Сергей Вишневский - Новая вершина или "Маго-ядерный едренбатон!" (СИ)

Алиса, обновив "Воодушевление" и "Огненную ауру", помчалась к голове тролля, чтобы выпустить "Истинный огонь" прямо в лицо, получив критический эффект. Подбегая к троллю, она активировала заклинание "Тысячи искр" из школы иллюзий, и при каждом её шаге от неё начала отделяться качественная иллюзия такой же огненно — рыжей лисы. К моменту, когда она была в пятнадцати метрах от лица тролля, с ней была уже целая стая огненных лис. Тролль, лёжа на животе и видя перед лицом такое количество рыжих лис, начал хмуриться. Затем он поднял руку и раскрытой ладонью попытался, как мух, прихлопнуть несколько лис. Иллюзии не стали дожидаться падения на них ладони и прыснули в разные стороны.

Алиса, во время попыток прихлопнуть иллюзии, выбрала позицию и активировала "Истинный огонь". Волна пламени, вырвавшаяся из её рта, сопровождалась появлением прямо перед мордочкой лисы полупрозрачного красного круга со странными письменами по окружности. Огонь проходил сквозь круг и становился более насыщенным. Пламя объяло морду тролля, и он начал кататься по земле, неистово воя. Затем всё тело тролля вспыхнуло уже обычным огнём. Спустя несколько секунд, он затих, и пламя погасло, оставив подпаленные чёрные пятна на теле, вытекшие глаза и запекшийся язык, вывалившийся из рта.

Алиса подошла к голове тролля и запрыгнула на неё. Ухватив небольшими, но острыми зубками торчащее вверх ухо, она подергала его, при этом рыча, словно озлобленный щенок, а затем уселась на макушку — самое высокое место головы — и принялась вылизывать лапку.

— Алиса! Слезай! ТОП ждать не будет. Пойдём искать новую жертву! — прокричал Родериг, подходя к голове тролля.

Алиса никак не прореагировала на этот крик — она продолжала вылизывать лапку и делать вид, что никуда не торопится.

— Алиса? Мы идём?

— Ням? Не слышу!.. — промурлыкала Алиса, не отвлекаясь от своих крайне важных дел.

Родериг начал хмуриться: всего пару часов назад он нечаянно убил босса места. В запале он ткнул кастетами — когтями в уязвимую точку и выбил крит — это стало последней каплей ХП этого босса. Хоть они давно с Алисой в пати, и нет смысла уступать Алисе последний удар, но она всегда считала и считает это только её привилегией.

— Ты опять за своё? Хорошо — это ты убила этого тролля! Ты молодец и очень сильный маг! — со вздохом произнёс Родериг.

— Не верю… Ням… — в ответ промурлыкала она.

— …а я так, отвлекающий элемент и бесполезный придаток! — переигрывая и на коленях, произнёс Родериг. — Снизойди до моей просьбы, о, прекрасная Алиса! Позволь поприсутствовать на битве тебя и ужасных монстров, дабы утащить кость опыта и рейтинга с твоего стола!..

— Лучше, но всё равно — мало! — с этими словами она, стараясь не рассмеяться, спрыгнул с головы и подняв хвост трубой и задрав лисью мордочку, продефилировала вперёд. — Мало, но на большее ты не способен! Ночью будешь отрабатывать!..

Заявив это, она продолжила свой путь, похрюкивая от смеха. Сзади во все горло заржал Родериг.

— Непременно, мадемуазель — отсмеявшись отозвался он и принялся догонять её.

Родериг сидел в личной комнате на краю большой добротой двухместной кровати. Спартанскую обстановку поменять его заставила обладательница рыжей копны волос и торчащих из‑под одеяла элегантнейших ножек. Он поправил одеяло и начал копаться в инвентаре: откуда достал записку, сложенную в виде птицы. Он долго мучился, пытаясь разобраться, как древние умельцы делали их без клея и разрезов. Эта задумка древних вылилась в целое искусство Оригами. На одном крыле птицы было написано "Разверни" на другой "Меня".

Родериг припомнил текст записки.

"Пропаду на несколько часов — дела в реальности. Надеюсь успеть до того, как ты проснёшься.

P.s. Вернусь — отработаю. Честное волчье!"

Он достал самопишущее перо и, уже было, хотел развернуть и дописать, но остановился. Глубоко вздохнув, он не громко произнёс:

— Я очень тебя люблю… Слышишь, Алис? — в ответ рыжая копна чуть пошевелилась и издала невнятно бормотание. — Вернусь, и во всём тебе признаюсь… Во всем…

Он положил бумажную птицу на прикроватную тумбочку так, чтобы было видно. И начал потихоньку растворяться. Через десять секунд от него остался один след на измятой кровати.

