Жги! (СИ) - Вишневский Сергей Викторович

Именно тот случай натолкнул его на мысль о том, что в любой стихии в какой-то мере проявляется пламя. В воде это пар, в земле это раскаленная магма глубин, в воздухе это само пламя. Исключением стала только тьма и свет, но это еще предстояло проверить, а сейчас начинающий пиромант хотел провернуть финт, который вертелся в голове с последней встречи с магом.

Парень решил призывать жар недр и вырвать на поверхность раскаленную магму.

– ГОРИ! – повторил ученик темной сущности, принимая боевую форму.

Земля дрожала так, что деревья ходили ходуном. Между ног парня пошла трещина, края которой унеслись в сторону гор и долины.

ГР-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А…

Из трещины ударил столб серого дыма, а спустя несколько секунд из нее выплеснулась раскаленная магма. Под грохот земных пластов, свист вырывающегося сквозь почву газа и дыма, из-под земли вырвался противник.

Завернутый в каменные латы, словно рыцарь, он метнулся в сторону, но Рус и не думал за ним гнаться. Один огненный росчерк, усиленный огромной концентрацией силы огня, проделал дыру в противнике, и тот упал, рассыпавшись грудой камней.

– Твои уловки не пройдут! – рыкнул Рус.

Рус еще сильнее надавил остатками силы и заставил магму литься через край разлома. Послышалось шипение, а затем утробный вой противника.

Он выскочил из разлома огромным каменным снарядом и попытался скрыться, но Рус мгновенно ударил ему вслед пламенем и устремился за ним, превратившись в огненный снаряд.

* * *

Тук стряхнула тьму с рук и кивнула Катару.

– Вовремя, – произнесла она, затягивая последнюю рану. – Хорошо, что каменные иглы были небольшие. Все могло кончиться гораздо хуже.

Катар молча кивнул, а девушка повернулась к оставшимся раненым.

– С этими что?

– Легкие ранения. Крупные сосуды не задеты. Жилы на месте, кости тоже.

Девушка подошла к небольшому тазу и сполоснула в нем руки, стараясь смыть кровь.

– Как сам? – спросила она, чувствуя, что бывшему наемнику есть, что спросить.

– Тяжело, – ответил он. – Вы не сказали про глаза.

– Про то, что помощники будут слепы во тьме?

– Нет, что за нами будут наблюдать.

– Во тьме много кто живет, но событий во тьме на удивление мало. Там тихо, спокойно, а тут вы. Слуги ведьмы-целительницы шастают по тьме и таскают раненых.

– Нас могли убить?

– Запросто, но всем было интересно, что происходит, а не ваши смерти. Убить, сожрать и уничтожить можно всегда, а увидеть интересное зрелище…

– Второй раз могут не пустить?

– Могут, но тут надо понимать, что всегда можно договориться.

– Деньги предлагать?

– Зачем деньги демонам и тварям, живущим во тьме? Им нужно развлечение, – хмыкнула ведьма. – Будут проблемы – пой.

– Что делать?

– Петь, – пояснила ведьма. – Я помню, что ты не умеешь петь, и тебе медведь на ухо наступил. В этом вся соль.

Девушка взяла полотенце из рук Катара и вытерла руки.

– Певцов во тьме бывало с избытком. Те, кто умели петь; те, кто не умели и хотели с помощью тьмы стать искусными певцами, но тех, кто петь не умел, но пел и не собирался становиться певцом там точно не было.

Тук улыбнулась и подмигнула охраннику, а сама направилась на второй этаж, где ее поджидал десятилетний мальчишка.

– Заждался? – спросила девушка, когда вошла. – Прости. С этими совещаниями совсем нет времени.

– Я слышал стоны и ругань снизу…

– Это наш патруль с нападения, – пояснила девушка. – Много раненых.

– У вас много работы?

– Было бы, если бы противник ударил иглами побольше, а так, слава тьме, большинство – легкие раны. Но вообще я тебя звала для другого.

Тук прошла по комнате и уселась в кресло напротив мальчишки.

– Я пригласила моего учителя, чтобы он взял тебя в ученики.

– Я думал, меня будете обучать вы.

– К сожалению, я сама ученица, а правила обязательны для всех…

В этот момент тень вытянулась, и из нее неторопливо, сложа руки за спиной, вышел Хойсо.

