Сергей Мусаниф - Первое правило стрелка

Алеша и Добрыня пожали плечами.

— Очень далеко, — сказал Реджи. — И потом, насколько я знаю тамошние нравы, они не отдадут эту кошку за здорово живешь. Кошки у них там — священные животные, а за кошку фараона они готовы будут умереть.

— Надо будет — умрут. Драка меня не пугает, — сказал Илья. — А вот расстояние…

— Может, опять окно попробовать? — с надеждой предложил Алеша.

— Нет, — сказал Муромец. — Такие штуки почему-то срабатывают только тогда, когда требуется выход к морю. В обратном направлении они не прорубаются.

— Тогда что делать будем?

— Идти на поводу у животного — глупо, — сказал Реджи. — Пусть он и говорящий, и много чего знает, но в первую очередь он — кот. И если мы займемся тем, что он от нас хочет, то будем выглядеть как кошачьи сутенеры. — Слово оказалось незнакомо богатырям, и Реджи пояснил: — Очень глупо мы будем выглядеть.

— На это я не согласен, — сказал Алеша Попович. — Богатырь не должен глупо выглядеть. Даже в те моменты, когда его никто не видит.

— Предлагаю силовой вариант, — сказал Реджи.

— А если уйдет? Мы по этому дереву за ним вечность гоняться будем. Видал, сколько тут веток?

— Хотите, я ему все ноги поотстреливаю? — предложил Реджи.

— Нет, так тоже нехорошо получится, — сказал Илья.

— Мррряу! Я жду вашего решения, господа. Вы уже посовещались?

— Да, — сказал Илья Муромец. — В смысле, посовещались. А в смысле твоего предложения — нет. В Египет мы не попремся, слишком далеко. В другой раз, может быть, когда побольше времени свободного будет.

— Очень жаль, — промурлыкал кот да Винчи. — Тогда у меня есть для вас предложение номер два. Я загадываю вам восемнадцать загадок, и если вы на все отвечаете правильно, сообщаю вам, где искомая смерть. А если ошибетесь хоть раз — добро пожаловать в страну пирамид, милостивые судари.

— Восемнадцать?

— Восемнадцать.

— Слишком много, — сказал Муромец. — Предлагаю компромиссный вариант. Одну.

— Неприемлемо, милостивые судари. Восемнадцать.

— Две.

— Илья, давай еще раз посоветуемся, — тихо сказал Реджи. — Торговаться с животным — глупо.

— Он не животное, — прошептал Илья. От богатырского шепота на дубе колыхнулась листва. — Точнее, не просто животное. Волшебные коты, обладающие гигабайтами информации, на дороге не валяются. Просто к ним особый подход нужен.

Реджи подумал, что, будь его воля, он подошел бы к волшебному коту с совершенно неволшебным бульдогом и посмотрел бы, что из этого получится. Увы, бульдога под рукой не было.

— Мррряу, о чем вы там шепчетесь?

— Лажа, — сказал стрелок. — По-моему, это очередной развод. Парни, с чего вы взяли, что эта волшебная тварь хоть что-то знает? С чего вы вообще взяли, что она волшебная? Обычный говорящий кот, мало их таких, что ли? А может, он и не кот вовсе, а мутант какой-нибудь чернобыльский.

— Оскорбление? — промурлыкал кот да Винчи.

— Нет, — сказал Реджи. — Пока еще нет. Я заберу вся свои слова обратно, если ты докажешь мне, что действительно кое-что знаешь.

— Я знаю все обо всем стоящем, что только существует в нашей множественной Вселенной, милостивые государи, — промурлыкал кот да Винчи. — И я готов доказать это любому сомневающемуся в моих способностях.

— Отлично, — сказал Реджи. — У меня вопрос. Кто убил президента Кеннеди?

Глава 14

Война — это ремесло.

— Фехтование — это искусство, — сказал Гарри. — А для занятий любым видом искусства в первую очередь нужен талант.

— Фехтование имеет своей конечной целью убийство людей, а любое занятие, заточенное под убийство, не может быть искусством, — возразил Джек. — Это просто ремесло. Поверь мне, я знаю, о чем говорю.

— Со стороны фехтование выглядит красиво, а значит, это искусство.

— Отрубленные головы и вспоротые животы не могут выглядеть красиво, — сказал Джек. — Талант… Талант тут совершенно ни при чем. Нужен хороший наставник и практика. Чем больше практики, тем лучше. Все великие фехтовальщики имели за своей спиной горы трупов. Возьми, к примеру, д'Артаньяна. В «Трех мушкетерах» он переколошматил народу больше, чем Шварценеггер в «Коммандос» и «Терминаторе», вместе взятых.

— Что это за люди, о которых ты говоришь?

