Посланец Небес, или Заберите его обратно! (СИ) - Чернышова Алиса

- Д-да...

- Как ты вообще могла на такое попасться?! - громко возмутился он.

Овита сжалась.

- Что, господин пророк, знакомая схема? - уточнила я холодно. - Сами применяли?

Возмущение Джоджи слегка поувяло. 

- Было дело, - буркнул он. - Изображал духовника при одном особо доверчивом толстосуме. 

- Некоторые люди склонны считать: в случае обмана виноват сам обманутый. Вы тоже так считаете, как я понимаю?

Пророк насупился и пробормотал что-то вроде "смотря кого обманывать".  Классическая ситуация: приятно обмануть "лоха", но совсем не так весело, если "лохом" оказываешься сам - или, что хуже, им становится кто-то из близких и беспомощных. 

Я же повернулась к Овите:

- Расскажете, что было потом?

- Потом он начал говорить, что рядом есть его община и там все заблудшие души обретают свой дом. Я... я не могу объяснить... просто он был таким убедительным! Сказал, что я смогу спасти себя, а ещё тех, кого... кто мне дорог. И я почти пошла. Сейчас я не понимаю, почему, но тогда он смотрел мне в глаза, и я почти пошла, но потом сказала: сначала позову мужа и наших спутников. "Мой муж - пророк, как и вы", - сказала я. Тогда он начал расспрашивать, и я что-то отвечала... А потом он просто забрал осла и ушёл.  

Ух ёшечки-кошечки... кажется, и в этом мире среди мошенников встречаются умельцы, владеющие зачатками гипноза. 

- Так, - сказал Джоджи. - Хватит с меня. Я набью этому "пророку" морду и верну тебе осла.  

- Что?! - тут мы с Овитой проявили поразительное единодушие. 

- Господин пророк... - начала я, пытаясь подобрать слова.

- Ничего не хочу слышать! - отрезал наш внезапно героический пророк. - Он мне, гнида, вернёт этого осла, даже если мне придётся пересчитать ему все зубы! А вы, господин монах, отведите Овиту в трактир. Я тоже скоро приду!

И что мне делать, спрашивается?

- Но как вы собираетесь искать этого "пророка"? - постаралась я воззвать ко здравому смыслу.

- Найду, уж не сомневайтесь, - буркнул Джоджи. - Пророк пророка видит издалека, и всё такое. Скоро вернусь!

И растворился в толпе. 

Ну вот совсем уж приплыли, как говорится... Делать нечего: я попросила Чику присмотреть за нашим пророком и повела Овиту в таверну. 

*

- Вы думаете, это правда? - поинтересовалась Овита тихо.

Я задумчиво покосилась на поникшую девушку, сжимающую в руках глиняную кружку с местным аналогом глинтвейна. 

- Правда - что?

- Что жертва обмана всегда сама виновата?

- Нет, - отозвалась я. - Просто - оправдание, удобное со всех сторон. "Это не я обманщик, это жертва - идиот," - типичная точка зрения, очень распространённая сделка с совестью.

- Сделка с совестью?..

- Забудьте, - я вздохнула. - Послушайте... да, никогда нельзя сказать однозначно, кто виноват в той или иной ситуации: слишком много факторов присутствует всегда, а жизнь вообще - сложная и сволочная штука. Не мы такие, жизнь такая, да-да. Но вот вам парадокс: жизнь "такая" у всех, но не все почему-то бросаются так подло и цинично обманывать окружающих. А уж если при этом и моральную вину можно спихнуть на свою жертву, то вообще красота! Считай - отлично устроились. Только вот увы им: нет, виновата не жертва. Но...

- Но? - приободрившаяся было Овита сразу погрустнела. 

- Но проблема в том, что вопрос "виновата ли я" - не главный, - сказала я мягко. - Понимаете... можно сколько угодно пенять на обманщика, окружающий мир, жизненную несправедливость и прочие подобные вещи. Но знаешь что? Мошенников и подлецов от этого едва ли станет меньше. И верить им или нет, поддаваться или нет - тоже разновидность выбора. И приобретённого опыта. Я веду к тому, что нет, вы не виноваты. Но - да, вам следует запомнить эту ситуацию и сделать всё, чтобы она не повторилась впредь. Потому что не всегда под рукой будет кто-то, готовый вернуть осла. Да и утомительно его каждый раз возвращать, любой устанет и рукой махнёт... Понимаете, о чём я? Не зря у меня на родине говорят: половина хитрости лисы зависит от глупости курицы. 

