Придётся полагаться только на верные топоры, с которыми он не расставался уже четверть века...

  - Стойте! - В дальнем конце таверны раздался неторопливый, властный голос. На несколько мгновений вейлги застыли как заворожённые, а потом начали расступаться в стороны, давая проход кому-то, могущему повелевать ими так, как посчитает нужным. Триумг настороженно ждал, и зло выдохнул, когда в неверном свете оплывших свечей "Слепоты василиска", увидел высокую фигуру в чёрной накидке, размеренным шагом приближающуюся к нему...

  Она замолчала, с недоумением глядя на соседа, скорбно кивающего головой после каждого прочитанного предложения.

  - И что? Фэнтезюху кропаю. Не скажу, что шедевр...

  - А я скажу, что лучше бы этого не было! Ни шедевра, ни графомании! - Игнат Альбертович подпрыгнул на месте и, зачем-то закрыл ноутбук. - Тарныл кляйбор! Ведь оставалось чуть больше месяца, и всё бы прошло как надо! Ты не представляешь, что теперь будет!

  - Просветите, а то с фантазией у меня туговато. - Ехидно сказала Татьяна. - Я так полагаю, что вот прямо щас прилетит волшебник в голубом геликоптере, но бесплатно не даст ничего. Так я и без этого знаю, что птица с ласковым названием "халява", почти перевелась.

  - Это. - Сосед заново простёр свою длань в направлении монитора, как будто обличал Таню в жутко неблаговидном деянии. - Твоя настоящая жизнь. То, что ты начала описывать, есть не что иное, как одна из страниц жизни твоего легендарного предка, Триумга Ренгло, по прозвищу "Правдоруб". Это был великий человек.

  - За правду готов был зарубить любого? - По инерции, но, чуть убавив концентрацию сарказма в голосе, поинтересовалась Татьяна. Потому что, Игнат Альбертович был серьёзен, как подкрадывающийся к голубю, драный уличный кошак. - Была у меня мысля, назвать его топоры - "Правда номер один", и "Правда номер два", и сделать их самозатачивающимися. Торжество справедливости будет чуть более, чем полным...

  - Тебе не стыдно? - Укоризненно спросил сосед. - Он сражался, чтобы сделать твою родину свободной. Чтобы такие как ты, просыпались каждое утро, не тревожась о грядущем дне. Чтобы небо не заслоняли крылья хищных тварей, готовых...

  - Игнат Альбертович, идите ко мне в соавторы. - Не удержавшись, хихикнула Таня. - Гонорар пополам. С вашим слогом, бестселлер десятилетия гарантирован...

  В дверь позвонили. Спокойно, без той взвинченности, с которой жал на кнопку звонка Игнат Альбертович. Сосед изменился в лице.

  - Это они! Не открывай.

  - Посмотрим. - Татьяна пошла к двери. - Если они, значит - не открою.

  "Знать бы ещё, кто это - они. Если на площадке Жириновский с корзиной орхидей, или хотя бы - дядя Фёдор с простоквашинскими: значит, точно они. Тогда не открою".

  Игнат Альбертович волочился сзади, что-то назойливо бубня о предельной осторожности.

  - Кто там? - Судя по виду в глазке, на площадке находился субъект в рабочей робе, с чёрной сумкой через плечо. Из которой торчали красные ручки "шведок" и чёрная папка.

  - Газовая служба. Плановый обход.

  - Что хотите? - Громко спросил сосед, из-за спины Татьяны.

  - Проверка плит. - Терпеливо пояснили с лестничной площадки. - Объявление внизу висит. Три дня уже.

  - Не открывай. - Игнат Альбертович схватил Таню за локоть. - Опасно.

  - Газ, это всегда опасно. - Татьяна подняла валяющуюся в прихожей обувницу, и принялась открывать дверь. - Объявление я сама читала, не знаю как вы. Да не мешайте, в самом-то деле!

  Она рассчитанным движением отпихнула соседа, попытавшегося противостоять процессу открывания. Дверь распахнулась.

  - Здравствуйте. - Субъект оказался молодым человеком приятной наружности, лет двадцати шести-двадцати восьми. - Если всё в порядке, то это не займёт много времени.

  - Проходите. - Татьяна отошла в сторону, пропуская газовщика. - Обувь только что разлетелась, не обращайте внимания.

  - Не такое видели. - Повелитель "шведок" улыбнулся уголком рта. - Бывало и хуже.

  Игнат Альбертович тенью последовал за парнем на кухню. Татьяне пришлось замыкать процессию.

  - Правила пользования газом есть? Такая серая книжечка. - Газовщик ловко извлёк из сумки чёрный параллелепипед прибора, распутал завязавшийся узлом шланчик. - Если долго искать, то я лучше новую дам. Если где-то рядом, то давайте.

  - Лучше новую. - Сказала Таня.

  - Жалобы на плиту есть? Ну, горит плохо, ручки заедают, газом попахивает...

  - Да вроде нет. Плите от силы года три. Всё должно быть в норме.

  - Вот и ладненько. - Парень неспешно прошёлся прибором по всем соединениям, немного задержался на гайке шланга, привинченной непосредственно к плите. Отложил прибор, перекрыл кран перед плитой и вытащил из сумки два гаечных ключа.

  - Что такое? - Мгновенно отреагировал Игнат Альбертович.

  - Утечка небольшая. Да не переживайте, прокладочку сейчас поменяем, делов на полминуты. Оставлять после себя любые утечки - не имеем право. Только положительные эмоции...

  Он подмигнул Татьяне, и принялся ловко манипулировать инструментами. Сосед следил за его работой, как лиса за вороной, которой перепал даже не кусочек сыра - а целый годовой абонемент на выставку сыроваренного искусства, с обязательной дегустацией всех образцов. Газовщик снова вооружился прибором, старательно проверяя итог своих усилий.

  - Порядок. - Он выудил из папки два разграфлённых листа формата "А4": достал из нагрудного кармана шариковую ручку. - Так... квартира восемь... Фамилия ваша как?

  - Черкасова. - Татьяне стало неловко за соседа, сверлящего укротителя голубого топлива инквизиторскими очами. - Игнат Альбертович, вы бы шли в комнату. Видите, заканчивают.

  Сосед сурово зыркнул на неё, но никуда не ушёл.

  - Вот здесь распишитесь. - Газовщик протянул Тане ручку. - И на другом листе тоже. Сейчас в книжечке пометку сделаю...

  Он быстро внёс необходимые сведения в "Правила" и, с лёгким недоумением глянув на стоящего у него над душой пенсненосца, взялся за свою сумку.

  - Всё. Всего хорошего, до свидания.

  - Спасибо. До свидания. - Снова оказавшись за спиной Игната Альбертовича, Татьяна проводила газовщика до порога. - Всего хорошего.

  - Закрывайтесь. - Парень принялся звонить в следующую квартиру.

  Таня закрыла дверь. Повернулась к коллекционеру: по её мнению - только что обогатившему собственное собрание в разделе "Поведение", вполне достойным экспонатом.

  - Ну, что? Если это "они", то я была бы не против прихода сантехника.

  - Подозрительный он какой-то...

  - Не подозрительнее вас. - Татьяна сдержала просящийся наружу смешок, и пошла ставить чайник. Решить возникшую проблему без чашки чая, не представлялось возможным.