— Я все время забываю о том, насколько отстал ваш мир, — сказал Джек. — Впрочем, у него есть и свои преимущества. Я еще не видел в нем ни одного «Макдоналдса», что не может не радовать.

Бозел ел.

Несмотря на смену тела, метаболизм он сохранил драконий, и скатерть-самобранка выдавала ужин уже по третьему заходу. С каждым разом качество еды становилось все хуже и хуже. К счастью, драконы не особенно привередливы.

— Как мы будем решать сложности с нашим героем? — спросил Гарри, прикуривая от костра.

— Лично я никаких сложностей не вижу, — сказал Джек. — Основная проблема магии заключается в том, что она способна решать поставленные задачи только в очень узких рамках. Как формулируется наша задача? Герой должен зарубить Негориуса магическим мечом. Ни слова о фехтовании или о честном поединке с присутствием секундантов. Мы просто притащим Бозела в эту чертову Цитадель, поставим перед Негориусом, и все, что ему останется сделать — это ткнуть негодяя своей железкой. Это может сделать кто угодно, и никакие таланты ему для этого не понадобятся.

— Как-то у тебя все слишком просто.

— А зачем усложнять? Ты — маг, я — стрелок, он — дракон. У нас есть общее дело на троих. И за все, что мы делаем на протяжении нашего общего похода, мы отвечаем тоже вместе. Потому что мы — бригада.

— А мы бригада?

— Да, — сказал Джек. — И ты, Гарри Тринадцатый, наш бригадир.

— Я? — удивился Гарри.

— А кто? На кого персонально возложили решение задачи? Кто притащил меня из пустыни и уговорил Бозела присоединиться к походу? Кто умеет вызывать демонов и строит себе башню? Ты — хороший волшебник, Гарри. Тебе не хватает только уверенности в себе.

— Ты в самом деле так думаешь?

Джек улыбнулся.

— Он прав, — неожиданно сказал Бозел, отрываясь от еды. — Далеко не каждый волшебник может призвать стрелка и уговорить дракона бросить свою пещеру. Я уже не говорю о перемене облика. К тому же я знаю Горлогориуса. Он никогда не послал бы на такое задание первого попавшегося выпускника. Он выбрал тебя, а это значит, что у тебя большой потенциал, маг.

— Только особо не зазнавайся, — сказал Джек. — Для, того чтобы этот потенциал реализовать, тебе придется как минимум пережить наше маленькое приключение.

Города-призрака они достигли к полудню следующего дня.

Городишко оказался небольшим и состоял всего из двух улиц, пересекающихся под прямым углом. На этом единственном в городе перекрестке находились заброшенное здание банка, гостиница, лавка гробовщика и салун.

Город был мертв уже достаточно давно.

Часть крыш сгнила и обрушилась внутрь зданий, половина окон была выбита, прорехи имелись даже в некоторых стенах, дерево которых почернело от времени. На всем лежала печать запустения.

Бригада из троих человек шла по главной улице города в молчании.

Периодически противно завывал ветер и гнал вдоль домов непременные для городов-призраков шары перекати-поля.[29] В общем, атмосфера была мрачная и не предвещала ничего хорошего.

Найти салун оказалось довольно просто. В этом путникам помогла табличка «Наше питейное заведение открыто от заката до рассвета», чудом сохранившаяся на повисшей на одной петле двери. Зато сама вывеска находилась в нечитаемом состоянии, и название салуна останется для потомков загадкой.[30]

Внутри салуна более-менее уцелела только барная стойка, рядом с которой сидела на полу мумия бармена с грязным полотенцем для протирки стаканов в руке. Все остальное — столы, стулья, полки для бутылок — пребывало в руинах. В углу покоились обломки пианино.

— Не вижу никакого портала. — сказал Бозел.

Гарри закрыл глаза и просканировал магический фон. Эту процедуру можно проводить и с открытыми глазами, но окружающая обстановка удручала молодого волшебника.

— Портала сейчас нет, — объявил он. — Но он появится в определенное время.

— И когда наступит это определенное время?

— Ближе к полуночи, — сказал Гарри.

— Я думал, что портал назван постоянным, потому что он всегда на месте, — заметил Джек.

— В магии вообще нет ничего постоянного, — мудро сказал Гарри. — Как и во всем остальном мире.

— А нельзя как-нибудь ускорить открытие портала? — спросил Бозел. — Подобные города-призраки обычно давят мне на нервы.

— К сожалению, постоянные порталы не зависят о внешних условий, — сказал Гарри. — Они существуют сами по себе, и воздействовать на них никак нельзя. Меня тоже не особенно греет мысль застрять здесь до темноты, но другого выхода у нас просто нет.