Академия Льда и Тумана (СИ) - Ведьмина Александра Андреевна

Чемоданчик молчал. Еще какое-то время я не слышала ничего, кроме его тревожного сопения, когда он вновь ко мне повернулся.

— Не смей попадаться, Лиара. Я не шучу. Я не хочу потерять еще одного друга...

И, прежде чем я успела спросить его о последних словах, чемоданчик спрыгнул с кровати и скрылся за дверью ванной. В водных процедурах он не нуждался, а значит ему нужно немного побыть одному. Я решила не тревожить его.

Видимо он сказал то, о чем никому не собирался говорить, и теперь ему потребуется некоторое время, прежде чем поделиться этим со мной...

***

Эта ночь была непохожа на другие. Не было ни кошмаров, ни зловещих предзнаменований. И даже воспоминания о прошлом других гиан не тревожили меня.

Я впервые за долгое время смогла выспаться и чувствовала себя как нельзя лучше.

— Выглядишь лучше, чем вчера, — тихо заметил чемоданчик, — Выспалась наконец?

Кивнув, я заправила кровать и отправилась в ванную. У меня оставалось не так много времени на приготовления, и я собиралась воспользоваться им по максимуму.

Для начала приняла контрастный душ, чтобы взбодриться. Потом приготовила чай и позавтракала теплым салатом с мясом, который вчера принесла из столовой и держала под особой крышкой, которая позволяла сохранить не только температуру, но и свежесть блюда.

Потом настала очередь наряда и прически. Благодаря магии Афи, с первым я справилась без проблем. Стоило мне надеть длинное, расшитое бисером платье, как пуговицы на спине стали застегиваться одна за другой.

А вот с прической было сложнее. Уж как я только волосы ни заплетала! И в косу, и в высокую прическу... В итоге определиться так и не смогла, и просто распустила их, чуть сбрызнув подаренным Далией накануне зельем для блеска, и стала ждать.

Роал должен был прийти с минуты на минуту, и, если честно, я места себе не находила.

И вот, когда раздался долгожданный стук в дверь, я едва не подпрыгнула, поспешив впустить гостя, которым оказался совсем не Роал. Что, правда, не умаляло радости от встречи, потому что передо мной стояла тетушка, судя по запаху, с корзинкой пирожков в одной руке, и небольшим конвертом в другой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Тетушка! — радостно воскликнули мы с чемоданчиком.

Но если я бросилась обнимать ее, то он просто радостно прыгал на месте, явно предвкушая, как уминает пирожки в мое отсутствие.

— Я так рада тебя видеть! — широко улыбнувшись, я проводила тетушку к столу и усадила в кресло. Корзинка с пирожками тут же опустилась на стол, но я не могла не спросить, — Но почему ты не сказала, что приедешь? Неужели что-то случилось? — с тревогой предположила я.

Но тетушка только покачала головой.

— Нет, моя дорогая... — с теплой улыбкой ответила она, — Я посылала письмо, но видимо оно не дошло. Я здесь для того, чтобы отдать тебе это лично... — без лишних слов тетушка протянула мне конверт, и я осторожно взяла его в руки.

На нем не было ни подписи, ни печати. Не говоря уже о том, что оно было старым, словно пролежало много лет, прежде чем найти своего получателя. В этом я не ошиблась.

— Это письмо от твоей матери, — прервав мои размышления сказала тетушка, — Она отдала мне его в тот день, когда появилась на моем пороге, и велела передать его тебе в твой двадцатый день рождения...

У меня было множество вопросов. Мысль о том, что я держу в руках то, что когда-то принадлежало моей маме, вызывала одновременно счастье и тоску, но с моего языка сорвалось совсем другое:

— Но он ведь только в следующем месяце... — шепотом ответила я, разглядывая конверт.

Рука огладила пожелтевшую, чуть шершавую бумагу, и на глаза навернулись слезы.

«Мама... Как же мне тебя не хватает...»

— Боюсь, что не смогу отдать тебе его тогда... — с сожалением призналась тетушка, — Мне придется уехать в соседнее королевство на какое-то время. Одной моей старой подруге нужна моя помощь. Поэтому я решила вручить тебе его сейчас, перед своим отъездом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Спасибо... — я с благодарностью взглянула на тетушку, прижимая конверт к груди.