- На вашей родине живут мудрые люди, господин монах, - сказала Овита. - Я понимаю, о чём вы говорите. Но...

- О! Девчоночьи... и монашьи посиделки? - Шам, возникший возле нас, был, как обычно, поразительно бесцеремонен. - А пророк-то наш где? И чего это вы такие грустные?

- Кхм, - сказала я. - Видите ли... 

*

- Что?! - возмутился Шам. - Да как они посмели?! Они у меня узрят такую истину, что жить не захочется! Заставлю их всю жизнь говорить одну только правду! 

Ух ты. Если разобраться, действительно ужасное наказание - мало кто из людей задумывается, насколько важной частью нашей повседневной жизни является ложь.

- Это же не будет считаться массовым беспорядком, - он умоляюще посмотрел на меня. - Ты запретил мне только кровавые безобразия, так? Тут я могу повеселиться?

В этот момент моя совесть сошлась в жаркой и непримиримой схватке с жаждой мести.

- Давай не торопиться, - вздохнула я в итоге, когда душевные порывы разошлись в разные стороны ринга, временно признав ничью. - Но...

И тут связь с Чикирой, которая теплилась где-то на задворках моего сознания, подала настойчивый сигнал бедствия. 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Люди и ветры, - сказала я. - Кажется, у нас проблемы. 

*

- Что, опять?! - поразился Шам. - Нет, ну серьёзно?!

Я промолчала, но, признаться, меня обуревали ровно те же самые чувства. 

- ... обвиняется в оскорблении веры, пророка Небес Озирия и его общины Правильного Пути...

Я вздохнула. 

Чиновник был другой. Людей побольше, приговорённых двое... но в целом ситуация до такой степени повторяла наше знакомство с пророком, что не вполне понятно, смеяться нам или всё же плакать.

- Как же так? - прошептала Овита. - Они забрали моего осла - а теперь судят Джоджи за попытку его вернуть?!

- Похоже на то, - отозвалась я тихо.

Поворот, конечно, тот ещё. С другой стороны, уж мне-то, выросшей на Земле, следовало нечто подобное предвидеть раньше. 

Пока мы осознавали увиденное, чиновник принялся зачитывать обвинение второму подсудимому (если их тут вообще судили, в чём я сильно сомневаюсь):

- Попытка побега, попытка снять ошейник справедливости, неповиновение хозяину...

- Раб! - ахнула Овита. - Но почему они говорят "ошейник справедливости"?

- Долговое рабство, должно быть, - я припомнила, что на этих землях подобное практиковалось. 

- Так что? - прищурился Шам. - Ты всё ещё против кровавых зрелищ? Да брось, будет весело!

- Да, я против кровавых зрелищ, - признала я честно. - Но... ты не смог бы как-то спасти Джоджи без этого? Пожалуйста!

- С кем приходится работать, - пробормотал Шам. - Будешь должен!

- Буду, - вздохнула я. 

- Вот и хорошо...

С этими словами ветер исчез в толпе - чтобы через несколько мгновений появиться на судейском помосте. 

- Радуйтесь, смертные! - патетично взвыл он. - Грядёт праведный суд!

Уж не знаю почему, но ни чиновники, ни скромно стоящее в сторонке местное духовенство (наверняка представители той самой общины) перспективе праведного суда не особенно обрадовались. 

- Ты кто такой? - грозно поинтересовался чиновник.

- О, - на лице Шама заиграла преехиднейшая улыбка. - Я - посланник Неба!

21

- Такими вещами не шутят, дитя моё, - шагнул вперёд дядечка, на которого будто бы надели разноцветные шторы. Как я понимаю, был он одним из представителей общины Правильного Пути.

- Так я и не шучу, - Шам всем своим видом излучал лихой оптимизм. - Я вам говорю, как есть!

Наш Джоджи, который при виде Шама явственно воспрял духом, ехиднейшим образом улыбнулся. Его товарищ по несчастью, высокий, одетый в лохмотья бородатый мужчина с усталыми глазами, смотрел недоумённо - но без особенной надежды.