Дневники Обормотня - Альберт Джоуль

— Ну, был один гость, только не переживайте, пожалуйста, всё с ним хорошо! Сидит себе, отдыхает, я к нему, как к родному внуку отношусь!

— А посмотреть на него можно? Как живёт, насколько счастлив?

— Конечно, сейчас приведу его, такой пострелёнок, за ним глаз да глаз!

— Уже интересно, я с вами!

Кажется, глубину выкопанной вожаком ямы для самого себя, просёк даже стоящий рядом Лев Леонидович. Потому что «внучок-пострелёнок» был заперт на заколдованный ножик, это же нормально да? Бояться нечего, да⁈

Но Игра Игрой, как говорила Алиса, а я прокрался обратно к себе домой. Чуть-чуть не успел: пришёл к тому моменту, как вожак пытался до меня «докричаться», не замечая подозрительно распахнутой настежь двери.

— Лёшка-а! Ты что там, заснул, что ли? — Вожак продолжал устраивать цирк, но получалось это у него плохо: старый волк явно нервничал, поэтому я сосчитал до пяти, и крикнул:

— Да здесь я, дед-Кость! Что мне, дома торчать⁈

— А почему гарью несёт? Пригорело чего⁈

— Да, мешалку подпалил! Всё нормально, просто дыма много!

Голова немного заболела, а значит самое время вспомнить о последних молодёжных трендах, безумных мемах, и прочем контенте уровня «выносим мозг без SMS и регистрации»! Болеть голова подозрительно быстро перестала; по глазам вижу, ощущения вернулись отправителю. А потом было ещё интересное чувство, как будто кисточкой в ухе щекочут. Кстати, если я в своём новом канале расскажу об идее синхронного запуска реактивных унитазов «Верхнедодырск — Луна», это выстрелит? Особенно если как я сейчас представляю? А то картина маслом: «У вожака пригорело»! Одна из фей залилась хохотом.

— Это тебя что ли от укуса Фёдора так покрасило? — всё ещё смеясь, спросила феечка: не пятилетка, лет на десять выглядит.

— Это уже я сам! Обормотень я, или кто⁈ — я встал в гордую позу, и мы снова рассмеялись.

— А я тебя видела! И даже подписана! — сказала другая, блондинистая тихоня, самая старшая, лет двенадцати. На душе сразу стало приятно.

— Вот что, девчата, раз здесь живёт Обормотень, значит, и выглядеть всё должно соответствующе! — скомандовала третья: рыженькая. — Цветы, кусты, забор, дома, всё выкрасить в конфетный!

— Постойте, вы серьёзно? — опешил вожак.

— А что такого⁈ Дядь-Кость, вы же сами хотите показать, какие вы мирные и хорошие. А что может быть лучше дизайна в стиле конфетного королевства?

— Если только остальные не против. — выдавил старый волк. Мы с феями переглянулись: и так понятно, как бы забавно это не было, а у хозяев домов будут сначала спрашивать разрешения. Санька со Степашкой понятно, согласятся, а та же Лена — вряд ли.

— Мы сами позвоним начальству, скажем, что задержимся здесь на день. Ваша деревня буквально просит о помощи своим видом!

Дед Костя снова посмотрел на меня с укором, но в мысли не полез: и так просёк, что моих лап дело!

А пока рыженькая и брюнетка уводили вожака в сторону, светленькая подмигнула мне:

— Ну что, правду тебе Алиска сказала? А ты молодец! Не стесняешься быть собой!

— Вы от Алисы?

— Ну не из Аркаима же, в самом деле! Кстати, я она и есть! Не узнал?

Я посмотрел ещё раз: где там моя волчья гениальность затерялась?

— Кажется, Алиса совсем ребёнком была.

— Да ладно тебе, «ребёнком»! Может мне вообще седьмой десяток пошёл⁈ И я вдохновилась, как ты старушкины байки транслировал, ностальгировала по детству?

Я вытаращился на фею, пытаясь понять: в самом деле она — молодящаяся старушка, или прикалывается? Но потом додумал, и решил: а какая разница?

— Чудеса случаются, но для этого нужно сначала самому что-то сделать… даже если у тебя лапки! А ты не просто что-то делал, но даже слово сдержал! Так что как твоё жилище украшать будем?

Я задумался: хай-тек, скандинавский стиль, или какой-нибудь модерн меня не манили. Зато имелась уникальная возможность сделать из своего дома место, в котором можно почувствовать себя как в… домике! Чтобы уютно, и как будто не по-настоящему!

— Пошли, у меня уже есть идея, как всё обустроить!

Алиса счастливо рассмеялась: она тоже поняла, что я задумал!

* * *

— Дед-Кость, вы чего-то хотели? — спросил я, глядя, как вожак вздыхает у забора моего дома. Всё равно розового: не перекрашивать же?

— Извиниться перед тобой хотел, Лёшенька. Не прав был старик, струхнул, да перестраховался маленечко.

— Извинения приняты. Обе стороны накосячили. — Сухо, но примирительно ответил я.

— А феи и впрямь складно всё сделали. Сады — лучше прежних, окна-двери зашептали, чтоб менять реже.

— Сразу надо было их вызвать, а не «своими руками» всё делать…

— Да мы привыкши!

— А я нет!

— Ну да видно по тебе, ребёнок и есть ребёнок… Не стыдно в кукольном домике-то жить?

— Чего это мне стыдиться быть собой⁈ А как же вся ваша философия? — Это было бы смешно, если бы не противоречило половине принципов мохнатых любителей порассуждать о высоком.

— Так то не ты. Придумал себе образ, чтобы других смешить…

— А я может такой и есть? Нравится мне это, представляете? Моё это, так жить. Не страхи напоминать, а радоваться будущему.

— Не волк, а… фурри какой-то! — припечатал вожак. Угу, выучил от меня новое слово. А неделю назад я бы даже обиделся.

— И чо? В первую очередь я — Обормотень, и меня это устраивает. А как вы меня ещё назовёте, мне до лампочки!

Напугали ежа подушечкой для иголок! Я тут вообще подумал, и понял, что так и не нашёл реальных причин поддерживать бессмертный холивар на тему «оборотни — фурри или нет». За всех не скажу, а я — это я, и точка.

Кажется, вожак это понял, и демонстративно осмотрел гостиную. Алиса постаралась! Мягкий ковёр, такие же мягкие стены розово-голубых оттенков, украшенные встроенной подсветкой и гирляндами, дополнительно зачарованные от пыли. Махровый бежевый потолок вообще заставлял смеяться без причины: какой нормальный человек будет обклеивать потолок ковром? А тот, у которого хорошее воображение и потрясающие подружки-дизайнеры!

Мебель — как шедевр нейросети, которая скомбинирует «удобно, красиво и практично»: прикола ради перепилил ножиком колбасу прямо на столешнице: ни следа! Телевизор во всю стену, чтобы и играть можно было, и декорации для съёмок делать. И куча другой всякой всячины, которая нужна любому обормотню!

—