Лучший способ спрятаться (СИ) - Екатерина Майская

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Поработав две недели, я поняла, что мой шеф прекрасно понял, что я ему не все о себе рассказала. И я совсем не удивлюсь, если он уже знает и мое первоначальное имя, и откуда я такая взялась. Но при этом, к его чести, он ни разу не задал мне ни одного личного вопроса за пределами моих должностных обязанностей. Не показал, что он мне не доверяет. А ведь он вполне мог задать пару вопросов, на которые я вынуждена буду солгать, придерживаясь озвученной Лилии Ивановне легенды. А учитывая, что он прекрасно чувствует ложь…

Хотя я и при нашей первой встрече не лгала. Не умею, поэтому просто умалчиваю. Но видя, как он ведет допросы… Он бы меня с легкостью «расколол», как говорит Аскольд. Мог, но не стал. За что ему отдельное спасибо. Поскольку все остальные, за исключением Милены и ее брата, так и норовили задать пару личных вопросов и выяснить что-нибудь о моем прошлом и настоящем. Пока мне удавалось погасить это улыбкой и молчанием. Не знаю, как надолго моего терпения хватит.

Поэтому на обед я старалась ходить с Миленой. Если мы шли с Аскольдом, то всегда присоединялись его коллеги. Все, как один, желающие пообщаться с секретарем шефа, да и просто «симпатичной девушкой». Так, что даже спокойно поесть не получалось. Вдвоем с Миленой нам удавалось отбиться, а уж когда к нам присоединялся Алексей… Все парни в столовой обходили нас по стеночке.

Когда я обратила внимание на такое поведение еще вчера очень настырных парней, Милена мне с улыбкой рассказала, что, когда она после университета, рассорившись с отцом, пришла работать сюда криминалистом, одно время ей пришлось очень тяжело от повышенного внимания парней. Особенно от некоторых, которые слово «нет» не слышали в принципе. А она, девушка из рода Туманских, воспитывалась вежливой, тихой и покорной. Поэтому поставить на место наглых парней тогда еще не могла. Сейчас бы она любого в узел свернула и на гвоздик повесила, а тогда…

Алексей Прокопьевич показательно погонял особо наглых на обязательных тренировках. Погонял так, что из зала они выползали. Это мы занимались каждый день и после работы, а оперативники — в рабочее время два-три раза в неделю. Ребята оказались сообразительными, они уже через неделю связали два и два и определили: кто и за что удостаивается повышенной нормы физической подготовки. Правда, это было еще до того, как появилась я.

— Если хочешь, я попрошу Лешу, чтобы он и тебе таким образом помог.

— Не надо. Алексей Прокопьевич и так со мной много занимается, так что в следующий раз я просто использую то, чему он меня научил. И надену кому-нибудь на голову тарелку с супом. Тем более, что он сказал, что как только я освою базовые навыки, он меня научит отбиваться подручными средствами.

— Это он умеет.

— А почему ты рассорилась с отцом?

— Из-за замужества. Сказала, что замуж пойду тогда, когда сама решу и за того, кого сама выберу. А его кандидаты меня ни капельки не интересуют.

— Знакомая ситуация.

Оказывается, у нас много общего.

***

Труп не производил впечатления трупа. Просто мужчина лежит на полу. Ни крови, ни мозгового вещества на стене — ничего. Картинка, которая предстала перед глазами при знакомстве с шефом — была намного более кровавой. Более того, даже визиты в морг к Милане не смогли её перекрыть. И только осознание того, что это все же видение, а не реальность помогло мне тогда не избавится от содержимого своего желудка.

Да, эпичная бы картинка получилась… Работу мне бы точно не предложили.

Но в тот момент я была полна решимости задержать этого незнакомого человека и не допустить того, что я видела. Даже о даре пришлось рассказать. Не все, конечно. Но и того, что рассказала уже было много.

Частный дом недалеко от центра. В воздухе висят следы отслеживающе-проверочных заклинаний. Чтобы ничего не задеть, приходилось пригибаться и придерживать юбку. Шефа, казалось, это совершенно не волновало. Было такое чувство, что от его ауры даже заклинания разбегаются в разные стороны — только бы на пути не стоять.

Криминалисты, Милена и Василий Васильевич, собирали улики, запаковывали их в коробочки, пакетики, колбочки. Опечатывали магией и складывали в чемодан внушительных размеров. Кто-то из оперативников делал опись, вкладывая магические проекции в бланки осмотра места преступления. Потом можно было его открыть и еще раз все осмотреть. Подробно. Если конечно делал специалист. Или размыто и с ошибками, если это был НЕ специалист.

Милена, присев рядом с телом, пыталась что-то запихнуть в свою медицинскую колбочку-пробирку. Что-то запихиваться не хотело. Я даже остановилась, наблюдая за этим противостоянием века, и прижав к груди большую тетрадку для стенографирования допросов. Задняя обложка была из твердого картона, поэтому было удобно стенографировать и стоя, и сидя. К тому же на бумагу было наложено заклятье памяти, так что при написании отчета, текст на бумаге воссоздавался практически с со стопроцентной четкостью.

Заклятье памяти было мечтой всех студентов всех учебных заведений, поскольку позволяло делать наиболее полные конспекты, но было достаточно трудоемким и энергии потребляло тоже много. До открытия энергосберегающих, а точнее энергонакапливающих минералов в Андалузских горах, такое себе могли позволить только очень сильные маги. Сейчас, при использовании артефактов, которые хранили энергию и отдавали ее при применении заклинаний, почти как собственный магический резерв — любой студент, но только к пятому-шестому курсу. Сложность плетения никто не отменял.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Вообще прогресс сильно шагнул вперед лет пятьдесят назад. После военных действий между империей и тогда еще единым Острикским княжеством. С чего все началось — у каждой страны свой вариант, обеляющий себя и обвиняющий противника. Как результат: империя победила и получила кусок территории с никому тогда особо не нужными горами.

Острикский князь погиб, то ли в последнем сражении, то ли отравили те, кто не смог простить поражения, но как результат: огромное княжество разбилось на три поменьше, в одном из которых мой отец и работал послом, пока не решил вернуться домой. Где и погиб.

Сейчас немного поработав в жандармерии и перепечатав, и приведя в порядок кучи дел по убийствам, ограбления, изнасилованиям и терроризму, я уже не так сильно уверена, что мои родители погибли сами. Больше склоняюсь к версии, что им кто-то помог. Правда, ни доказательств, ни мало-мальской дополнительной информации у меня пока нет. Но это пока.

Позже в горах был найден минерал, который при определенной обработке аккумулировал энергию из окружающей среды, особенно во