Виртуальная локация "Зал заседания суда"

На высоком подиуме, за столом сидел человек в чёрной мантии с маской на лице. При виде крепкого парня с сединой на голове и молодым лицом, который вошёл в комнату с чёрными стенами, он встал и громовым голосом произнёс:

— Подсудимый! Назовитесь!

— Илнус Витак.

— Илнус Витак! Дело, возбуждённое против вас по статье 192.9/117 часть третья Законодательных Постулатов Империи, было рассмотреное нами, дважды обжаловано вашими адвокатами и было вынесено решение приговорить вас к смертной казни через кремацию. Без права обжалования. Наказание привести в исполнение в течение 3 дней.

— Это невозможно! Где заседание? Где свидетели и слушание дела? — человек в чёрной мантии никак не прореагировали на крик подсудимого. — Отвечай, чёрный халат! Я к тебе обращаюсь! Какого хрена тут происходит?

Человек в маске не ответил, но у подсудимого появилась иконка личного сообщения перед глазами. В нём была лишь одна фраза. "Глаз за глаз. Зуб за зуб."

— Я не понимаю! Я же ничего тебе не сделал! Единственный раз, когда я брал заказ, причастный с судьями был на похищение ребёнка…

Лицо человека сменило цвет с естественного на бледно — белый. Глаза в панике забегали, и он выдал свой последний козырь, припрятанный на совсем уж экстренный случай.

— Уважаемый судья! Приговор не может быть исполнен в течении этого времени. Я являюсь наставником и неотъемлемой частью программы реабилитации психиатрических пациентов в виртуальной реальности игры "Твой мир". Покинув пациента сейчас, я могу создать риск психологической травмы моего подопечного…

— Ожидайте, информация проверяется — ответил ему судья безжизненным голосом. Через несколько томительных секунд судья объявил: — Учитывая данные обстоятельства, приговор не меняется, но срок исполнения увеличен до 100 дней. Приговор вступает в силу с этого момента.

С этими словами человек в чёрной мантии стукнула по столу, за которым стоял, материализовавшимся в руках деревянным молотком.

Невидимая сила ухватила седого, бледного парня и потащила к дверям большой чёрной комнаты. Он обмяк, взгляд остекленел, а губы шептали:

— Как же так?… А Алиса?… На кого я её оставлю?… — когда выход был уже рядом седой парень встрепенулся и обратился к судье: — Погоди! Я только расскажу: я… я молодой был, головой думал редко, и меня первый раз взяли на серьёзное дело…

Силы, тащившие подсудимого остановились, и, видя это, он продолжил.

— Я не хотел, ей — богу, но ты пойми — у них сестра моя была. Или я твоего сына или они мою сестру. Я молодой был и выкручиваться ещё не умел… Я не оправдываюсь… Я виновен и руки по самые гланды в крови… — он напирал на невидимую стену обоими руками, пытаясь сдвинуть её. — Сестру мою они так и не отпустили… Да ты и сам знаешь… Я извиниться хотел… Единственный, за которого в своей жизни извинился хотел… За того пацана. Я в этой игре сам под реабилитацию попал — и многое в моём мировоззрении изменилось… Я помиловать не прошу. Я только в игре подохнуть хотел попросить. Не пеплом в жестяной банке остаться… Если можешь… Прости… Ты же помнишь! Я ему трубку дал….

Последние слова он произносил в мольбе на коленях, уперев лоб в невидимую стену.

"Только за его предсмертный завет." — пришло сообщение Родеригу.

Алиса сидела на кровати полуобнаженная и с высунутым языком, аккуратно разворачивала записку — птицу. Она очень долго рассматривала и любовалась ей и не хотела ломать такую прелесть, но любопытство взяло своё.

Развернув сообщение и прочитав его, она нахмурилась и, встав, начала одеваться.

— Ууууу, подлец! Как он посмел оставить меня без кофе с пампушками утром в постели? Да фиг с ними, с пампушками! Как посмел он оставить меня одну в постели без утренних ласк?!!! — накручивала сама себя Алиса.

Она оделась, вышла из комнаты и впала в ступор. Она не знала, куда идти и чем заняться. Последний год они вместе с Родеригом были неразлучны. Даже пати ни разу не разрывали. Алиса спустилась вниз и, заказав любимый напиток с пампушками, уселась за стол. Она надеялась дождаться Родерига тут. Когда закончился кофе, она заказала ещё, когда закончились пампушки, она начала нервничать. Сначала попробовала написать личное сообщение Родеригу — безрезультатно. Потом ещё и ещё. Она начала слоняться по городу без дела, хоть это и было очень непривычно и неприятно. Она очень не любила большое скопление людей. Ей всё время казалось, что на неё все пялятся. Когда она рассматривала прохожих, ей в каждом чудился Родериг. Дойдя до фонтана, она уселась на бортик и просто разревелась, как маленькая потерявшаяся девочка. Уже вечерело, народу немного поубавилось, но на хнычущую маленькую девушку никто не обращал внимания.