Больше всего на свете я хотела наплевать на все и открыть его прямо сейчас, но не могла. Если последним желанием моей мамы было то, чтобы я прочла ее письмо на свой двадцатый день рождения, так тому и быть...

Тетушка уехала через полчаса. Все короткое время, что она пробыла со мной, мы говорили о самых обыкновенных вещах, вроде того, как я поживаю в академии, появились ли у меня друзья и хорошо ли здесь кормят.

Чемоданчик все это время с наслаждением жевал пирожки, и приговаривал, что до талантов тетушки здешним поварам еще как до древнего храма.

А я старалась делиться только приятными моментами своей жизни. Просто потому, что помочь тетушка все равно бы не смогла, а лишнее беспокойство могло плохо сказаться на ее здоровьи.

Прощаться было трудно, но тетушку уже ждала карета, и опаздывать было нельзя. А меня ждало свидание с Роалом. Поэтому, крепко обнявшись, мы пообещали друг другу писать письма как можно чаще, и она ушла.

Письмо, оставленное мамой, я бережно спрятала в чемоданчик. Такую важную вещь я могла доверить только ему, и он пообещал хранить его ценой своей жизни.

— Конечно ты можешь рассчитывать на меня, но ты правда не хочешь прочесть его сейчас? — с сомнением спросил чемоданчик.

— Хочу, но я не должна. Она хотела, чтобы я открыла его в другой день, и я выполню ее просьбу.

Какое-то время чемоданчик задумчиво молчал, а потом ответил:

— И все-таки мне вас не понять...

Ответить я не успела. В другом конце комнаты раздался стук, оповещающий о приходе гостей, и я, мельком взглянув на себя в зеркало и поправив выбившуюся из прически прядь, поспешила к двери.

За ней меня встретил Роал. Вместо формы на старшекурснике были обычные темные штаны, плащ и рубашка, и смотрелись на нем они великолепно.

Сам маг держал в руках огромный букет иррийских лилий — волшебных цветов, способных заново отрастить корни, если опустить их в воду. Это я и сделала.

Обхватив букет руками, я радостно побежала в ванную. В следующий миг из крана полилась кристально чистая вода, а я с упоением смотрела на то, как недавно срезанные цветы вновь оживают, раскрываясь так, как не способны ни одни другие.

Зрелище меня так заворожило, что я едва не забыла про Роала, который все еще стоял на пороге моей комнаты, в ожидании когда его наконец пригласят.

— Прости, пожалуйста! Их нельзя было оставлять без воды, иначе они бы просто погибли... — смущенно ответила я, знаками говоря любопытно выглянувшему чемоданчику спрятаться.

Маг улыбнулся, будто и не было моего забега с букетом через всю комнату, и поцеловал протянутую руку.

— Ты прекрасно выглядишь, Лиара... — тихо ответил он, и от его голоса по моей спине пробежали мурашки. Но не от страха, нет. Это было новое, ранее не испытанное чувство. И оттого, что мы были наедине, все ощущалось намного ярче.

— Ты тоже, — призналась я раньше, чем успела обдумать, и, смутившись, отвела взгляд.

Кажется моя реакция его немного рассмешила. Ну и пусть. Смех вообще штука полезная. Жизнь продлевает. Лика всегда так говорит.

— Я все хотела спросить... — попыталась сменить тему я, — Как мы доберемся до столицы? Даже в одну сторону в карете путь неблизкий, а нам нужно вернуться до отбоя...

— А вот так... — широко улыбнувшись, словно пародируя Джериана, он взял меня за руки, и вокруг нас заклубился туман. Его туман.

Я уже несколько раз видела, как маги перемещаются с помощью собственной стихии, но никогда не участвовала в подобном, а потому с затаенным дыханием следила за тем, как стремительно исчезают знакомые очертания моей комнаты, сменяясь густым туманом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

А когда рассеялся и он, я обнаружила, что мы стоим посреди шумной улицы, и прохожим нет до нас никакого дела.