Хойсо моргнул, огляделся и взглянул на мальчишку. Внимательно его оглядев, он перевел взгляд на Тук.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

– Ты уверена?

– Да, – кивнула девушка. – У него неплохой потенциал. Не великий маг, но все же…

Черт вздохнул и подошел к парнишке.

– Как тебя зовут?

– У меня нет имени, – ответил тот и опустил взгляд.

Хойсо удивленно перевел взгляд на ученицу.

– Его мать отказалась от него перед силой, родственниками и ее богами. У парня забрали право носить фамилию и имя, чтобы избежать проклятья третьего сына.

– Имперские штучки, – кинул учитель. – А так как магию тьмы в империи не практикуют, мамаша пришла к тебе?

– Да. Я решила, что вам подойдет этот ученик.

Хойсо внимательно осмотрел парня и заглянул ему в глаза.

– Что ты думаешь о маме?

– Ничего, – покачал головой парень.

– А о тех, кто наложил проклятье?

Парень сжал кулаки и отвел взгляд.

– Понятно, – кинул Хойсо. – Что же… чувство мести очень неплохой способ стать отличным магом.

– Учитель… – начало было Тук.

– Увы, это так, – кивнул черт. – Так устроен человек, что именно низменные, черные и обидные чувства заставляют его двигаться вперед, преодолевать препятствия и находить выход из безвыходных ситуациях.

– Страх?

– Страх хорош, но гнев лучше. Страх работает только в сторону «убежать», а вот в сторону «сражаться» он работает очень плохо.

Девушка еще раз взглянула на мальчишку и кивнула.

– По большому счету я не против еще одного ученика, но надо понимать, что с таким настроем ему надо учиться не у меня, – Хойсо поднял бровь и выразительно взглянул на Тук. дождавшись, когда она кивнет, он добавил: – Но если ты считаешь, что методы этого учителя слишком радикальны, то…

– Хойсо! Ты должен это увидеть! – вывалился из тени Роуль. – Мой ученик порвал к чертям землю, выдавил магму и погнался за этим магом земли!

Черт глубоко вздохнул и с легкой улыбкой обернулся к старому другу.

– Роуль, у меня тут небольшой совет с ученицей по поводу нового ученика…

– Хойсо, я ставлю тридцать эклеров, что он вырвет ему сердце!

– Оторвет голову, – покачал головой черт. – Он не такой гурман, как ты, и действует примитивно.

– Сердце, Хойсо! Сердце и тридцать эклеров! – с довольной улыбкой произнес упырь.

Учитель вздохнул, оглянулся на ученицу, затем на нового ученика и открыл было рот, чтобы ответить.

– Думаю, что…

– Тридцать эклеров, что оторвет яйца! – вмешалась Тук.

Роуль улыбнулся настолько широко, что казалось, улыбка разделит его голову на две части. Хойсо выпучил глаза, а Тук развела руками.

– Что? Вы не берете в пари женщин?

Двое друзей переглянулись.

– По рукам! – заявил Роуль и ткнул в бок Хойсо.

– По рукам, – кивнул черт.

* * *

Рус лежал на спине.

Несмотря на то, что парень отлично себя показал в бою, выглядел он откровенно паршиво. Бой был затратным по силе, и пиромант выложился по полной, но все имеет предел.

Когда силы начали покидать юного пироманта, он не придумал ничего лучше, чем снять защиту, чтобы сэкономить, и это впоследствии сыграло с ним плохую шутку.

Нет, противника он убил быстро и почти без затрат, но за время гонки он изрядно пострадал и умудрился получить несколько серьезных ожогов. В полуобморочном состоянии парень элементарно потерял всякий контроль, и стихия взяла свое.

– Ну, и что будем делать? – спросил Роуль, глядя на бессознательное тело ученика.

– Прошу заметить, что голова противника у него в правой руке, – с достоинством произнес Хойсо. – А это значит, что…

– Ничего это не значит! – возмутился упырь. – В левой у него сердце этого неудачника!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Но голова – в правой!

– Но сердце в левой!

– Я не хотела бы на вас давить, но… – Тук указала на начало поляны, где совершил падение подбитый заклинанием маг земли. – Но моя версия…

– У него в руках нет гениталий! – отрезал Роуль.